Форум сайта 'Гавань Корсаров'
 

Вернуться   Форум сайта 'Гавань Корсаров' > Разное > Литература

Важная информация

Литература Обсуждение книг любых жанров, начиная от романов и заканчивая ужасами...


  Информационный центр
Последние важные новости
 
 
 
 
 

Ответ
 
Опции темы Опции просмотра
Старый 06.04.2009, 21:49  
Рыжий Билли
 
Аватар для Рыжий Билли
 
Регистрация: 16.04.2013
Сообщений: 133
Нация: Пираты
Пол: Мужской
Офицеры
Репутация: Рыжий Билли отключил(а) отображение уровня репутации
Радость Стихи о море, пиратах и морской романтике



Тема произведений о море, пиратах и морской романтике в стихах.

Список авторов, находящихся в теме:

Спойлер:
  • Аделунг Юрий
  • Андропов Владимир
  • Багрицкий Эдуард
  • Байрон Джордж Гордон
  • Блок Александр
  • Брюсов Валерий
  • Бунин Иван
  • Волошин Максимилиан
  • Вяземский Пётр
  • Гейне Генрих
  • Городницкий Александр
  • Грин Александр
  • Гумилев Николай
  • Гуськов Алексей
  • Гуськов Михаил
  • Державин Григорий
  • Жуковский Василий
  • Завражный Юрий
  • Залтанс Генрих
  • Зубков Алексей
  • Иващенко А.
  • Киплинг Джозеф Редьярд
  • Клугер Даниэль
  • Кольридж Сэмюэль Тэйлор
  • Коган Павел
  • Крапивин Владислав
  • Крылов Иван
  • Лебедев-Кумач Василий
  • Лермонтов Михаил
  • Лукин Евгений
  • Мейсфилд Джон Эдвард
  • Никифорова Светлана (Алькор)
  • Папуша Евгений
  • Пивов Игорь
  • Пиратка Сюрикен
  • Полонский Яков
  • Пушкин Александр
  • Рубцов Николай
  • Сирота Любовь
  • Тимофеев Юрий
  • Тютчев Фёдор
  • Удовиченко Юрий
  • Фет Афанасий
  • Хосе́ де Эспронсе́да
  • Хуан Рамон Хименес
  • Цветаева Марина
  • Черный Саша
  • Шишков Александр
  • Щербаков Михаил
  • Юджин Ли-Гамильтон
  • Языков Николай

Последний раз редактировалось CLIPER; 09.10.2017 в 12:00.
Рыжий Билли вне форума Ответить с цитированием
6 пользователя(ей) сказали cпасибо:
"Gector Barbossa" (12.09.2011), chernozmey (08.12.2009), James Norrington (07.02.2012), Natali (05.02.2012), Скайуокер (22.12.2019), ТАНАТ (18.03.2013)
Старый 07.02.2012, 20:52   #60
makarena
Гость
 
Сообщений: n/a
Офицеры
По умолчанию Русские поэты о море

Жуковский Василий Андреевич

Василий Жуковский (29 января (9 февраля) 1783, Мишенское, Тульская губерния, Российская империя -12 апреля (24 апреля) 1852, Баден-Баден, Германский союз) — русский поэт, основоположник романтизма в русской поэзии, переводчик, критик.
Действительный член Императорской Российской академии (1818); почётный член Императорской Академии наук (1827-1841) и впоследствии ординарный академик (1841) по Отделению русского языка и словесности, тайный советник (1841).

Отцом, Василия Андреевича Жуковского был Афанасий Иванович Бунин, помещик, владелец села Мишенского; мать, пленная турчанка Сальха, попавшая в Россию после осады крепости Бендеры. Отечество и фамилию будущий поэт получил от усыновившего его по просьбе Бунина мелкопоместного дворянина Андрея Жуковского. Для получения дворянства ребёнком был фиктивно зачислен на службу в Астраханский гусарский полк; получив звание прапорщика, которое давало право на личное дворянство.
В 1797 - 1801 учился в Благородном пансионе при Московском университете, где начал писать стихи. В 1812 Жуковский поступил в ополчение. В лагере под Тарутином он написал «Певца во стане русских воинов», сразу доставившего ему несравненно большую известность, чем вся предшествовавшая его поэтическая деятельность. С 1815 начинается двадцатипятилетний период его придворной службы, сначала в должности чтеца при императрице, вдове Павла I, а с 1825 - воспитателя наследника, будущего Александра II. В 1841, в связи с совершеннолетием наследника, Жуковский ушёл в отставку. В этом же году в Дюссельдорфе состоялось бракосочетание 58-летнего поэта с 20-летней Елизаветой Евграфовной Рейтерн (1821—1856), дочерью его давнишнего приятеля, живописца Е. Р. Рейтерна. Последние 12 лет жизни провёл в Германии.
12 апреля 1852 года Жуковский умер в Баден-Бадене. Согласно последней воле поэта, тело его было перевезено в Россию.

Василия Андреевича Жуковского по праву считают «литературным Колумбом Руси», открывшим ей «Америку романтизма в поэзии». Одним из ярких образцов романтической лирики Жуковского является стихотворение «Море», написанное в 1822 году. Это не просто морской пейзаж, хотя, читая стихотворение, живо представляешь себе море: оно то тихое, спокойное, «лазурное море», то страшная бушующая стихия, которая погружена во мглу. Поэт, рисуя морской пейзаж, постоянно проводит сопоставление мира природного и человеческого. Душа моря подобна человеческой душе, где соединяются мрак и свет, добро и зло, радость и горе. Оно так же тянется ко всему светлому - к небу, Богу. Но, как и все земное, море оказывается в неволе, которую оно не в силах преодолеть.
Завораживающая глубина, непредсказуемость, мятежность, противоречивость – основные поэтические характеристики образа моря в лирике Жуковского.





МОРЕ
Спойлер:

Элегия

Безмолвное море, лазурное море,
Стою очарован над бездной твоей.
Ты живо; ты дышишь; смятенной любовью,
Тревожною думой наполнено ты.
Безмолвное море, лазурное море,
Открой мне глубокую тайну твою.
Что движет твое необъятное лоно?
Чем дышит твоя напряженная грудь?
Иль тянет тебя из земныя неволи
Далекое, светлое небо к себе?..
Таинственной, сладостной полное жизни,
Ты чисто в присутствии чистом его:
Ты льешься его светозарной лазурью,
Вечерним и утренним светом горишь,
Ласкаешь его облака золотые
И радостно блещешь звездами его.
Когда же сбираются темные тучи,
Чтоб ясное небо отнять у тебя -
Ты бьешься, ты воешь, ты волны подъемлешь,
Ты рвешь и терзаешь враждебную мглу...
И мгла исчезает, и тучи уходят,
Но, полное прошлой тревоги своей,
Ты долго вздымаешь испуганны волны,
И сладостный блеск возвращенных небес
Не вовсе тебе тишину возвращает;
Обманчив твоей неподвижности вид:
Ты в бездне покойной скрываешь смятенье,
Ты, небом любуясь, дрожишь за него.

1822


ЗАМОК НА БЕРЕГУ МОРЯ
Спойлер:
"Ты видел ли замок на бреге морском?
Играют, сияют над ним облака;
Лазурное море прекрасно кругом".

"Я замок тот видел на бреге морском;
Сияла над ним одиноко луна;
Над морем клубился холодный туман".

"Шумели ль, плескали ль морские валы?
С их шумом, с их плеском сливался ли глас
Веселого пенья, торжественных струн?"

"Был ветер спокоен; молчала волна;
Мне слышалась в замке печальная песнь;
Я плакал от жалобных звуков ее".

"Царя и царицу ты видел ли там?
Ты видел ли с ними их милую дочь,
Младую, как утро весеннего дня?"

"Царя и царицу я видел... Вдвоем
Безгласны, печальны сидели они;
Но милой их дочери не было там".


ПЛОВЕЦ
Спойлер:
Вихрем бедствия гонимый,
Без кормила и весла,
В океан неисходимый
Буря челн мой занесла.
В тучах звездочка светилась;
"Не скрывайся!"- я взывал;
Непреклонная сокрылась;
Якорь был - и тот пропал.

Все оделось черной мглою:
Всколыхалися валы;
Бездны в мраке предо мною;
Вкруг ужасные скалы.
"Нет надежды на спасенье!"-
Я роптал, уныв душой...
О безумец! Провиденье
Было тайный кормщик твой.

Невидимою рукою,
Сквозь ревущие валы,
Сквозь одеты бездны мглою
И грозящие скалы,
Мощный вел меня хранитель.
Вдруг - все тихо! мрак исчез;
Вижу райскую обитель...
В ней трех ангелов небес.

О спаситель-провиденье!
Скорбный ропот мой утих;
На коленах, в восхищенье,
Я смотрю на образ их.
О! кто прелесть их опишет?
Кто их силу над душой?
Всё окрест их небом дышит
И невинностью святой.

Неиспытанная радость -
Ими жить, для них дышать;
Их речей, их взоров сладость
В душу, в сердце принимать.
О судьба! одно желанье:
Дай все блага им вкусить;
Пусть им радость - мне страданье;
Но... не дай их пережить.

Июль 1812





.
Ответить с цитированием
3 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Broken Heart (07.02.2012), Natali (16.02.2012), Nathaniel (07.02.2012)
Старый 10.02.2012, 19:09   #61
makarena
Гость
 
Сообщений: n/a
Офицеры
По умолчанию Русские поэты о море

Фет Афанасий Афанасьевич

Афанасий Афанасьевич Фет (23 ноября (5 декабря) 1820, усадьба Новосёлки, Мценский уезд, Орловская губерния - 21 ноября (3 декабря) 1892, Москва) — русский поэт-лирик, переводчик, мемуарист.

Первые 14 и последние 19 лет жизни официально носил фамилию Шенши́н.
Родился в октябре или ноябре в селе Новоселки Орловской губернии. Его отцом был богатый помещик А. Шеншин, мать — Каролина Шарлотта Фёт, приехавшая из Германии.
Учился в немецкой школе-пансионате в городе Верро (ныне Выру, Эстония), затем в пансионе профессора Погодина, историка, писателя, журналиста, в который поступил для подготовки в Московский университет. Окончил в 1844 словесное отделение философского факультета университета. Первый сборник стихотворений Фета "Лирический пантеон" вышел в 1840 и получил одобрение Белинского, что вдохновило его на дальнейшее творчество.
Ради достижения своей цели — вернуть дворянское звание — в 1845 он покинул Москву и поступил на военную службу в один из провинциальных полков на юге. Продолжал писать стихи.
В 1850 в журнале "Современник", хозяином которого стал Некрасов, публикуются стихотворения Фета, которые вызывают восхищение критиков всех направлений. Он был принят в среду известнейших писателей (Некрасов и Тургенев, Боткин и Дружинин и др.), благодаря литературным заработкам улучшил свое материальное положение, что дало ему возможность совершить путешествие по Европе. В 1857 в Париже он женился на дочери богатейшего чаеторговца и сестре своего почитателя В. Боткина — М. Боткиной.
В 1858 Фет вышел в отставку, поселился в Москве и энергично занимается литературным трудом, требуя от издателей "неслыханную цену" за свои произведения.
Трудный жизненный путь выработал в нем мрачный взгляд на жизнь и общество. Его сердце ожесточили удары судьбы, а его стремление компенсировать свои социальные нападки делало его тяжелым в общении человеком. Фет почти перестал писать, стал настоящим помещиком, работая в своем имении; он избирается мировым судьей в Воробьевке. Так продолжалось почти 20 лет.
В конце 1870-х Фет с новой силой начал писать стихи. Сборнику стихотворений шестидесятитрехлетний поэт дал название "Вечерние огни". (Более трехсот стихотворений входят в пять выпусков, четыре из которых вышли в свет в 1883, 1885, 1888, 1891. Пятый выпуск поэт подготовил, но не успел издать.)
В 1888, в связи с "пятидесятилетием своей музы", Фету удалось добиться придворного звания камергера; день, в который это произошло, он посчитал днем, когда ему вернули фамилию "Шеншин", "одним из счастливейших дней своей жизни".
Умер А. Фет 21 ноября (3 декабря н.с.) 1892 в Москве.


Выдержки из статьи Корзиной Н.А. (к.ф.н., доцент кафедры теории литературы Тверского государственного университета) "Фет-маринист":
Спойлер:
Афанасий Афанасьевич Фет – тонкий лирик, чьё поэтическое кредо выражается формулой – «целый мир из красоты».

Море у Фета – не пейзаж в узком значении этого слова, не внешний фон для разворачивающегося лирического сюжета, а скорее атмосфера, разлитая и внутри, и во вне человеческой жизни. Она сливает чувства и мысли с любованием, движением, звуками и запахами, пронизывающими всё вокруг тонкими вибрациями.

Рисуя море, Фет фиксирует едва уловимые, зыбкие, пульсирующие проявления, переходные состояния (от вечера к ночи, от ночи к рассвету, от штиля к буре). Отдельные детали импрессионистического пейзажа «сдвигаются со своих мест, причудливо вырастают, зыбятся, клубятся, меняют очертания, словно повинуясь прихотливому движению человеческого взгляда». Поэт будто останавливает мгновение, выражая впечатления, передавая трепет, колебания и состояние воды (гладь, влага, капли, прибой, зыбь морская, залив, взморье, волна, вал, гряда, бурун), воздуха и атмосферы (облака, сизая дымка, туман, ветер, тучки), света («засверкал огонь зарницы», звёзды «мигали лучами», «сквозной перламутр», «сверкает средиземный вал», «камень озарённый», залив, «потухая за дымкою сизой, весь в ширину он серебряной светится ризой»), цвета моря (цвет стали, серебряная риза, румяный, зелёный, зелено-медный, белый, тёмная зыбь, пурпурный, лазурный).

Олицетворения помогают представить море живой, изменчивой стихией («залив спит», «море млеет», «волны бьют челом», «вал бежит», «зыбь дышит»).

Переходные состояния природы, текучесть явлений особенно привлекают внимание поэта, рождая оригинальные олицетворения, сравнения и метафоры («парус тонет, как в дыму», «день бледнеет понемногу», «…робко набегает день,…тайно свет уходит прочь»). Фет чуток к тончайшему трепету, колебаниям движения («стрижи мелькают», «трепещут вымпела», «стихия…дрожит, дрожит и сердце», «качаяся, звёзды мигали лучами»).

Для маринистики Фета характерен мотив отражения, представленный импрессионистически («свод небесный в воде опрокинут», волна «в лунный свет погружена, в ней и земля отражена, и задрожал весь хор небесный»).

Неоднократно обращение Фета к мифологическим образам с их персонификацией, что является одним из способов одухотворения морской стихии (Фетида, Феб, Аврора, Амфитрита, морской бог, морская царица).

Интересно отметить, что среди морских пейзажей Фета, при всём разнообразии картин и состояний моря, нет унылого пейзажа.

Мы видим лирического героя Фета простым созерцателем красоты моря, в то же время его душа поёт «то же, что и море». («Любуясь раздольем движенья двойного, мечта позабыла мертвящую сушу»). Вместе с тем, и волна уподобляется душе лирического героя: «А нынче - как моя душа, волна светла… ».


Цикл А.А.Фета "Море"

НОЧЬ ВЕСЕННЕЙ НЕГОЙ ДЫШИТ…
Спойлер:
Ночь весенней негой дышит,
Ветер взморья не колышет,
Весь залив блестит, как сталь,
И над морем облаками,
Как ползущими горами,
Разукрасилася даль.

Долго будет утомленный
Спать с Фетидой Феб влюбленный,
Но Аврора уж не спит
И, смутясь блаженством бога,
Из подводного чертога
С ярким факелом бежит.

< 1854 >

"Стихотворение «Ночь весенней негой дышит» открывает цикл «Море». Перед нами тихое, спокойное, безмятежное море. Ночь одухотворяется, она «негой дышит», как живая. С берега моря движение взгляда идёт всё дальше. Сначала перед нами залив, затем небо, и, наконец, взор устремляется вдаль".


ЖДИ ЯСНОГО НА ЗАВТРА ДНЯ…
Спойлер:
Жди ясного на завтра дня.
Стрижи мелькают и звенят.
Пурпурной полосой огня
Прозрачный озарен закат.

В заливе дремлют корабли, -
Едва трепещут вымпела.
Далеко небеса ушли -
И к ним морская даль ушла.

Так робко набегает тень,
Так тайно свет уходит прочь,
Что ты не скажешь: минул день,
Не говоришь: настала ночь.

< 1854 >

"Стихотворение «Жди ясного на завтра дня»,- поистине чудесная пейзажная зарисовка. Слова в нём настолько легки и точны, что вызывают образ художника, который торопливо кладёт краски на холст, боясь, что «свет уходит прочь». Так работали художники-импрессионисты. Так «работает» и А.А. Фет".


ВЕЧЕР У ВЗМОРЬЯ
Спойлер:
Засверкал огонь зарницы,
На гнезде умолкли птицы,
Тишина леса объемлет,
Не качаясь, колос дремлет;
День бледнеет понемногу,
Вышла жаба на дорогу.

Ночь светлеет и светлеет,
Под луною море млеет;
Различишь прилежным взглядом,
Как две чайки, сидя рядом,
Там, на взморье плоскодонном,
Спят на камне озаренном.

< 1854 >

"Необыкновенной красоты ночное море пленило лирического героя. «Третью уж ночь» он приходит на этот холм по «звонкой дороге» мимо старой ивы, чтобы насладиться великолепным заливом. Невольная, «волшебная сила» влечёт за собой того, кто смотрит вдаль залива, обращается к нему".


МОРСКАЯ ДАЛЬ ВО МГЛЕ ТУМАННОЙ...
Спойлер:
Морская даль во мгле туманной;
Там парус тонет, как в дыму,
А волны в злобе постоянной
Бегут к прибрежью моему.

Из них одной, избранной мною,
Навстречу пристально гляжу
И за грядой ее крутою
До камня влажного слежу.

К ней чайка плавная спустилась, -
Не дрогнет острое крыло.
Но вот громада докатилась,
Тяжеловесна, как стекло;

Плеснула в каменную стену,
Вот звонко грянет на плиту -
А уж подкинутую пену
Разбрызнул ветер на лету.

< 1857>
«Вечер у взморья» можно считать логическим продолжением стихотворения «Морской залив». Рассвет, которого ожидал лирический герой, приближается.
Два шестистишия составляют эту миниатюру. В первом описывается наступление вечера, который переходит в ночь. Утихает день, природа погружается в сон".


ПРИБОЙ
Спойлер:
Утесы. зной и сон в пустыне,
Песок да звонкий хрящ кругом,
И вдалеке земной твердыне
Морские волны бьют челом.

На той черте уже безвредный,
Не докатясь до красных скал,
В последний раз зелено-медный
Сверкает Средиземный вал;

И, забывая век свой бурный,
По пестрой отмели бежит
И преломленный и лазурный;
Но вот преграда - он кипит,

Жемчужной пеною украшен,
Встает на битву со скалой
И, умирающий, всё страшен
Всей перейденной глубиной.

< 1856 или 1857 >

"Представляется бескрайняя сухая пустыня, под ногами песок да мелкая галька. Пустыня в стихотворении окрашена семантикой тоски и одиночества. По описанию природы можно предположить, что время суток – полдень. Жизнь замерла. Лишь вдалеке едва заметна черта столкновения вала и утёса. Фет своим стихотворением показывает, что всему своё время, всему своя пора. Есть время жизни, расцвета, радости, но всему приходит конец. Тем не менее, жизнь продолжается, всё идёт своим чередом. Жизненный цикл постоянен, но лишь движение позволяет начать новый круг".


НА КОРАБЛЕ
Спойлер:
Летим! Туманною чертою
Земля от глаз моих бежит.
Под непривычною стопою
Вскипая белою грядою,
Стихия чуждая дрожит.

Дрожит и сердце, грудь заныла;
Напрасно моря даль светла,
Душа в тот круг уже вступила,
Когда невидимая сила
Ее неволей унесла.

Ей будто чудится заране
Тот день, когда без корабля
Помчусь в воздушном океане
И будет исчезать в тумане
За мной родимая земля.

< 1856 или 1857 >

"Стоя на корабле, ты чувствуешь крылья за спиной, ощущаешь лёгкость и невесомость полёта. Нет человека, который не испытывал бы чувства восторга при мысли о полёте. Заворожено мы наблюдаем за птицами. Каждого в детстве посещали мечты о полёте. Чувством полёта пронизано всё стихотворение. Оно сопровождает нас всю жизнь. Мы растём с ним, взрослеем. Оно нас вдохновляет, ведёт по жизни, и душа наша «мчится в воздушном океане» даже после неё. Конечна жизнь человека, но движение вечно".


БУРЯ
Спойлер:
Свежеет ветер, меркнет ночь,
А море злей и злей бурлит,
И пена плещет на гранит -
То прянет, то отхлынет прочь.

Все раздражительней бурун;
Его шипучая волна
Так тяжела и так плотна,
Как будто в берег бьет чугун.

Как будто бог морской сейчас,
Всесилен и неумолим,
Трезубцем пригрозя своим,
Готов воскликнуть: "Вот я вас!"
< 1854 >

"Стихотворение «Буря» - кульминационное в цикле, и, несмотря на то, что из тринадцати стихотворений цикла оно девятое, оно является его смысловым центром. Стихотворение возвращает нас в реальный мир, мир бушующей морской стихии..."


ПОСЛЕ БУРИ
Спойлер:
Пронеслась гроза седая,
Разлетевшись по лазури.
Только дышит зыбь морская,
Не опомнится от бури.

Спит, кидаясь, челн убогой,
Как больной от страшной мысли,
Лишь забытые тревогой
Складки паруса обвисли.

Освеженный лес прибрежный
Весь в росе, не шелохнется. -
Час спасенья, яркий, нежный,
Словно плачет и смеется.

< 1870 >

"Интересно наблюдать за тем, как начинается буря, как стихия разворачивается всей своей мощью, но не менее завораживает момент успокоения природы. Всё вокруг пробуждается, будто заново родившись.
Стихотворение «После бури» - это момент наступления равновесия в природе. Гармония, нарушенная бурей, воспоминания о которой ещё свежи, вновь устанавливается в мире.
И вновь Фет запечатлел переходное, «пограничное» состояние. Всё вокруг пропитано свежестью. Лес не шелохнётся, ничто пока не нарушает шаткого равновесия, на время установившегося в природе. Фет одухотворяет «час спасенья» через сравнение: он «словно плачет и смеётся»."


ВЧЕРА РАССТАЛИСЬ МЫ С ТОБОЙ...
Спойлер:
Вчера расстались мы с тобой.
Я был растерзан. - Подо мной
Морская бездна бушевала.
Волна кипела за волной
И, с грохотом о берег мой
Разбившись в брызги, убегала.

И новые росли во мгле,
Росли и небу и земле
Каким-то бешеным упреком;
Размыть уступы острых плит
и вечный раздробить гранит
Казалось вечным их уроком.

А ныне - как моя душа,
Волна светла, - и, чуть дыша,
Легла у ног скалы отвесной;
И, в лунный свет погружена,
В ней и земля отражена
И задрожал весь хор небесный.

< 1864 >

"Стихотворение «Вчера расстались мы с тобой…» заметно отличается от других стихотворений цикла, и, прежде всего, композиционным построением. Оно состоит из трёх секстетов. Первые две строфы – это воспоминания. Воспоминания о расставании лирического героя с любимой, а последний секстет – это состояние лирического героя «нынче». Удивительно, что в стихотворении очевиден довольно длительный промежуток времени, тогда как Фету свойственно запечатлеть момент, нежели состояние души в продолжительное время".


МОРЕ И ЗВЕЗДЫ
Спойлер:
На море ночное мы оба глядели.
Под нами скала обрывалася бездной;
Вдали затихавшие волны белели,
А с неба отсталые тучки летели,
И ночь красотой одевалася звездной.

Любуясь раздольем движенья двойного,
Мечта позабыла мертвящую сушу,
И с моря ночного и с неба ночного,
Как будто из дальнего края родного,
Целебною силою веяло в душу.

Всю злобу земную, гнетущую, вскоре,
По-своему каждый, мы оба забыли,
Как будто меня убаюкало море,
Как будто твое утолилося горе,
Как будто бы звезды тебя победили.

< 1859 >

"В стихотворении «Море и звёзда» автор рисует картину умиротворения природы. Только вдалеке «отсталые тучки», которые не успели исчезнуть после бури. Но, тем не менее, постепенно вырисовывается идеальный пейзаж – пейзаж, наполненный красотой: «И ночь красотой одевалася звёздной». Лирический герой на берегу моря нашёл чувство умиротворения, которое не могла дать ему земля. Образ бездны в первой строфе заранее отталкивает читателя от земной стихии, ведь бездна – нечто отталкивающее, пугающее неопределённостью, темнотой. Море – стихия, которой любуется лирический герой, он в её плену."


КАЧАЯСЯ, ЗВЁЗДЫ МИГАЛИ ЛУЧАМИ..
Спойлер:
Качаяся, звёзды мигали лучами…
Качаяся, звезды мигали лучами
На темных зыбях Средиземного моря,
А мы любовались с тобою огнями,
Что мчались под нами, с небесными споря.

В каком-то забвеньи, немом и целебном,
Смотрел я в тот блеск, отдаваяся неге;
Казалось, рулем управляя волшебным,
Глубоко ты грудь мне взрезаешь в побеге.

И там, в глубине, молодая царица,
Бегут пред тобой светоносные пятна,
И этих несметных огней вереница
Одной лишь тебе и видна и понятна.

< 17 февраля 1891 >

"Море – неразгаданная стихия, которая остаётся непонятна людям. Фет в своих стихотворениях о море замечает то, что не видно обычному человеку, пытается понять морскую стихию. Но читатель вместе с лирическим героем снова и снова открывает тайны моря. Морская стихия остаётся пленяющей и завораживающей своей мощью и красотой, она притягивает всех своей тайной".


ГЕРО И ЛЕАНДР
Спойлер:
Бледен лик твой, бледен, дева!
Средь упругих волн напева
Я люблю твой бледный лик.
Под окном на всем просторе
Только море - только в море
Волн кочующих родник.

Тихо. Море голубое
Взору жадному в покое
Каждый луч передает.
Что ж там в море - чья победа?
Иль в зыбях, вторая Леда,
Лебедь-бог к тебе плывет?

Не бессмертный, не бессонный,
Нет, то юноша влюбленный
Проложил отважный путь,
И, полна огнем желаний,
Волны взмахом крепкой длани
Молодая режет грудь.

Меркнет день; из крайней тучи
Вдоль пучины ветр летучий
Направляет шаткий бег,
И под молнией багровой
Страшный вал белоголовый
С ревом прыгает на брег.

Где ж он, Геро? С бездной споря
Удушающего моря,
На свиданье он спешит!
Хоть бесстрастен, хоть безгласен,
Но по-прежнему прекрасен,
Он у ног твоих лежит.

Бледен лик твой, бледен, дева!
Средь упругих волн напева
Я люблю твой бледный лик.
Под окном на всем просторе
Только море - только в море
Волн кочующий родник.

< 1847 >


БАРАШКОВ БУРЯ ШЛЕТ СВОИХ...
Спойлер:
Барашков буря шлет своих,
Барашков белых в море,
Рядами ветер гонит их
И хлещет на просторе.

Малютка, хоть твоя б одна
Ладья спастись успела,
Пока всей хляби глубина,
Чернея, не вскипела!

Как жаль тебя! Но об одном
Подумать так обидно,
Что вот за мглою и дождем
Тебя не станет видно.

< 26 августа 1892 >


СНИЛСЯ БЕРЕГ МНЕ СКАЛИСТЫЙ...
Спойлер:
Снился берег мне скалистый,
Море спало под луною,
Как ребенок дремлет чистый, -
И по нем скользя с тобою,
В дым прозрачный и волнистый
Шли алмазной мы стезею.

< Конец 1856 или начало 1857 >


БУРЯ НА НЕБЕ ВЕЧЕРНЕМ...
Спойлер:
Буря на небе вечернем,
Моря сердитого шум -
Буря на море и думы,
Много мучительных дум -
Буря на море и думы,
Хор возрастающих дум -
Черная туча за тучей,
Моря сердитого шум.

< 1842 >



.
Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Broken Heart (10.02.2012), Natali (16.02.2012)
Старый 16.02.2012, 09:27   #62
makarena
Гость
 
Сообщений: n/a
Офицеры
По умолчанию Русские поэты о море

Цветаева Марина Ивановна

Марина Цветаева (26 сентября (8 октября), 1892, Москва, Российская империя - 31 августа 1941, Елабуга, СССР) — русский поэт, прозаик, переводчик, одна из самых самобытных поэтов Серебряного века.

Марина Цветаева родилась 26 сентября (8 октября) 1892 году в Москве. Её отец, Иван Владимирович, - профессор Московского университета, известный филолог и искусствовед; стал в дальнейшем директором Румянцевского музея и основателем Музея изящных искусств. Мать, Мария Мейн (по происхождению - из обрусевшей польско-немецкой семьи), была пианисткой, ученицей Антона Рубинштейна.
Детские годы Цветаевой прошли в Москве и в Тарусе. Из-за болезни матери подолгу жила в Италии, Швейцарии и Германии. Начальное образование получила в Москве; продолжила его в пансионах Лозанны (Швейцария) и Фрайбурга (Германия). Огромное влияние на Марину, на формирование её характера оказывала мать. Она мечтала видеть дочь музыкантом.
После смерти матери от чахотки в 1906 году Марина с сестрой Анастасией остались на попечении отца.
Марина начала писать стихи - не только на русском, но и на французском и немецком языках - ещё в шестилетнем возрасте.

Стихотворение А.С. Пушкина “К Морю”, как и многие его произведения, было не менее значимо для судьбы Цветаевой . Прочитав его, не раз повторяя про себя, она создала в своем воображении картину “своей” стихии, шумы которой слышны в “розовой австралийской раковине”. Это было видение: Пушкин, переносящий, проносящий над головой – все море , которое, по ощущениям маленькой Марины , было еще и внутри его. И когда Цветаева увидела море воочию, “с той первой встречи никогда не полюбила”. Её внутренний мир в очередной раз не совпал с образом реальной действительности; “её” море просто не вмещалось в узкие рамки земного бытия. Стихию с этого момента она стала отождествлять со стихами, что “оказалось – прозрением: “свободная стихия” оказалась стихами, а не морем , стихами, то есть единственной стихией, с которой не прощаются – никогда”.
Так А.С. Пушкин определил дальнейшую судьбу Марины Ивановны Цветаевой ; человеческий образ поэта, его стихи, проза, прочитанные в раннем детстве, формировали отношение Цветаевой к поэзии, делу поэта, жизни.

Образ моря у Цветаевой так же многолик, как и ее душа: это и бунт, и стремительность, и глубина, и опасность, и любовь, и неисчерпаемость. И себя, и свою душу она видит всегда «морской», даже ее имя Марина значит “морская” (“Душа и имя”):
Но имя Бог мне иное дал:
Морское оно, морское!
...Мечты иные мне подал Бог:
Морские они, морские!
...Но душу Бог мне иную дал:
Морская она, морская!



МЯТЕЖНИКИ
Спойлер:
Что за мука и нелепость
Этот вечный страх тюрьмы!
Нас домой зовут, а мы
Строим крепость.

Как помочь такому горю?
Остается лишь одно:
Изловчиться - и в окно,
Прямо к морю!

Мы - свободные пираты,
Смелым быть - наш первый долг.
Ненавистный голос смолк.
За лопаты!

Слов не слышно в этом вое,
Ветер, море, - всe за нас.
Наша крепость поднялась,
Мы - герои!

Будет славное сраженье.
Ну, товарищи, вперед!
Враг не ждет, а подождет
Умноженье.


МОЛИТВА МОРЮ
Спойлер:
Солнце и звезды в твоей глубине,
Солнце и звезды вверху, на просторе.
Вечное море,
Дай мне и солнцу и звездам отдаться вдвойне.

Сумрак ночей и улыбку зари
Дай отразить в успокоенном взоре.
Вечное море,
Детское горе мое усыпи, залечи, раствори.

Влей в это сердце живую струю,
Дай отдохнуть от терпения -- в споре.
Вечное море,
В мощные воды твои свой беспомощный дух предаю!


С МОРЯ
поэма
Спойлер:
С Северо-Южным,
Знаю: неможным!
Можным — коль нужным!
В чем-то дорожном,

— Воздухокрутом,
Мчащим щепу! —
Сон три минуты
Длится. Спешу.

С кем — и не гляну! —
Спишь. Три минуты.
Чем с Океана —
Долго — в Москву-то!

Молниеносный
Путь — запасной:
Из своего сна
Прыгнула в твой.

Снюсь тебе. Четко?
Гладко? Почище,
Чем за решеткой
Штемпельной? Писчей —

Стою? Почтовой —
Стою? Красно?
Честное слово
Я, не письмо!

Вольной цезуры
Нрав. Прыгом с барки!
Что без цензуры —
Даже без марки!

Всех объегоря,
— Скоропись сна! —
Вот тебе с моря —
Вместо письма!

Вместо депеши.
Вес? Да помилуй!
Столько не вешу
Вся — даже с лирой

Всей, с сердцем Ченчи
Всех, с целым там.
Сон, это меньше
Десяти грамм.

Каждому по три —
Шесть (сон взаимный).
Видь, пока смотришь:
Не анонимный

Нос, твердозначен
Лоб, буква букв —
Ять, ять без сдачи
В подписи губ.

Я — без описки,
Я — без помарки.
Роз бы альпийских
Горсть, да хибарка

На море, да но
Волны добры.
Вот с Океана,
Горстка игры.

Мало - по малу бери, как собран.
Море играло. Играть — быть добрым.
Море играло, а я брала,
Море теряло, а я клала

За ворот, за щеку, — терпко, морско!
Рот лучше ящика, если горсти
Заняты. Валу, звучи, хвала!
Муза теряла, волна брала.

Крабьи кораллы, читай: скорлупы.
Море играло, играть — быть глупым.
Думать — седая прядь! —
Умным. Давай играть!

В ракушки. Темп un petit navir`a [1]
Эта вот — сердцем, а эта — лирой,

Эта, обзор трех куч,
Детства скрипичный ключ.

Подобрала у рыбацкой лодки.
Это — голодной тоски обглодки:

Камень — тебя щажу, —
Лучше волны гложу,

Осатанев на пустынном спуске.
Это? — какой-то любви окуски:

Восстановить не тщусь:
Так неглубок надкус.

Так и лежит не внесенный в списки.
Это — уже не любви — огрызки:

Совести. Чем слезу
Лить-то — ее грызу,

Не угрызомую ни на столько.
Это — да нашей игры осколки

Завтрашние. Не видь.
Жаль ведь. Давай делить.

Не что понравится, а что выну.
(К нам на кровать твоего бы сына
Третьим — нельзя ль в игру?)
Первая — я беру.

Только песок, между пальцев, ливкий.
Стой-ка: какой-то строфы отрывки:
«Славы подземный храм».
Ладно. Допишешь сам.

Только песок, между пальцев, плёский.
Стой-ка: гремучей змеи обноски:
Ревности! Обновясь
Гордостью назвалась.

И поползла себе с полным правом.
Не напостовцы — стоять над крабом
Выеденным. Не краб:
Славы кирпичный крап.

Скромная прихоть:
Камушек. Пемза.
Полый как критик.
Серый как цензор

Над откровеньем.
— Спят цензора! —
Нашей поэме
Цензор — заря.

(Зори — те зорче:
С током Кастальским
В дружбе. На порчу
Перьев — сквозь пальцы...

«Вирши, голубчик?
Ну и черно!»
И не взглянувши:
Разрешено!)

Мельня ты мельня, морское коло!
Мамонта, бабочку, — всё смололо
Море. О нем — щепоть
Праха — не нам молоть!

Вот только выговорюсь — и тихо.
Море! прекрасная мельничиха,
Место, где на мели
Мелочь — и нас смели!

Преподаватели! Пустомели!
Материки, это просто мели
Моря. Родиться (цель —
Множиться!) — сесть на мель.

Благоприятную, с торфом, с нефтью.
Обмелевающее бессмертье —
Жизнь. Невпопад горды!
Жизнь? Недохват воды

Надокеанской.
Винюсь заране:
Я нанесла тебе столько дряни,
Столько заморских див:
Всё, что нанес прилив.

Лишь оставляет, а брать не просит.
Странно, что это — отлив приносит,
Убыль, в ладонь, дает.
Не узнаешь ли нот,

Нам остающихся по две, по три
В час, когда бог их принесший — отлил,
Отбыл... Орфей... Арфист...
Отмель — наш нотный лист!

— Только минуту еще на сборы!
Я нанесла тебе столько вздору:
Сколько язык смолол, —
Целый морской подол!

Как у рыбачки, моей соседки.
Но припасла тебе напоследки
Дар, на котором строй:
Море роднит с Москвой,

Советороссию с Океаном
Республиканцу — рукой шуана —
Сам Океан-Велик
Шлет. Нацепи на шлык.

И доложи мужикам в колосьях,
Что на шлыке своем краше носят
Красной — не верь: вражду
Классов — морей звезду!

Мастеровым же и чужеземцам:
Коли отстали от Вифлеемской,
Клин отхватив шестой,
Обречены — морской:

Прабогатырской, первобылинной.
(Распространяюсь, но так же длинно
Море — морским пластам.)
Так доложи ж властям

— Имени-звания не спросила —
Что на корме корабля Россия
Весь корабельный крах:
Вещь о пяти концах.

Голые скалы, слоновьи ребра...
Море устало, устать — быть добрым.
Вечность, махни веслом!
Влечь нас. Давай уснем.

Вплоть, а не тесно,
Огнь, а не дымно.
Ведь не совместный
Сон, а взаимный:

В Боге, друг в друге.
Нос, думал? Мыс!
Брови? Нет, дуги,
Выходы из —
Зримости.

Вандея, St. Gilles-sur-Vie, Май 1926 г.

[1] Речь идет о детской песенке (фр.).


ПОСЛЕДНИЙ МОРЯК
Спойлер:
О ты - из всех залинейных нот
Нижайшая! - Кончим распрю!
Как та чахоточная, что в ночь
Стонала: еще понравься!

Ломала руки, а рядом драк
Удары и клятв канаты.
(Спал разонравившийся моряк
И капала кровь на мя-
тую наволоку...)

А потом, вверх дном
Стакан, хрусталем и кровью
Смеясь ... - и путала кровь с вином,
И путала смерть с любовью.

"Вам сон, мне - спех! Не присев, не спев -
И занавес! Завтра в лежку!"
Как та чахоточная, что всех
Просила: еще немножко

Понравься!... (Руки уже свежи,
Взор смутен, персты не гнутся...)
Как та с матросом - с тобой, о жизнь,
Торгуюсь: еще минутку
Понравься!..

15 сентября 1923


КАК РУКА С ТВОЕЙ РУКОЙ
Спойлер:
Как рука с твоей рукой
Мы стояли на мосточку.
Юнкерочек мой морской
Невысокого росточку.
Низкий, низкий тот туман,
Буйны, злы морские хляби.
Твой сердитый - капитан,
Быстрый, быстрый твой корабль.
Я пойду к себе домой,
Угощусь из смертной рюмки.
Юнга, юнга, юнга мой,
Юнга, морской службы юнкер!


ПЕСЕНКИ ИЗ ПЬЕСЫ "УЧЕНИК"
Спойлер:
1
В час прибоя
Голубое
Море станет серым.
В час любови
Молодое
Сердце станет верным.
Бог, храни в часы прибоя -
Лодку, бедный дом мой!
Охрани от злой любови
Сердце, где я дома!

5. (МОРЯКИ И ПЕВЕЦ)
Среди диких моряков - простых рыбаков
Для шутов и для певцов
Стол всегда готов.
Само море нам - хлеб,
Само море нам - соль,
Само море нам - стакан,
Само море нам - вино.
Мореходы и певцы - одной материи птенцы,
Никому - не сыны,
Никому - не отцы.
Мы - веселая артель!
Само море - нам купель!
Само море нам - качель!
Само море - карусель!
А девчонка у нас - заведется в добрый час,
Лишь одна у нас опаска:
Чтоб по швам не разошлась!
Бела пена - нам полог,
Бела пена - нам перинка,
Бела пена - нам подушка,
Бела пена - пуховик.

7
- Хоровод, хоровод,
Чего ножки бьешь?
- Мореход, мореход,
Чего вдаль плывешь?
Пляшу, - пол горячий!
Боюсь, обожгусь!
- Отчего я не плачу?
Оттого что смеюсь!
Наш моряк, моряк -
Морячок морской!
А тоска - червяк,
Червячок простой.
Поплыл за удачей,
Привез - нитку бус.
- Отчего я не плачу?
Оттого что смеюсь!
Глубоки моря!
Ворочбйся вспять!
Зачем рыбам - зря
Красоту швырять?
Бог дал, - я растрачу!
Крест медный - весь груз.
- Отчего я не плачу?
Оттого что смеюсь!


МОРЯКИ И ПЕВЕЦ
Спойлер:
Среди диких моряков - простых рыбаков
Для шутов и для певцов
Стол всегда готов.

Само море нам - хлеб,
Само море нам - соль,
Само море нам - стакан,
Само море нам - вино.

Мореходы и певцы - одной материи птенцы,
Никому - не сыны,
Никому - не отцы.

Мы - веселая артель!
Само море - нам купель!
Само море нам - качель!
Само море - карусель!

А девчонка у нас – Заведется в добрый час,
Лишь одна у нас опаска:
Чтоб по швам не разошлась!

Бела пена - нам полог,
Бела пена - нам перинка,
Бела пена - нам подушка,
Бела пена - пуховик. Молитва морю

Солнце и звезды в твоей глубине,
Солнце и звезды вверху, на просторе.
Вечное море,
Дай мне и солнцу и звездам отдаться вдвойне

Сумрак ночей и улыбку зари
Дай отразить в успокоенном взоре.
Вечное море,
Детское горе мое усыпи, залечи, раствори.

Влей в это сердце живую струю,
Дай отдохнуть от терпения - в споре.
Вечное море,
В мощные воды твои свой беспомощный дух
предаю!


ЮНГЕ
Спойлер:
Сыплют волны, с колесами споря,
Серебристые брызги вокруг.
Ни смущения в сердце, ни горя, -
Будь счастливым, мой маленький друг!

В синеву беспокойного моря
Выплывает отважный фрегат.
Ни смущения в сердце, ни горя, -
Будь счастливым, мой маленький брат!


НАЯДА
Спойлер:
Проходи стороной,
Тело вольное, рыбье!
Между мной и волной,
Между грудью и зыбью -

Третье, злостная грань
Дружбе гордой и голой:
Стопудовая дань
Пустяковине: полу.

Узнаю тебя, клин,
Как тебя ни зови:
В море - ткань, в поле - тын,
Вечный третий в любви!

Мало - злобе людской
Права каменных камер?
Мало - деве морской
Моря трепетной ткани?

Океана-Отца
Неизбывных достатков -
Пены - чудо-чепца?
Вала - чудо-палатки?

Узнаю тебя, гад,
Как тебя ни зови:
В море - ткань, в горе - взгляд, -
Вечный третий в любви!

Как приму тебя, бой,
Мне даваемый глубью,
Раз меж мной - и волной,
Между грудью - и грудью...

- Нереида! - Волна!
Ничего нам не надо,
Что не я, не она,
Не волна, не наяда!

Узнаю тебя, гроб,
Как тебя ни зови:
В вере - храм, в храме - поп, -
Вечный третий в любви!

Хлебопек, кочегар, -
Брак без третьего между!
Прячут жир (горе бар!)
Чистым - нету одежды!

Черноморских чубов:
- Братцы, голые топай! -
Голым в хлябь и в любовь,
Как бойцы Перекопа -

В бой...
Матросских сосков
Рябь. - "Товарищ, живи!"
...В пулю - шлем, в бурю - кров:
Вечный третий в любви!

Побережья бродяг,
Клятвы без аналоев!
Как вступлю в тебя, брак,
Раз меж мною - и мною ж -

Чту? Да нос на тени,
Соглядатай извечный -
(Свой же). Всё, что бы ни -
Что? Да всё, если нечто!

Узнаю тебя, бic,
Как тебя ни зови:
Нынче - нос, завтра - мыс, -
Вечный третий в любви!

Горделивая мать
Над цветущим отростком,
Торопись умирать!
Завтра - третий вотрется!

Узнаю тебя, смерть,
Как тебя ни зови:
В сыне - рост, в сливе - червь:
Вечный третий в любви.

Понтайяк, 1 августа 1928


.
Ответить с цитированием
3 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Flibustier (16.02.2012), Natali (16.02.2012), Шустрый Игорёк (08.04.2012)
Реклама

Зарегистрированным пользователям показывается меньше рекламы!

Старый 18.02.2012, 18:20   #63
makarena
Гость
 
Сообщений: n/a
Офицеры
По умолчанию Русские поэты о море

Саша Черный

Саша Черный, настоящее имя Александр Михайлович Гликберг (1 (13) октября 1880, Одесса, Российская империя - 5 августа 1932, Ле-Лаванду, Прованс, Франция) — русский поэт Серебряного века, прозаик, получивший широкую известность как автор популярных лирико-сатирических стихотворных фельетонов.

Родился (13) октября 1880 в Одессе в семье еврея-провизора. Крещенный отцом в возрасте 10 лет, чтобы иметь возможность поступить в гимназию вне «процентной нормы», обучения не закончил (неоднократно отчислялся за неуспеваемость).
В 1902–1904 служил в Новоселицкой таможне, с 1905 – чиновник в Петербурге, где благодаря женитьбе на ученице видного профессора философии А.И.Введенского и родственнице известных купцов Елисеевых получил возможность заняться самообразованием.
В 1905-1906 гг. сотрудничал в сатирических журналах «Сигнал», «Леший», «Маски», «Скоморох» и других. После конфискации первого сборника стихов «Разные мотивы» (1906) Саша Черный был вынужден, во избежание ареста, уехать за границу.
Вернувшись в 1908 году в Россию, начал сотрудничать в «Сатириконе» и вскоре стал самым популярным сатириконским поэтом. Порвав в 1911-м году с «Сатириконом», отходившим от злободневной политической сатиры, перешел в журнал «Современник», опубликовал в нем несколько фельетонов в стихах на актуальные социально-политические темы.
Был участником первой мировой войны, которой посвятил стихотворный цикл «Война».
В 1920 г. эмигрировал за границу.
Саша Чёрный скончался от сердечного приступа 5 августа 1932 года. Рискуя жизнью, он помогал в тушении пожара на соседней ферме, придя домой, слёг и больше не поднялся.
Похоронен на кладбище Лаванду, департамент Вар. Могила поэта была утеряна после боевых действий Второй мировой войны.
Детей у поэта не было.



ШТИЛЬ
Спойлер:
Из Гейне

Море дремлет... Солнце стрелы
С высоты свергает в воду.
И корабль в дрожащих искрах
Гонит хвост зеленых борозд.

У руля на брюхе боцман
Спит и всхрапывает тихо.
Весь в смоле, у мачты юнга,
Скорчась, чинит старый парус.

Сквозь запачканные щеки
Краска вспыхнула, гримаса
Рот свела, и полон скорби
Взгляд очей - больших и нежных.

Капитан над ним склонился,
Рвет и мечет, и бушует:
"Вор и жулик! Из бочонка
Ты, злодей, стянул селедку!"

Море дремлет... Из пучины
Рыбка-умница всплывает,
Греет голову на солнце
И хвостом игриво плещет.

Но из воздуха, как камень,
Чайка падает на рыбку -
И с добычей легкой в клюве
Вновь в лазурь взмывает чайка.
1911


У МОРЯ
Спойлер:
Облаков жемчужный поясок
Полукругом вьется над заливом.
На горячий палевый песок
Мы легли в томлении ленивом.

Голый доктор, толстый и большой,
Подставляет солнцу бок и спину.
Принимаю вспыхнувшей душой
Даже эту дикую картину.

Мы наги, как дети-дикари,
Дикари, но в самом лучшем смысле.
Подымайся, солнце, и гори,
Растопляй кочующие мысли!

По морскому хрену, возле глаз,
Лезет желтенькая божия коровка.
Наблюдаю трудный перелаз
И невольно восхищаюсь: ловко!

В небе тают белые клочки.
Покраснела грудь от ласки солнца.
Голый доктор смотрит сквозь очки,
И в очках смеются два червонца.

«Доктор, друг! А не забросить нам
И белье, и платье в сине море?
Будем спины подставлять лучам
И дремать, как галки на заборе...

Доктор, друг... мне кажется, что я
Никогда не нашивал одежды!»
Но коварный доктор — о змея! —
Разбивает все мои надежды:

«Фантазер! Уже в закатный час
Будет холодно, и ветрено, и сыро.
И притом фигуришки у нас:
Вы — комар, а я — бочонок жира.

Но всего важнее, мой поэт,
Что меня и вас посадят в каталажку».
Я кивнул задумчиво в ответ
И пошел напяливать рубашку.
1909


НАД МОРЕМ
Спойлер:
Над плоской кровлей древнего храма
Запели флейты морского ветра.
Забилась шляпа, и складки фетра
В ленивых пальцах дыбятся упрямо.

Направо море - зеленое чудо.
Налево - узкая лента пролива.
Внизу безумная пляска прилива
И острых скал ярко-желтая груда.

Крутая барка взрезает гребни.
Ныряет, рвется и все смелеет.
Раздулся парус - с холста алеет
Петух гигантский с подъятым гребнем.

Глазам так странно, душе так ясно:
Как будто здесь стоял я веками,
Стоял над морем на древнем храме
И слушал ветер в дремоте бесстрастной.
1913


В МОРЕ
Спойлер:
Если низко склониться к воде
И смотреть по волнам на закат -
Нет ни неба, ни гор, ни людей,
Только красных валов перекат...

Мертвый отблеск... Холодная жуть,
Тускло смотрит со дна глубина...
Где же лодка моя и гребец?
Где же руки, и ноги, и грудь?

О, как любо, отпрянув назад,
Милый берег глазами схватить,
Фонарей ярко-желтую нить
И пустынного мола черту!
1911


ГРУБЫЙ ГРОХОТ СЕВЕРНОГО МОРЯ
Спойлер:
Грубый грохот Северного моря.
Грязным дымом стынут облака.
Черный луг, крутой обрыв узоря,
Окаймил пустынный борт песка.
Скучный плеск, пронизанный шипеньем,
Монотонно точит тишину.
Разбивая пенный вал на звенья,
Насыпь душит мутную волну...
На рыбачьем стареньком сарае
Камышинка жалобно пищит,
И купальня дальняя на сваях
Австралийской хижиной торчит.
Но сквозь муть маяк вдруг брызнул светом,
Словно глаз из-под свинцовых век:
Над отчаяньем, над бездной в мире этом
Бодрствует бессоный человек.
1922


У БАЛТИЙСКОГО МОРЯ
Спойлер:
Видно, ветер стосковался
По горячим южным краскам -
Не узнать сегодня моря, не узнать сегодня волн...

Зной над морем разметался,
И под солнечною лаской
Весь залив до горизонта синевой прозрачной полн.

На песке краснеют ивы,
Греют листья, греют прутья,
И песок такой горячий, золотистый, молодой!

В небе облачные нивы
На безбрежном перепутье
Собрались и янтарятся над широкою водой.
1910


ПРИБОЙ
Спойлер:
Как мокрый парус, ударила в спину волна,
Скосила с ног, зажала ноздри и уши.
Покорно по пестрым камням прокатилась спина,
И ноги, в беспомощной лени, поникли на суше.
Кто плещет, кто хлещет, кто злится в зеленой
волне?

Лежу и дышу... Сквозь ресницы струится вода.
Как темный Самсон, упираюсь о гравий руками
И жду... А вдали закипает, белеет живая гряда,
И новые волны веселыми мчатся быками...
Идите, спешите, - скорее, скорее, скорее!

Мотаюсь в прибое. Поэт ли я, рыба иль краб?
Сквозь влагу сквозит-расплывается бок полосатый,
Мне сверху кивают утесы и виллы, но, ах, я ослаб,
И чуть в ответ шевелю лишь ногой розоватой.
Веселые, милые, белые-белые виллы...

Но взмыла вода. Ликующий берег исчез.
Зрачки изумленно впиваются в зыбкие скаты.
О, если б на пухнущий вал, отдуваясь и ухая, взлез
Подводный играющий дьявол, пузатый-пузатый!..
Верхом бы на нем бы - и в море... далеко...
далеко...

Соленым холодным вином захлебнулись уста.
Сбегает вода и шипит светло-пепельный гравий.
Душа обнажилась до дна, и чиста, и пуста -
Ни дней, ни людей, ни идей, ни имен, ни заглавий...
Сейчас разобьюсь-растворюсь и о берег лениво
ударю.
1912, 1914 Капри


В ОБЛАКАХ ВИСИТ ЛУНА...
Спойлер:
В облаках висит луна
Колоссальным померанцем.
В сером море длинный путь
Залит лунным, медным глянцем.

Я один... Брожу у волн.
Где, белея, пена бьется.
Сколько нежных, сладких слов
Из воды ко мне несется...

О, как долго длится ночь!
В сердце тьма, тоска и крики.
Нимфы, встаньте из воды,
Пойте, вейте танец дикий!

Головой приникну к вам,
Пусть замрет душа и тело.
Зацелуйте в вихре ласк,
Так, чтоб сердце онемело!
1911


СОЛНЦЕ ЖАРИТ. МОЛ БЕЗЛЮДЕН...
Спойлер:
Солнце жарит . Мол безлюден .
Пряно пахнет пестрый груз.
Под водой дрожат, как студень,
Пять таинственных медуз.
Волны пахнут…

Стая рыб косым пятном
Затемнила зелень моря.
В исступлении шальном,
Воздух крыльями узоря,
Вьются чайки.

Молча, в позе Бонапарта,
Даль пытаю на молу :
Где недавний холод марта?
Снежный вихрь, мутящий мглу?
Зной и море!

Отчего нельзя и мне
Жить, меняясь как природа,
Чтоб усталость по весне
Унеслась, как время года?...
Сколько чаек!

Солнце жжет. Где холод буден?
Темный сон случайных уз?
В глубине дрожат, как студень,
Семь божественных медуз.
Волны пухнут…
1911


КУРОРТНОЕ
Спойлер:
I

Суша тверже, я не спорю, -
Но морская зыбь мудрей...
Рано утром выйдешь к морю -
К пляске светлых янтарей:
Пафос мерных колыханий,
Плеск волнистых верениц, -
Ни фабричных труб, ни зданий,
Ни курортов, ни темниц...
Как когда-то в дни Еноха,
Неоглядна даль и ширь.
Наша гнусная эпоха
Не вульгарный ли волдырь?
Четвертуем, лжем и воем,
Кровь, и грязь, и смрадный грех...
Ах, Господь ошибся с Ноем, -
Утопить бы к черту всех...
Парус встал косою тенью,
Трепыхнулся и ослаб.
Горизонт цветет сиренью.
- Здравствуй, море! - Кто ты? - Раб.


II

У воды малыш в матроске,
Пухлый, тепленький цветок,
Плачет, слизывая слезки,
И куда-то смотрит вбок.
Спинки волн светлее ртути...
"Что с тобой? Давай играть!"
Он шепнул тихонько: "Mutti"...
"Mutti" - это значит - мать.
Мать в кабинке ржет с кузеном,
И купальное трико
Над упитанным коленом
Впилось в бедра глубоко.
Мальчик, брось! Смотри - из сеток
Рыбаки невдалеке
Сыпят крошечных креветок...
Ишь, как вьются на песке...
Ах, как сладко к теплой грудке
Ухом ласковым прильнуть!
Mutti выползла из будки.
- Ну, прощай! - Куда ты? -В путь.


III

На волне всплыла медуза.
Я поймал ее в кувшин:
В киселе сквозного пуза
Жилки алых паутин.
Мерно дышит и колышет
Студень влажный и живой,
И не видит, и не слышит...
Ах, как трудно с головой!
Теснота. На взрытом пляже
Скоро негде будет лечь.
В синеве над морем даже
Человеческая речь!
В гидропланной этажерке
За сто марок - флирт для всех...
Лет чрез двести всем по мерке
Отведут клочок в орех.
Впрочем... дьявол революций -
Ненасытный вурдалак...
Что же, мой морской Конфуций,
Хочешь в море? Вот чудак!


IV

В загороженной берлоге
Греем мясо на песке:
Бедра, спины, груди, ноги -
Всё в одном сплошном куске.
Волосатые Адамы
Вяло шлепают девиц.
Раскоряченные дамы
С балыками вместо лиц...
У воды орет фотограф:
"Эй, сниматься! Поскорей..."
О Колумб, шатун-географ,
Ты не видел дикарей!..
Девы, выпятивши груди,
Загораживают дам.
Луч блаженства в общей груде
Так и реет по рядам...
А в волнах, вздев дам на плечи,
Рой самцов выводит па...
Наслаждайся, человече:
Это - голая толпа.


V

За обедом скифский боров,
В пиджачке а la Коку,
Всласть разводит сеть узоров,
Лая звонко и легко:
"Я - инструктор пчеловодства.
Сотни курсов! Пчелы - вот!
Всю Европу от банкротства
Лишь советский мед спасет..."
Врал и жрал - свиная челюсть
Хлопотала над жарким.
Стоя решил: "Ах, мед, вот прелесть!.."
Я, томясь, следил за ним.
Вот он весь, с нутром и кожей,
Из замученной страны:
Мутноглазый, пухлорожий,
Черт с душою сатаны,
Фрау Флакс, отставив палец,
Вдруг ко мне склонила рог.
"Вы ведь русский?" - Португалец,
Что сказать ей?.. Не поймет.


VI

Лунный щит молчит над пляжем.
Зыбь в серебряной пыли.
Море матовым миражем
Оградилось от земли.
В вилле лупят на рояле
Разухабистый фокстрот.
Бегемот в испанской шали
Семенит в курзальный грот...
Львы в штанах с чеканной складкой
Жмут грудастых белых фей...
На веранде, в позе сладкой
Голосит тенор - Орфей.
Рвутся вскрики флиртоблуда,
Тишину воды дробя...
О любовь, земное чудо,
Приспособили тебя!
К черту!..Точка... Завтра рано
Влажный парус рыбака
В зыбь рассветного тумана
Окунет мои бока.
1921



.
Ответить с цитированием
3 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Broken Heart (19.02.2012), Flibustier (25.02.2012), Шустрый Игорёк (18.02.2012)
Старый 25.02.2012, 19:18   #64
makarena
Гость
 
Сообщений: n/a
Офицеры
По умолчанию Русские поэты о море

Вяземский Петр Андреевич

Вяземский Петр Андреевич (12 (23 июля) 1792, Москва - 10 (22 ноября) 1878, Баден-Баден) — князь, русский поэт, литературный критик, мемуарист, журналист. Член Российской академии (1839).

Родился 12 июля (23 н.с.) в Москве в богатой дворянской семье. Род князей Вяземских вел свое начало от потомков Мономаха. Получил прекрасное домашнее образование. В 1812 вступил в ополчение; участвовал в Бородинском сражении. После окончания Отечественной войны 1812 общался с будущими декабристами. Был отстранён от службы за оппозиционные настроения. Сатира "Русский бог" (1828), опубликованная А. И. Герценом в Лондоне (1854), направлена против царской бюрократии. Позднее В. был близок к царскому двору. В 1856-58 возглавлял цензуру. Первые стихи опубликовал в 1808. В жанре гражданской лирики и сатиры Вяземский создал стихи, близкие к поэзии декабристов. Некоторые стихи печатались в "Полярной звезде". Как участник "Арзамаса", был сторонником карамзинистов. В 1825-28 В. участвовал в издании журнала "Московский телеграф", где выступал как литературный критик в защиту романтизма, против эпигонов классицизма и литературных староверов. В 40-е гг. в литературно-критических статьях Вяземский выступал против идей В. Г. Белинского. После французской революции 1848 взгляды Вяземского изменились, он все больше расходился с современностью, смеясь над революционной молодежью. В 1855 в Лозанне изданы "Письма русского ветерана 1812 года". В течение многих лет Вяземский печатал отрывки из "Старой записной книжки", включавшие зарисовки политического и литературного быта.
Последние двадцать лет жизни Вяземский жил за границей, в полной мере ощутив социальное и духовное одиночество.
10 ноября (22 н.с.) 1878 в Баден-Бадене Вяземский умер. Похоронен в Петербурге.

Вяземский - поэт высокой художественной культуры, владевший многими жанрами, свободно переходивший от романтического пейзажа к куплетной форме, от высокого пафоса к стихам фельетонного типа и разговорной речи.



МОРЕ
Спойлер:
Как стаи гордых лебедей,
На синем море волны блещут,
Лобзаются, ныряют, плещут
По стройной прихоти своей.
И упивается мой слух
Их говором необычайным,
И сладко предается дух
Мечтам пленительным и тайным.

Так! древности постиг теперь
Я баснословную святыню:
О волны! Красоты богиню
Я признаю за вашу дщерь!
Так, верю: родилась она
Из вашей колыбели зыбкой,
И пробудила мир от сна
Своею свежею улыбкой.

Так, верю: здесь явилась ты,
Очаровательница мира!
В прохладе влажного сафира;
В стихии светлой чистоты.
Нам чистым сердцем внушены
Прекрасных таинств откровенья:
Из лона чистой глубины
Явилась ты, краса творенья.

И в наши строгие лета,
Лета существенности лютой,
При вас одних, хотя минутой,
Вновь забывается мечта!
Не смели изменить века
Ваш образ светлый, вечно юный,
Ни смертных хищная рука,
Ни рока грозного неруны!

В вас нет следов житейских бурь,
Следов безумства и гордыни,
И вашей девственной святыни
Не опозорена лазурь.
Кровь ближних не дымится в ней;
На почве, смертным непослушной,
Нет мрачных знамений страстей,
Свирепых в злобе малодушной.

И если смертный возмутит
Весь мир преступною отвагой,
Вы очистительною влагой
Спешите смыть мгновенный стыд.
Отринутый из чуждых недр,
Он поглощаем шумной бездной;
Так пятна облачные ветр
Сметает гневно с сени звездной!

Людей и времени раба,
Земля состарилась в неволе;
Шутя ее играют долей
Владыки, веки и судьба.
Но вы всё те ж, что в день чудес,
Как солнце первое в вас пало,
О вы, незыблемых небес
Ненарушимое зерцало!

Так и теперь моей мечте
Из лона зеркальной пустыни
Светлеет лик младой богини
В прозрачно-влажной красоте.
Вокруг нее, как радуг блеск,
Вершины волн горят игривей,
И звучный ропот их и плеск
Еще душе красноречивей!

Над ней, как звезды, светят сны,
Давно померкшие в тумане,
Которые так ясно ране
Горели в небе старины.
Из волн, целующих ее,
Мне веют речи дивной девы;
В них слышно прежнее бытье,
Как лет младенческих напевы.

Они чаруют и целят
Тоску сердечного недуга;
Как мировое слово друга,
Все чувства меж собой мирят.
В невыразимости своей
Сколь выразителен сей лепет:
Он пробудил в душе моей
Восторгов тихих сладкий трепет.

Как звучно льнет зефир к струнам,
Играя арфою воздушной,
Так и в душе моей послушной
Есть отзыв песням и мечтам.
Волшебно забывает ум
О настоящем, мысль гнетущем,
И в сладострастьи стройных дум
Я весь в протекшем, весь в грядущем.

Сюда, поэзии жрецы!
Сюда, существенности жертвы!
Кумиры ваши здесь не мертвы,
И не померкли их венцы.
Про вас поэзия хранит
Свои преданья и поверья;
И здесь, где море вам шумит,
Святыни светлыя преддверья!
1826


К КОРАБЛЮ
Спойлер:
Куда летишь? К каким пристанешь берегам,
Корабль, несущий по волнам
Судьбы великого парода?
Что ждет тебя? Покой иль бурей непогода?
Погибнешь иль прейдешь со славою к векам,
Потомок древних сосн, Петра рукою мощной
Во прах низверженных в степях, где Белы полнощный,
Дивясь, зрел новый град, возникший средь чудес?
Да будет над тобой покров благих небес!
Мы видели тебя игрой сердитой влаги,
Грозой разбитый мачт конец твой предвещал;
Под блеском молний ты носился между скал,
Но силою пловцов, чад славы и отваги,
На якорь опершись, ты твердо устоял.
Недаром ты преплыл погибельные мели,
И тучи над тобой рассек приветный свет;
Обдержанный под бурей бед,
Незримым кормщиком1 ты призван к славной цели.
Шести морей державный властелин,
Ты стой в лицо врагам, как браней исполин!
Давно посол небес твой страж, орел двуглавый
На гордом флаге свил гнездо побед и славы.
Пускай почиет днесь он в грозной тишине,
Приосенив тебя своим крылом обширным!
Довольно гром метал ты в пламенной войне
От утренних морей к вечерней стороне.
Днесь путь тебе иной: теки к победам мирным!
Вселенною да твой благословится бег!
Открой нам новый мир за новым небосклоном!
Пловцов ты приведи на тот счастливый брег,
Где царствует в согласии с законом
Свобода смелая, народов божество;
Где рабства нет вериг, оков немеют звуки,
Где благоденствуют торговля, мир, науки,
И счастие граждан — владыки торжество!
Июнь 1819


БРАЙТОН
Спойлер:
Сошел на Брайтон мир глубокий,
И, утомившись битвой дня,
Спят люди, нужды и пороки,
И только моря гул широкий
Во тьме доходит до меня.

О чем ты, море, так тоскуешь?
О чем рыданий грудь полна?
Ты с тишиной ночной враждуешь,
Ты рвешься, вопишь, негодуешь,
На ложе мечешься без сна.

Красноречивы и могучи
Земли и неба голоса,
Когда в огнях грохочут тучи
И с бурей, полные созвучий,
Перекликаются леса.

Но всё, о море! всё ничтожно
Пред жалобой твоей ночной,
Когда смутишься вдруг тревожно
И зарыдаешь так, что можно
Всю душу выплакать с тобой.
1838


БОСФОР
Спойлер:
У меня под окном, темной ночью и днем,
Вечно возишься ты, беспокойное море;
Не уляжешься ты, и, с собою в борьбе,
Словно тесно тебе на свободном просторе.

О, шуми и бушуй, пой и плачь, и тоскуй,
Своенравный сосед, безумолкное море!
Наглядеться мне дай, мне наслушаться дай,
Как играешь волной, как ты мыкаешь горе.

Всё в тебе я люблю. Жадным слухом ловлю
Твой протяжный распев, волн дробящихся грохот,
И подводный твой гул, и твой плеск, и твой рев,
И твой жалобный стон, и твой бешеный хохот.

Глаз с тебя не свожу, за волнами слежу;
Тишь лежит ли на них, нежно веет ли с юга, -
Все слились в бирюзу; но, почуя грозу,
Что с полночи летит, - почернеют с испуга.

Всё сильней их испуг, и запрыгают вдруг,
Как стада диких коз по горам и стремнинам;
Ветер роет волну, ветер мечет волну,
И беснуется он по кипящим пучинам.

Но вот буйный уснул; волн смирился разгул,
Только шаткая зыбь всё еще бродит, бродит;
Море вздрогнет порой - как усталый больной,
Облегчившись от мук, дух с трудом переводит.

Каждый день, каждый час новым зрелищем нас
Манит в чудную даль голубая равнина:
Там, в пространстве пустом, в углубленьи морском,
Всё - приманка глазам, каждый образ - картина.

Паруса распустив, как легок и красив
Двух стихий властелин, величавый и гибкий,
Бриг несется - орлом средь воздушных равнин,
Змий морской - он скользит по поверхности зыбкой.

Закоптив неба свод, вот валит пароход,
По покорным волнам он стучит и колотит;
Огнедышащий кит, море он кипятит,
Бой огромных колес волны в брызги молотит.

Не под тенью густой, - над прозрачной волной
Собирается птиц среброперая стая;
Все кружат на лету; то махнут в высоту,
То, спустившись, нырнут, грустный крик испуская.

От прилива судов со всемирных концов
Площадь моря кипит многолюдным базаром;
Здесь и север, и юг, запад здесь и восток -
Все приносят оброк разнородным товаром.

Вот снуют здесь и там - против волн, по волнам,
Челноки, каики вереницей проворной;
Лиц, одежд пестрота; всех отродий цвета,
Кож людских образцы: белой, смуглой и черной.

Но на лоно земли сон и мрак уж сошли;
Только море не спит и рыбак с ним не праздный;
Там на лодках, в тени, загорелись огни;
Опоясалась ночь, словно нитью алмазной.

Нет пространству границ! Мыслью падаешь ниц -
И мила эта даль, и страшна бесконечность!
И в единый символ, и в единый глагол
Совмещается нам - скоротечность и вечность.

Море, с первого дня ты пленило меня!
Как полюбишь тебя - разлюбить нет уж силы;
Опостылит земля - и леса, и поля,
Прежде милые нам, после нам уж не милы;

Нужны нам: звучный плеск, разноцветный твой блеск,
Твой прибой и отбой, твой простор и свобода;
Ты природы душа! Как ни будь хороша, -
Где нет жизни твоей - там бездушна природа!
1849


ЦАРИЦА КРАСОТЫ
Спойлер:
Нам море нравится и манит нас равно
Однообразием и вечной переменой:
Смотрите, как теперь улыбчиво оно!
Как ластится к земле своей блестящей пеной!

Пред зеркалом, парчу накинув на плеча,
Царица красоты любуется собою,
И падает до ног лазурная парча
И вьется по земле жемчужной бахромою.
1853


ОПЯТЬ Я СЛЫШУ ЭТОТ ШУМ...
Спойлер:
Опять я слышу этот шум,
Который сладостно тревожил
Покой моих ленивых дум,
С которым я так много прожил
Бессонных, памятных ночей,
И слушал я, как плачет море,
Чтоб словно выплакать всё горе
Из глубины груди своей.

Не выразит язык земной
Твоих рыдающих созвучий,
Когда, о море, в тьме ночной
Раздастся голос твой могучий!
Кругом всё тихо! Ветр уснул
На возвышеньях Аю-Дага;
Ни человеческого шага,
Ни слов людских не слышен гул.

Дневной свой подвиг соверша,
Земля почила после боя;
Но бурная твоя душа
Одна не ведает покоя.
Тревожась внутренней тоской,
Томясь неведомым недугом,
Как пораженное испугом,
Вдруг вздрогнув, ты подъемлешь вой.

Таинствен мрак в ночной глуши,
Но посреди ее молчанья
Еще таинственней души
Твоей, о море, прорицанья!
Ты что-то хочешь рассказать
Про таинства природы вечной
И нам волною скоротечной
Глубокий смысл их передать.

Мы внемлем чудный твой рассказ,
Но разуметь его не можем;
С тебя мы не спускаем глаз
И над твоим тревожным ложем
Стоим, вперяя жадный слух:
И чуем мы, благоговея,
Как мимо нас, незримо вея,
Несется бездны бурный дух!..
1867


КАК МНОГО СЛЕЗ, КАКОЕ ГОРЕ...
Спойлер:
Как много слез, какое горе
В запасе на сердечном дне!
Так ужасы таятся в море,
В его пучинной глубине.

При ясном дне и сердце ясно,
И море чисто, как стекло:
Все так приветно-безопасно,
Все так улыбчиво-светло.

Но свежий ветер ли повеет,
И молча туча набежит, -
Вдруг море смутно потемнеет
И под испугом задрожит.

Вступает в бой волна с волною,
Как зверь щетинится волна,
И море, взрытое грозою,
Готово выскочить со дна.

И сердцу не безвестны бури:
Волна и сердца глубока,
И в нем есть блеск своей лазури,
И в нем свои есть облака.

Когда нечаянно обложат
Они сердечный небосклон
И чувства смутные встревожат
Затишье сердца светлый сон, -

Подобно морю под волнами,
Когда их буря бороздит,
Зальется сердце в нас слезами
И тяжкой скорбью загудит.
1877


МОРЕ
Спойлер:
Опять я слышу этот шум,
Который сладостно тревожил
Покой моих ленивых дум,
С которым я так много прожил
Бессонных, памятных ночей,
И слушал я, как плачет море,
Чтоб словно выплакать все горе
Из глубины груди своей.

Не выразит язык земной
Твоих рыдающих созвучий,
Когда, о море, в тьме ночной
Раздастся голос твой могучий!
Кругом все тихо! Ветр уснул
На возвышеньях Аю-Дага;
Ни человеческого шага,
Ни слов людских не слышен гул.

Дневной свой подвиг соверша,
Земля почила после боя;
Но бурная твоя душа
Одна не ведает покоя.
Тревожась внутренней тоской,
Томясь неведомым недугом,
Как пораженное испугом,
Вдруг вздрогнув, ты подъемлешь вой.

Таинствен мрак в ночной глуши,
Но посреди ее молчанья
Еще таинственней души
Твоей, о море, прорицанья!
Ты что-то хочешь рассказать
Про таинства природы вечной
И нам волною скоротечной
Глубокий смысл их передать.

Мы внемлем чудный твой рассказ,
Но разуметь его не можем;
С тебя мы не спускаем глаз
И над твоим тревожным ложем
Стоим, вперяя жадный слух, -
И чуем мы, благоговея,
Как мимо нас, незримо вея,
Несется бездны бурный дух!..


ВДОЛЬ ГОРЫ, ПОРОСШЕЙ ЛЕСОМ...
Спойлер:
Вдоль горы, поросшей лесом,
Есть уютный уголок:
Он под ветвяным навесом
Тих и свеж, и одинок;
Приютившийся к ущелью,
Миловидный Кореиз
Здесь над морем колыбелью
Под скалой крутой повис.
И с любовью, с нежной лаской
Ночь, как матерь, в тихий час
Сладкой песней, чудной сказкой
Убаюкивает нас.
Сквозь глубокое молчанье,
Под деревьями, в тени
Слышны ропот и журчанье;
С плеском падают струи.
Этот говор, этот лепет,
В вечно-льющихся струях
Возбуждает в сердце трепет:
И тоску о прошлых днях.
Улыбалась здесь красиво
Ненаглядная звезда,
К нам слетевшая на диво
Из лазурного гнезда.
Гостья в блеске скоротечном
Ныне скрылася от нас,
Но в святилище сердечном
Милый образ не угас.


АЮ-ДАГ
Спойлер:
Там, где извилины дороги
Снуют свою вкруг моря сеть,
Вот страшно выполз из берлоги
Громадной тучности медведь.

Глядит налево и направо,
И вдаль он смотрит свысока,
И подпирает величаво
Хребтом косматым облака.

В своем спокойствии медвежьем
Улегся плотно исполин,
Любуясь и родным прибрежьем,
И роскошью его картин.

Порой - угрюмый он и мрачный,
Порой его прелестен вид,
Когда, с закатом дня, прозрачной
Вечерней дымкой он обвит.

Порой на солнце в неге дремлет
И греет жирные бока;
Он и не чует, и не внемлет,
Как носятся над ним века.

Вотще кругом ревет и рдеет
Гроза иль смертоносный бой,
Все неподвижно, - не стареет
Он допотопной красотой.

Наш зверь оброс зеленой шерстью!..
Когда же зной его печет,
Спустившись к свежему отверстью,
Он голубое море пьет.

Сын солнца южного! На взморье
Тебе живется здесь легко,
Не то что в нашем зимогорье,
Там, в снежной ночи, далеко,

Где мишка, брат твой, терпит холод,
Весь день во весь зевает рот,
И, чтоб развлечь тоску и голод,
Он лапу медленно сосет.

И я, сын северных метелей,
Сын непогод и бурных вьюг,
Пришлец, не ведавший доселе,
Как чуден твой роскошный юг,

Любуясь, где мы ни проедем,
Тем, что дарит нам каждый шаг,
Я сам бы рад зажить медведем,
Как ты, счастливец Аю-Даг!


СЛУХУ МИЛЫЕ НАЗВАНЬЯ...
Спойлер:
Слуху милые названья,
Зренью милые места!
Светлой цепью обаянья
К нам прикована мечта.
Вот Ливадия, Массандра!
Благозвучные слова!
С древних берегов Меандра
Их навеяла молва.
Гаспра тихая! Красиво
Расцветающий Мисхор!
Орианда, горделиво
Поражающая взор!
Живописного узора
Светлый, свежий лоскуток –
Кореиз, звездой с Босфора
Озаренный уголок!
Солнце, тень, благоуханье,
Гор Таврических краса,
В немерцающем сиянье
Голубые небеса!
Моря блеск и тишь, и трепет!
И средь тьмы и тишины
Вдоль прибрежья плач и лепет
Ночью плещущей волны!
Поэтической Эллады
Отголоски и залог
Мира, отдыха, услады,
Пристань, чуждая тревог!
Здесь, не знаяся с ненастьем,
Жизнь так чудно хороша,
Здесь целебным, чистым счастьем
Упивается душа.
С нашим чувством здесь созвучней
Гор, долин, лесов привет,
Нам их таинства сподручней,
Словно таинства в них нет.
Здесь нам родственным наречьем
Говорит и моря шум;
С детским здесь простосердечьем
Умиляется наш ум.
И с природою согласно
Свежесть в мыслях и мечтах,
Здесь и на сердце так ясно,
Как в прозрачных небесах.
1867



Последний раз редактировалось makarena; 13.03.2012 в 21:02.
Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Flibustier (25.02.2012), Шустрый Игорёк (29.02.2012)
Старый 13.03.2012, 21:02   #65
makarena
Гость
 
Сообщений: n/a
Офицеры
По умолчанию Русские поэты о море

Крылов Иван Андреевич

Крылов Иван Андреевич (2 [13] февраля 1769, Москва - 9 [21] ноября 1844, Санкт-Петербург) — русский поэт, баснописец, переводчик, сотрудник Императорской Публичной библиотеки, Статский Советник, Действительный член Императорской Российской академии (1811), ординарный академик Императорской Академии наук по Отделению Русского языка и словесности (1841).

Родился в семье бедного армейского офицера. Образование будущий баснописец получил скудное, но, обладая исключительными способностями, много читая с самого детства, настойчиво и упорно занимаясь самообразованием, стал одним из самых просвещенных людей своего времени. В 1778 после смерти отца Крылов поступил подканцеляристом в Калязинский земский суд, потом в Тверской магистрат. В молодости Крылов был известен прежде всего как писатель-сатирик, издатель сатирического журнала «Почта духов». В 1809 вышла первая книга басен Крылова, в которых он выступал не только как моралист, но обличитель "сильных" мира сего, угнетающих народ. Именно басня стала тем жанром, в котором гений Крылова выразился необычайно широко. Девять книг, включающих более 200 басен, составляют басенное наследство Крылова.
В 1812 стал библиотекарем только что открывшейся Публичной библиотеки, где прослужил 30 лет, выйдя в отставку в 1841. Крылов не только оказался хорошим собирателем книг, число которых при нем сильно возросло, но он много работал по составлению библиографических указателей и славяно-русского словаря.
Но помимо Басен, Крылов написал также стихотворные трагедии Клеопатра (1785), Филомела (1786) и неоконченную комическую оперу Илья-богатырь (1807).
9 ноября (21 н.с.) 1844 в возрасте 75 лет Крылов скончался. Похоронен в Петербурге.



ПУШКИ И ПАРУСА
Спойлер:
На корабле у Пушек с Парусами
Восстала страшная вражда.
Вот, Пушки, выставясь из бортов вон носами,
Роптали так пред небесами:
«О, боги! видано ль когда,
Чтобы ничтожное холстинное творенье
Равняться в пользах нам имело дерзновенье?
Что́ делают они во весь наш трудный путь?
Лишь только ветер станет дуть,
Они, надув спесиво грудь,
Как будто важного какого сану,
Несутся гоголем по Океану
И только чванятся; а мы — громим в боях!
Не нами ль царствует корабль наш на морях!
Не мы ль несем с собой повсюду смерть и страх?
Нет, не хотим жить боле с Парусами;
Со всеми мы без них управимся и сами;
Лети же, помоги, могущий нам Борей,
И изорви в клочки их поскорей!»
Борей послушался — летит, дохнул, и вскоре
Насупилось и почернело море;
Покрылись тучею тяжелой небеса;
Валы вздымаются и рушатся, как горы;
Гром оглушает слух; слепит блеск молний взоры;
Борей ревет и рвет в лоскутья Паруса.
Не стало их, утихла непогода;
Но что́ ж? Корабль без Парусов
Игрушкой стал и ветров, и валов,
И носится он в море, как колода;
А в первой встрече со врагом,
Который вдоль его всем бортом страшно грянул,
Корабль мой недвижим: стал скоро решетом.
И с Пушками, как ключ, он ко дну канул.
Держава всякая сильна,
Когда устроены в ней все премудро части:
Оружием — врагам она грозна,
А паруса — гражданские в ней власти.


ПЛОВЕЦ И МОРЕ
Спойлер:
На берег выброшен кипящею волной,
Пловец с усталости в сон крепкий погрузился;
Потом, проснувшися, он Море клясть пустился.
"Ты, - говорит, - всему виной!
Своей лукавой тишиной
Маня к себе, ты нас прельщаешь
И, заманя, нас в безднах поглощаешь",
Тут Море, на себя взяв Амфитриды вид,
Пловцу, явяся, говорит:
"На что винишь меня напрасно!
Плыть по водам моим ни страшно, ни опасно;
Когда ж свирепствуют морские глубины,
Виной тому одни Эоловы сыны:
Они мне не дают покою.
Когда не веришь мне, то испытай собою:
Как ветры будут спать, отправь ты корабли,
Я неподвижнее тогда земли".
.......................................
И я скажу - совет хорош, не ложно;
Да плыть на парусах без ветру невозможно.


ПАСТУХ И МОРЕ
Спойлер:
Пастух в Нептуновом соседстве близко жил:
На взморье, хижины уютной обитатель,
Он стада малого был мирный обладатель
И век спокойно проводил.
Не знал он пышности, зато не знал и горя,
И долго участью своей
Довольней, может быть, он многих был царей.
Но, видя всякий раз, как с Моря
Сокровища несут горами корабли,
Как выгружаются богатые товары
И ломятся от них амбары,
И как хозяева их в пышности цвели,
Пастух на то прельстился;
Распродал стадо, дом, товаров накупил,
Сел на корабль - и за Море пустился.
Однако же поход его не долог был;
Обманчивость, Морям природну,
Он скоро испытал: лишь берег вон из глаз,
Как буря поднялась;
Корабль разбит, пошли товары ко дну,
И он насилу спасся сам.
Теперь опять благодаря Морям
Пошел он в пастухи, лишь с разницею тою,
Что прежде пас овец своих,
Теперь пасет овец чужих
Из платы. С нуждою, однако ж, хоть большою,
Чего не сделаешь терпеньем и трудом?
Не спив того, не съев другого,
Скопил деньжонок он, завелся стадом снова
И стал опять своих овечек пастухом.
Вот некогда, на берегу морском,
При стаде он своем
В день ясный сидя
И видя,
Что на Море едва колышется вода
(Так Море присмирело)
И плавно с пристани бегут по ней суда:
"Мой друг! - сказал, - опять ты денег захотело,
Но ежели моих - пустое дело!
Ищи кого иного ты провесть,
От нас тебе была уж честь.
Посмотрим, как других заманишь,
А от меня вперед копейки не достанешь".
.......................................
Баснь эту лишним я почел бы толковать;
Но как здесь к слову не сказать,
Что лучше верного держаться,
Чем за обманчивой надеждою гоняться?
Найдется тысячу несчастных от нее
На одного, кто не был ей обманут,
А мне, что говорить ни станут,
Я буду все твердить свое:
Что впереди - бог весть; а что мое - мое!

1811


СИНИЦА
Спойлер:
Синица на море пустилась:
Она хвалилась,
Что хочет море сжечь.
Расславилась тотчас о том по свету речь.
Страх обнял жителей Нептуновой столицы;
Летят стадами птицы;
А звери из лесов сбегаются смотреть,
Как будет Океан, и жарко ли гореть.
И даже, говорят, на слух молвы крылатой,
Охотники таскаться по пирам
Из первых с ложками явились к берегам,
Чтоб похлебать ухи такой богатой,
Какой-де откупщик и самый тароватый
Не давывал секретарям.
Толпятся: чуду всяк заранее дивится,
Молчит и, на море глаза уставя, ждет;
Лишь изредка иной шепнет:
"Вот закипит, вот тотчас загорится!"
Не тут-то: море не горит.
Кипит ли хоть? - и не кипит.
И чем же кончились затеи величавы?
Синица со стыдом всвояси уплыла;
Наделала Синица славы,
А море не зажгла.
........................
Примолвить к речи здесь годится,
Но ничьего не трогая лица:
Что делом, не сведя конца,
Не надобно хвалиться.

1811



.
Ответить с цитированием
4 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Flibustier (13.03.2012), SaurIn (16.03.2012), Сеньор Кортес (13.03.2012), Шустрый Игорёк (08.04.2012)
Старый 16.03.2012, 00:28   #66
ТАНАТ
Боцман
 
Аватар для ТАНАТ
 
Регистрация: 11.10.2011
Адрес: Забытый Богом край...
Сообщений: 249
Нация: Голландия
Пол: Мужской
Офицеры
Репутация: 72
По умолчанию Re: Стихи о море, пиратах и морской романтике

Летучий Голландец

Я вижу тень "Летучего Голландца",
Стоит у брега Огненной земли.
Безумный капитан там шлёт проклятья
Всем людям, и живым, и не живым.

Там паруса рвёт в клочья сильный ветер,
И мачта там сгнила давным давно,
А мёртвые матросы век за веком
Пытаются преодолеть те воды вновь.

Там встретились вода и пламя ада,
Разгневались на землю небеса,
И гнев накликал капитан "Голландца"
В далекие и мрачные века.

Там волны круглый год чернее Смерти,
Там солнца не увидишь никогда,
Лишь изредка на том свинцовом небе
Сверкнёт зловеще бледная луна...

Луна бела, бледна, но свет кровавый
Холодной ночью льется с тех небес,
А на "Голландце" долгими веками
Прощенья ждут матросы в темноте.

И изредка огни святого Эльма
Появятся на мачте корабля,
Но не сулят,увы, они спасенья.
Лишь о проклятье вечном говорят.

Я вижу тень "Летучего Голландца",
Стоит у брега огненной земли,
Огни святого Эльма шлют проклятье,
И нет у них надежды впереди.

[Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться]
__________________
Бери все, и не отдавай ничего!!!

Лучшая игра пиратской тематики: Корсары: Возвращение Легенды v1.1

Последний раз редактировалось makarena; 16.02.2013 в 15:56.
ТАНАТ вне форума Ответить с цитированием
4 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Flibustier (17.03.2012), SaurIn (16.03.2012), Шустрый Игорёк (08.04.2012)
Старый 16.03.2012, 22:14   #67
makarena
Гость
 
Сообщений: n/a
Офицеры
По умолчанию Русские поэты о море

Державин Гаврила Романович

Державин Гаврила Романович (3 (14) июля 1743, село Сокуры (ныне Державино) Лаишевского уезда (ныне Лаишевского района) Казанской губернии (ныне Татарстан), Российская империя — 8 (20) июля 1816, имение Званка, Новгородская губерния, Российская империя) — русский поэт эпохи Просвещения, представитель классицизма, значительно преобразивший его. В различные годы занимал высшие государственные должности: правитель Олонецкого наместничества (1784—1785), губернатор Тамбовской губернии (1786—1788), кабинет-секретарь Екатерины II (1791—1793), президент Коммерц-коллегии (с 1794), министр юстиции (1802—1803). Член Российской академии с момента её основания.

Гаврила Романович Державин, сам по себе, составил целую эпоху в истории литературы. Его произведения — величественные, энергичные и совершенно неожиданные для второй половины восемнадцатого века — оказали и до сегодняшнего дня продолжают оказывать влияние на развитие русской поэзии.



МОРЕХОДЕЦ
Спойлер:
Что ветры мне и сине море?
Что гром, и шторм, и океан?
Где ужасы и где тут горе,
Когда в руках с вином стакан?
Спасет ли нас компас, руль, снасти?
Нет! Сила в том, чтоб дух пылал.
Я пью! И не боюсь напасти,
Приди хотя девятый вал!
Приди, и волн зияй утроба!
Мне лучше пьяным утонуть,
Чем трезвым доживать до гроба
И с плачем плыть в столь дальний путь.

1802


ФЛОТ
Спойлер:
Он, белыми взмахнув крылами
По зыблющей равнине волн,
Пошел, - и следом пена рвами
И с страшным шумом искры, огнь
Под ним в пучине загорелись,
С ним рядом тень его бежит;
Ширинки с шлемов распростерлись,
Горе пред ним орел парит.
Водим Екатерины духом,
Побед и славы громкий сын,
Ступай еще, и землю слухом
Наполнь, о росский исполин!
Ты смело Сциллы и Харибды
И свет весь прежде проходил:
То днесь препятств какие виды?
И кто тебе их положил?
Ступай - и стань средь океана,
И брось твоих гортаней гром:
Европа, злобой обуянна,
И гидр лилейных бледный сонм
От гроз твоих да потрясется,
Проснется Людвиг звуком лир!
Та дщерью Божьей наречется,
Кто даст смущенным царствам мир.

1795


НА СПУСК КОРАБЛЯ ''ОРЛА''
Спойлер:
Когда ты возлетишь под небеса волнами,-
Увидишь смертных ум и их над морем власть;
Но в бездны коль падешь,- узришь их бренну часть.
Взноси ж, Орел, крыле, чтоб ввек жить меж звездами.

1810 или 1811





.
Ответить с цитированием
4 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Flibustier (17.03.2012), SaurIn (16.03.2012), ТАНАТ (17.03.2012), Шустрый Игорёк (08.04.2012)
Старый 17.03.2012, 12:50   #68
makarena
Гость
 
Сообщений: n/a
Офицеры
По умолчанию Русские поэты о море

Василий Лебедев-Кумач

Василий Иванович Лебедев-Кумач (настоящая фамилия — Лебедев) (1898—1949), русский советский поэт. Член ВКП(б) с 1939 года. Лауреат Сталинской премии второй степени (1941). Автор слов многих популярных советских песен.

Родился 5 августа (23 июля) 1898 г. в семье сапожника.
В 1919—1921 гг. работал в Бюро печати управления Реввоенсовета и в военном отделе «Агит-РОСТА». Учился в МГУ.
В 20-е гг. выступал преимущественно как автор сатирических стихов, рассказов, фельетонов, которые печатались в «Рабочей газете», «Крестьянской газете», газете «Гудок», журнале «Крокодил» и др., а так же в отдельных сборниках («Развод», 1925; «Чаинки в блюдце», 1925; «Со всех волостей», 1926; «Печальные улыбки», 1927; «Людишки и делишки», 1927).
В последующем - один из создателей советской массовой песни. Особенно много написано песен к популярным советским кинофильмам: с Дунаевским ("Весёлые ребята", "Дети капитана Гранта", "Цирк", "Волга-Волга", "Богатая невеста", "Весна", "Девушка спешит на свидание"); Богословским ("Остров сокровищ", "15-тилетний капитан"); Соловьёвым-Седым ("Первая перчатка"). Кроме того, широко известны песни «Священная война» (Александров), «Москва-майская» (Даниил и Дмитрий Покрасс), «Попутная» (Новиков) и др.
В годы Великой Отечественной войны служил в военно-морском флоте, создал в это время много песен и стихов, звавших на борьбу с врагом.
Лауреат Государственной премии СССР (1941), награжден 3 орденами и многими медалями.
Умер Василий Иванович 20 февраля 1949 года.



ПЕСЕНКА О КАПИТАНЕ
Спойлер:
Жил отважный капитан,
Он объездил много стран,
И не раз он бороздил океан.
Раз пятнадцать он тонул,
Погибал среди акул,
Но ни разу даже глазом не моргнул.
И в беде,
И в бою
Напевал он эту песенку свою:

"Капитан, капитан, улыбнитесь,
Ведь улыбка - это флаг корабля.
Капитан, капитан, подтянитесь,
Только смелым покоряются моря!"

Но однажды капитан
Был в одной из дальних стран
И влюбился, как простой мальчуган.
Раз пятнадцать он краснел,
Заикался и бледнел,
Но ни разу улыбнуться не посмел.
Он мрачнел,
Он худел,
И никто ему по-дружески не спел:

"Капитан, капитан, улыбнитесь,
Ведь улыбка - это флаг корабля.
Капитан, капитан, подтянитесь,
Только смелым покоряются моря!"
1937


НИКОГДА Я ВРАТЬ НЕ БУДУ
(Песенка старого боцмана)
Спойлер:
Я — моряк, бывал повсюду,
Видел сотни разных рек.
Никогда я врать не буду,—
Не такой я человек!
Да, да, да, да! Я врать не буду,—
Не такой я человек!

Как-то раз, я помню, едем
Мы весною по Оке,
И — представьте!— два медведя
Грузят баржу на реке!
Да, да! Представьте: два медведя
Грузят баржу на реке!

Или вот еще на Каме —
Я не вру, другие врут!—
Мы нашли в белуге камень
Под названьем изумруд!
Да, да! Нашли в белуге камень
Под названьем изумруд!

А на Белой как-то сели
Мы на горку из камней
И не хуже карусели
Провертелись восемь дней!
Да, да! Не хуже карусели
Мы вертелись восемь дней!

Я ботинок при купанье
Уронил на Чусовой,
А на Волге, под Казанью,
Я поймал ботинок свой!
Да, да! Представьте — под Казанью
Я поймал ботинок свой!

Мастер нужен в каждом деле!
Я на каждой на реке
Сосчитать могу все мели,
Словно пальцы на руке!
Да, да, да, да! Сочту все мели,
Словно пальцы на руке!

Я — моряк, бывал повсюду,
Видел сотни разных рек,
Никогда я врать не буду,—
Не такой я человек!
Да, да, да, да! Я врать не буду,—
Не такой я человек!
1937


В ДАЛЬНИЙ ПУТЬ ИДУТ КОРАБЛИ
Спойлер:
В дальний путь идут корабли
И летят самолеты...
Уходя от милой земли,
Крепче любишь ее ты.

Много стран на свете большом,—
Но своя нам милее,
Много звезд на небе чужом,—
Только наши светлее!

Нет таких друзей и подруг,
Как на родине нашей,—
Вся страна миллионами рук
Нам приветливо машет!

Словно мать, в бою нас хранит,
Ободряет и греет.
«В добрый час!— она говорит.—
Возвращайтесь скорее!»

Кровь свою мы рады отдать
За родных и любимых.
Всех врагов сумеем прогнать
И в бою победим их.

Помним мы родимой земли
И любовь и заботы...
В дальний путь идут корабли
И летят самолеты!
1940


ПОРА ДОМОЙ, НА МОРЕ!
Спойлер:
Прощай, мой друг! Пора в поход —
Окончен отпуск краткий,
Ты не грусти — весна идет,
И... будет все в порядке!

Ну, поцелуй — и я бегу!
О нас услышишь вскоре...
Я погостил на берегу —
Пора домой, на море!

Ну, улыбнись же мне в ответ
Своей улыбкой милой...
Какой хороший ты портрет
Вчера мне подарила!

Я твой подарок сберегу
И в радости и в горе,
Моряк лишь гость на берегу,
А дом его — на море!

Весна идет, и все кругом
Такое голубое!
И люди все бегут бегом,
Совсем как мы с тобою.

Яснее взгляд, и шаг быстрей,
Все сделались моложе,
И кажется, у кораблей
Забилось сердце тоже.

Смотри, как весело блестят
Все части на линкоре:
Он был у берега в гостях,
Теперь почуял море!

Весны душа морская ждет,
Как птица-непоседа.
Ты не грусти — весна идет,
И с ней идет победа!

И сердце говорит мое,
Что, взяв победу с бою,
Я буду праздновать ее
Как следует с тобою!
1940


ЧАЙКА
Спойлер:
Чайка смело
Пролетела
Над седой волной,
Окунулась
И вернулась,
Вьется надо мной.

Ну-ка, чайка,
Отвечай-ка:
Друг ты или нет?
Ты возьми-ка,
Отнеси-ка
Милому привет.

Милый в море,
На просторе,
В голубом краю.
Передай-ка,
Птица-чайка,
Весточку мою.

Я страдаю,
Ожидаю
Друга своего.
Пусть он любит,
Не забудет -
Больше ничего.

Знай, мой сокол:
Ты далеко,
Но любовь - со мной.
Будь спокоен,
Милый воин,
Мой моряк родной.

Чайка взвилась,
Покружилась,
Унеслась стрелой...
Улетает,
В море тает
Мой конверт живой.
1939-1940


О ЧЁМ ТЫ ТОСКУЕШЬ, ТОВАРИЩ МОРЯК
Спойлер:
О чём ты тоскуешь, товарищ моряк,
Гармонь твоя стонет и плачет,
И ленты повисли как траурный флаг,
Скажи нам, что всё это значит.

Не ты ли моряк в рукопашном бою

С врагами сражался геройски,
Так что же встревожило душу твою,
Скажи нам, товарищ, по-свойски.

Друзья, своё горе я вам расскажу,
От вас я скрываться не стану,
Незримую рану я в сердце ношу,
Кровавую жгучую рану.

Есть муки, которые смерти страшней,
Они мне на долю достались,
Над гордою светлой любовью моей
Немецкие псы надругались.

Её увели на позор и на стыд,
Скрутили ей нежные руки.
Отец её ранен, братишка убит,
Так мне написали подруги.

Я их потерял, и во мраке ночей,
Лишь только глаза закрываю,
Любовь свою вижу в руках палачей
И в кровь свои губы кусаю.

И нет мне покоя ни ночью, ни днём,
От ярости я задыхаюсь,
И только в атаке, в бою под огнём
Я местью своей упиваюсь.

С хозяином вместе тоскует гармонь,
Поёт и рыдает трёхрядка,
Скорей бы услышать команду "Огонь"
И броситься в смертную схватку.


ЛЕДОКОЛ
Спойлер:
Со стихией в бой пошел
Ледокол.
Мелким крошевом плывет
За кормой лед,
И колышутся едва
Ледяные острова.

Белым саваном вдали
Вьюги снежные легли,
И предательский торос
Крепко в море корнем врос.
Снеговая тишина
Вся угрозою полна.

Север тайны бережет,
Стережет,—
Смельчакам со всех сторон
Гибель шлет он!
Но команде ледовой
С морем биться не впервой.

Как алмаз стекло грызет,
Ледокол прорежет лед,
И сквозь бурю и туман
Путь отыщет капитан.
Север, знай,— ты будешь наш!
Ты все тайны нам отдашь!
1937


ПО МОРЯМ, ПО ВОЛНАМ
Спойлер:
Ты - моряк советского народа,
Тебе не страшен враг любой.
За родную землю и свободу
Ты ведешь отважный бой.

Припев:

По морям,
По волнам -
Бей верней
По врагам!
По морям,
Морям, морям, морям
Бей вернее по врагам!

Бей врага на севере и юге!
Топи, сжигай его дотла! -
Пусть поют отважные подруги
Про геройские дела.

Припев.

Ты готов пожертвовать собою
В бою за Родину и честь.
Там, где нужно мужество героя,
Ты всегда ответишь: "Есть!"

Припев.

Ты привык решительно и смело
Лихим ударом бить врагов.
Пусть же грянет громче, чем гремела,
Слава русских моряков !

Припев.

Будь в бою отважен и неистов!
Расплату извергам готовь!
Без пощады бей, моряк , фашистов!
Смерть - за смерть и кровь - за кровь!

Припев.

Вариант времен Великой Отечественной войны. Песня опубликована в 1941 году.
Переработка песни "По морям, по волнам" (первоначальный текст - В. Межевич, 1839)


МОРСКИЕ ВОЛКИ
Спойлер:
Ходят волны кругом вот такие,
Вот такие большие, как дом!
Мы, бесстрашные волки морские,
Смело в бурное море плывем.

Якоря мы подымем - вот так!
Паруса мы поставим - вот так!
Веселее, моряк!
Веселее, моряк!
Делай так, делай так и вот так!



Если в море мы будем купаться
И акулы на нас нападут -
Мы не будем дрожать и пугаться,
Перебьем мы акул в пять минут.

Мы кинжалы подымем - вот так!
Мы канаты накинем - вот так!
Веселее, моряк!
Веселее, моряк!
Делай так, делай так и вот так!


Поплывём мы в далёкие страны,
Где блестящие звёзды видны,
Где на ветках висят обезъяны,
И гуляют большие слоны.

К берегам мы пристанем - вот так!
Наши ружья достанем - вот так!
Веселее, моряк!
Веселее, моряк!
Делай так, делай так и вот так!


Ходят волны кругом вот такие,
Вот такие большие, как дом!
Мы, бесстрашные волки морские,
Смело в бурное море плывем.

Якоря мы подымем - вот так!
Паруса мы поставим - вот так!
Веселее, моряк!
Веселее, моряк!
Делай так, делай так и вот так!
1937


МОРСКАЯ ГВАРДИЯ
Спойлер:
Родных кораблей патриоты
Со львиной отвагой в груди -
Гвардейцы советского флота
Всегда и везде впереди.

Припев:
Морская гвардия идёт уверенно,
Любой опасности глядит она в глаза.
В боях испытана, в огне проверена,
Морская гвардия - для недругов гроза!

Гвардейцы воюют на юге
И возле полярных широт,
Не страшны им штормы и вьюги,
Не страшен им дальний поход.

Припев.

Гвардейцы в сердцах начертали
Короткое слово: вперед!
Растил их героями Сталин,
И Сталин к победе ведет.

Припев.

И слава о подвигах флота,
О гвардии нашей морской
Останется в сердце народа,
В душе благородной людской.

Припев.


Опущенные исполнителями куплеты:
--------------------------------
Сквозь минное поле пробьются,
Пройдут сквозь огонь батарей,
Повсюду победы добьются
Герои - гвардейцы морей.

Фашистский пират, не надейся
Живым от гвардейцев уйти:
Коль враг повстречался гвардейцам,
Обломки плывут на пути!

От вражьх дымков не отстанут -
Без боя домой не уйдут,
До вражьего порта достанут,
У вражьего пирса взорвут!

Взовьется гвардейское знамя,
И гордо расскажет оно,
Как грозные взрывы и пламя
Врага провожали на дно.

1942


ПЕСНЯ О ЦУСИМЕ
Спойлер:
В Цусимском проливе далёком,
Вдали от родимой земли,
На дне океана глубоком
Забытые есть корабли.

Когда засыпает природа
И яркая светит луна,
Герои погибшего флота
Встают, пробуждаясь от сна.

Они вспоминают Цусиму,
Напрасную храбрость свою,
И небо Отчизны любимой,
И гибель в неравном бою.

И шумом морского прибоя
Они говорят морякам:
«Готовьтесь к великому бою,
За нас отомстите врагам!»

1939


КРАСНОФЛОТСКИЙ МАРШ
Спойлер:
Вкруг советской земли
Океаны легли
И соленых морей вереницы.
И стоит часовой -
Красный флот боевой
И хранит голубые границы.

Припев:
На суше, на море
С врагами сражаясь в бою,
Всегда краснофлотцы
Готовы бороться
За честь и за славу свою!

Нас на вахту привел
Боевой комсомол,
Нас учеба зовет и работа,
Чтобы гордо могли
Подымать корабли
Красный вымпел Советского флота!

Припев.

Среди зноя и вьюг
Мы и север и юг
Охраняем недремлющим взором.
Сквозь огонь батарей
В двери наших морей
Нет прохода враждебным линкорам!

Припев.

Видим вглубь, видим вдаль,
Наша воля - как сталь,
Да и руки у нас не ослабли.
Кровь по капле прольем,
Но на море своем
Мы врагу не уступим ни капли.

Припев:
На суше, на море
С врагами сражаясь в бою,
Всегда краснофлотцы
Готовы бороться
За честь и за славу свою!

1937


ПЕСНЯ ДИКА
Спойлер:
Кто назвался моряком, тот со страхом не знаком,
Побеждать привык пучину он морскую.
Сквозь все штромы, смел и горд, он корабль приводит в порт,
Напевая песенку такую:

Припев:
Пусть молнией грозят нам небеса,
Всё равно мы не опустим паруса!
Честь и долг велели нам дойти до цели!
Пусть ветер зарывает и ревёт!
Пусть яростно он снасти наши рвёт!
Знаем - путь у нас один:
Вперёд!

Ясен взор у моряка, не дрожит его рука,
Не страшит его опасность никакая.
И туман, и ураган побеждает капитан,
И несётся песенка морская:

Припев.

Нам не страшен бури вой - знает дело рулевой!
Пусть испуганно кричат нам альбатросы!
По бушующим волнам не впервые плавать нам!
И поют отважные матросы:

Припев.

1946
Ответить с цитированием
4 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Flibustier (17.03.2012), SaurIn (17.03.2012), ТАНАТ (18.03.2013), Шустрый Игорёк (08.04.2012)
Старый 28.09.2012, 15:35   #69
ТАНАТ
Боцман
 
Аватар для ТАНАТ
 
Регистрация: 11.10.2011
Адрес: Забытый Богом край...
Сообщений: 249
Нация: Голландия
Пол: Мужской
Офицеры
Репутация: 72
По умолчанию Re: Стихи о море, пиратах и морской романтике

Расскажи мне о море

Расскажи мне о море, о беге волны
Что бока разбивает о скалы
Расскажи мне о цвете заката в дали
О душе, что все ищет причалы

Расскажи мне о городе, где моряки
Становились героями в море
И о рейде высоком, где ждут корабли
Белых чайках, о людях, просторе…

Я ищу и искал, мне пути не страшны
Ставлю парус я ровною строчкой,
Жизнь свою я менял, мне миры не нужны
Мне бы только кусочек листочка

Где я мог написать о ночлегах в пути
Как мечтал о рассветах в закатах
И о людях, в которых есть все от души
И о счастье и боли в утратах

О рассказах твоих и о реках больших
И о том что, наверное, лично
О словах, от которых на сердце рубцы
Городах где мне все непривычно

Тоньше мысли от боли, остаток вина
А в кармане всего лишь двадцатка
Я хмелею от жизни сегодня, вчера
От любви, где я весь без остатка

[Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться]
__________________
Бери все, и не отдавай ничего!!!

Лучшая игра пиратской тематики: Корсары: Возвращение Легенды v1.1

Последний раз редактировалось makarena; 16.02.2013 в 15:52.
ТАНАТ вне форума Ответить с цитированием
Старый 25.12.2012, 01:43   #70
ТАНАТ
Боцман
 
Аватар для ТАНАТ
 
Регистрация: 11.10.2011
Адрес: Забытый Богом край...
Сообщений: 249
Нация: Голландия
Пол: Мужской
Офицеры
Репутация: 72
По умолчанию Re: Стихи о море, пиратах и морской романтике

Вечернее море. Притихшие волны
Рокочут негромко о солнечных днях.
Дыхание моря неспешно, спокойно
Уносит от зноя на лёгких крылах.
Вокруг незаметно сгущается вечер,
И тонкая свежесть в ночной тишине
Прохладою мягкой ложится на плечи.
Стоят неподвижно, как в призрачном сне,
Колонны деревьев - на фоне заката;
Сквозь сумерки льётся неведомый блюз.
Порханье речей, и прибоя стаккато,
И пляжного воздуха йодистый вкус.
Рассыпалась светом далёкого порта
Цветная гирлянда прибрежных реклам.
Брильянтовой цепью искрясь с горизонта,
Играет огнями судов караван.
Свечение моря, манящее тайной:
Пловцов окружает отсвет голубой.
Теряясь во тьме чьей-то строчкой случайной,
Мерцает вдоль пляжа чуть слышный прибой..

Багаева Ольга
__________________
Бери все, и не отдавай ничего!!!

Лучшая игра пиратской тематики: Корсары: Возвращение Легенды v1.1

Последний раз редактировалось makarena; 16.02.2013 в 15:53.
ТАНАТ вне форума Ответить с цитированием
Пользователь сказал cпасибо:
Nathaniel (25.12.2012)
Старый 18.03.2013, 13:06   #71
ТАНАТ
Боцман
 
Аватар для ТАНАТ
 
Регистрация: 11.10.2011
Адрес: Забытый Богом край...
Сообщений: 249
Нация: Голландия
Пол: Мужской
Офицеры
Репутация: 72
По умолчанию Re: Стихи о море, пиратах и морской романтике

Веселый Роджер


Расстаемся с тихим сухопутным раем.
Выходя из бухты мимо сизых скал,
Мы «Веселый Роджер» в небо поднимаем —
Пусть покажет солнцу дружеский оскал.
За поимку нашу обещали горы…
Но боялись встретить яростных рубак.
И спешили мимо лорды командоры,
Лишь завидев в море наш веселый флаг.

Но минули годы и устав от качки,
От штормов, сражений и подобных дел,
В городе владею лавкою табачной —
Стал вдруг добрым малым бывший флибустьер.

Душно мне в тавернах, тесно мне на суше,
Даже шлюх портовых скучен стал содом.
Всюду крысьи глазки, да овечьи души,
И не греет сердце барбадосский ром.
Так скорей, корсары, распростимся с краем —
Лучше бой с эскадрой иль девятый вал!
Мы «Веселый Роджер» в небо поднимаем —
Пусть покажет солнцу дружеский оскал.
__________________
Бери все, и не отдавай ничего!!!

Лучшая игра пиратской тематики: Корсары: Возвращение Легенды v1.1

Последний раз редактировалось Сеньор Кортес; 25.05.2013 в 20:14. Причина: удалена ссылка
ТАНАТ вне форума Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
White Lion (18.03.2013), Пелагея (01.04.2013)
Старый 25.05.2013, 21:11   #72
Сеньор Кортес
VIP
Командер
Супер-модератор
Гаваньский нумизмат
 
Аватар для Сеньор Кортес
 
Филантроп:
Граф Испания
Регистрация: 12.01.2010
Адрес: Virgin Gorda
Сообщений: 3,853
Нация: Пираты
Пол: Мужской
Офицеры
Репутация: Сеньор Кортес отключил(а) отображение уровня репутации

Награды пользователя:

Лампочка Русские поэты о море

Языков Николай Михайлович

Николай Михайлович Языков (4 [16] марта 1803, Симбирск — 26 декабря 1846 [8 января 1847], Москва) — русский поэт эпохи романтизма, один из ярких представителей золотого века русской поэзии, называвший себя «поэтом радости и хмеля», а также «поэтом разгула и свободы». В конце жизни был близок к славянофилам.

Родился 4 марта (16 н.с.) в Симбирской губернии в богатой помещичьей семье. Получил хорошее домашнее образование, которое позволило ему в 11 лет успешно учиться в Горном кадетском корпусе и затем в Институте инженеров путей сообщения в Петербурге (1814 — 20). В эти годы он писал много стихов.
Для продолжения образования уехал в Дерпт, где в течение семи лет учился на философском факультете университета (1822 — 29). В совершенстве овладел немецким языком, приобрел глубокие познания в истории, политэкономии. Во время приездов в Петербург познакомился сначала с Дельвигом и Рылеевым, позже с Пушкиным. Стихи Языкова публиковались в разных журналах и газетах. Годы, проведенные в Дерпте, — наиболее плодотворный период его творчества. Он быстро завоевал репутацию самобытного поэта, выразителя взглядов передовой дворянской молодежи. Большое распространение получили его студенческие песни "Чинов мы ищем не ползком", "Сердца — на жертвенник свободы", "Наш ум — не раб чужих умов" и др., элегии "Свободы гордой вдохновенье!", "Еще молчит гроза народа...".
Летом 1826, по приглашению Пушкина, Языков посетил Михайловское. Эта встреча нашла свое отражение в прекрасных стихах: "Вечер", "Тригорское", два послания "К П.А. Осиповой".
В 1829 Языков покинул Дерпт из-за тяжелой болезни и переехал в Москву, где познакомился с Киреевскими, Аксаковыми, Баратынскими и другими литераторами.
После разгрома декабристов изменилась тональность его стихов, из них ушел боевой пафос. После стихотворения "Пловец" ("Нелюдимо наше море...", 1829), полного мужества и бодрости, он перешел к осуждению прошлого ("Ау!", 1831), а в конце жизни даже к нападкам на Чаадаева, Герцена ("К не нашим", 1844).
В 1831 поступил на службу в Межевую канцелярию, но в 1833 вышел в отставку. В 1838 в результате резкого ухудшения здоровья уехал лечиться за границу. Возвратился в 1843 и жил в Москве. Вышли два его поэтических сборника (1844, 1845).
26 декабря 1846 (7 января 1847 н.с.) Н. Языков умер.



БУРЯ
Спойлер:
Громадные тучи нависли широко
Над морем и скрыли блистательный день,
И в синюю бездну спустились глубоко,
И в ней улеглася тяжелая тень;

Но бездна морская уже негодует,
Ей хочется света и ропщет она,
И скоро, могучая, встанет грозна,
Пространно и громко она забушует.

Великую силу уже подымая,
Полки она строит из водных громад;
И вал-великан, головою качая,
Становится в ряд, и ряды говорят;

И вот свои смуглые лица нахмуря,
И белые гребни колебля, они
Идут. В черных тучах блеснули огни,
И гром загудел. Начинается буря.

1839


КОРАБЛЬ
Спойлер:
Люблю смотреть на сине море,
В тот час, как с края в край на волновом просторе,
Гроза грохочет и ревет;
А победитель волн, громов и непогод,
И смел и горд своею славой,
Корабль в даль бурных вод уходит величаво!

1839


МАЯК
Спойлер:
Меж морем и небом, на горной вершине,
Отважно поставлен бросать по водам
Отрадный, спасительный свет кораблям,
Застигнутым ночью на бурной пучине,

Ты волю благую достойно творишь:
Встает ли свирепое море волнами,
Волнами хватая тебя, как руками,
Обрушить тебя в глубину: ты стоишь!

И небо в тебя светоносного мещет
Свой гром, раздробляющий горы: ты цел;
Он, словно как пыль, по тебе пролетел,
И бурное море тебе рукоплещет!

1839


МОРСКОЕ КУПАНЬЕ
Спойлер:
Из бездны морской белоглавая встала
Волна, и лучами прекрасного дня
Блестит подвижная громада кристалла,
И тихо, качаясь, идет на меня.
Вот, словно в раздумье, она отступила,
Вот берег она под себя покатила
И выше сама поднялась и падет;
И громом, и пеной пучинная сила,
Холодная бурно меня обхватила,
Кружит, и бросает, и душит, и бьет!
И стихла. Мне любо. Из грома, из пены
И холода, легок и свеж, выхожу:
Живее мои выпрямляются члены,
Вольнее дышу, веселее гляжу
На берег, на горы, на светлое море.
Мне чудится, словно прошло мое горе,
И юность такая ж, как прежде была,
Во мне встрепенулась, и жизнь моя снова
Гулять, распевать, красоваться готова
Свободно, беспечно, резва, удала.

1840


МОРСКАЯ ТОНЯ
Спойлер:
Море ясно, море блещет;
Но уже, то здесь, то там,
Тень налетная трепещет,
Пробегая по зыбям;
Вдруг поднимутся и хлынут
Темны водные струи,
И высоко волны вскинут
Гребни белые свои;
Буря будет, тучи грянут,
И пучина заревет.
Рыбаки проворно тянут
Невод на берег из вод.
Грузно! Что ты, сине море,
Дало им за тяжкий труд?
Много ты в своем просторе
Водишь рыб и всяких чуд;
Много камней самоцветных,
Жемчугов и янтарей,
Драгоценностей несметных,
Соблазняющих людей,
В роковой твоей пучине,
Бережет скупое дно.
Что ж ты, дало ль, море сине,
Рыбакам хоть на вино?
Невод вытащен.- Немного
Обитателей морских;
От сокровищ бездны строгой
Нет подарков дорогих!
Вот лежит, блестя глазами,
Злой, прожорливый мокой,
С костоломными зубами;
Вот огромный блин морской,
Красноносый, красногубый,
С отвратительным хвостом;
Да скатавшегося в клубы
На раздолье волновом,
Воза с два морского copy,
И один морской паук;
А тащили словно гору,
А трудились сотни рук!
Море стихло, море ясно;
В хрустале его живом
Разыгрался день прекрасной
Златом, пурпуром, огнем;
Видом моря любоваться
Собралась толпа гостей.
Ей мешают наслаждаться
Рыбаки; бегут за ней,
И канючат, денег просят:
Беднякам из бездны вод
Сети длинные выносят
Непитательный доход!

1839


ПЕСНЯ БАЛТИЙСКИМ ВОДАМ
Спойлер:
Пою вас, балтийские воды, вы краше
Других, величайших морей;
Лазурно-широкое зеркало ваше
Свободнее, чище, светлей:
На нем не крутятся огромные льдины,
В щепы разбивая суда;
На нем не блуждают холмы и долины
И горы полярного льда;
В нем нет плотоядных и лютых чудовищ
И мерзостных гадов морских;
Но много прелестных и милых сокровищ:
Привол янтарей золотых
И рыбы вкуснейшей! Балтийские воды,
На вольной лазури своей
Носили вы часто в старинные годы
Станицы норманских ладей;
Слыхали вы песни победные скальда
И буйные крики войны,
И песню любви удалого Гаральда,
Певца непреклонной княжны;
Носили вы древле и грузы богатства
На Русь из немецкой земли,
Когда, сограждане ганзейского братства,
И Псков и Новгород цвели;
И ныне вы носите грозные флоты:
Нередко, в строю боевом,
Гуляют на вас громовые оплоты
Столицы, созданной Петром,
И тысячи, тьмы росписных пароходов
И всяких торговых судов
С людьми и вещами, всех царств и народов,
Из дальных и ближних краев.
О! вы достославны и в новые годы,
Как прежде; но песню мою,
Похвальную песню, балтийские воды,
Теперь я за то вам пою,
Что вы, в ту годину, когда бушевала
На вас нопогода,- она
Ужасна, сурова была: подымала
Пучину с далекого дна,
И силы пучинной и сумрака полны,
Громады живого стекла,
Качаяся, двигались шумные волны,
И бездна меж ними ползла;
И долго те волны бурлили, и строго
Они разбивали суда,
И долго та бездна зияла, и много
Пловцов поглотила; тогда,
В те страшные дни роковой непогоды
Почтенно уважили вы
Елагиных: вы их ил невские воды
Примчали, - и берег Невы
Счастливо их принял: за то вы мне краше
Всех южных и северных вод
Морских, и за то уважение ваше
Мой стих вам и честь отдает!

1841


ПЛОВЕЦ (Нелюдимо наше море ...)
Спойлер:
Нелюдимо наше море,
День и ночь шумит оно;
В роковом его просторе
Много бед погребено.

Смело, братья! Ветром полный
Парус мой направил я:
Полетит на скользки волны
Быстрокрылая ладья!

Облака бегут над морем,
Крепнет ветер, зыбь черней,
Будет буря: мы поспорим
И помужествуем с ней.

Смело, братья! Туча грянет,
Закипит громада вод,
Выше вал сердитый встанет,
Глубже бездна упадет!

Там, за далью непогоды,
Есть блаженная страна:
Не темнеют неба своды,
Не проходит тишина.

Но туда выносят волны
Только-сильного душой!..
Смело, братья, бурей полный
Прям и крепок парус мой.

1829


ПЛОВЕЦ (Воют волны, скачут волны ...)
Спойлер:
Воют волны, скачут волны!
Под тяжелым плеском волн
Прям стоит наш парус полный,
Быстро мчится легкий челн
И расталкивает волны,
И скользит по склонам волн!

Их, порывами вздувая,
Буря гонит ряд на ряд;
Разгулялась волновая;
Буйны головы шумят,
Друг на друга набегая,
Отшибаяся назад!

Но глядите: перед нами,
Вдоль по темным облакам,
Разноцветными зарями
Отливаясь там и там,
Золотыми полосами
День и небо светят нам.

Пронесися, мрак ненастный!
Воссияй, лазурный свод!
Разверни свой день прекрасный
Надо всем простором вод!
Смолкнут бездны громогласны,
Их волнение падет!

Блещут волны, плещут волны!
Под стеклянным брызгом волн
Прям стоит наш парус полнын,
Быстро мчится легкий челн,
Раздвигая сини волны
И скользя по склонам волн!

1831


ПЛОВЕЦ (Еще разыгрывались воды ...)
Спойлер:
Еще разыгрывались воды,
Не подымался белый вал,
И гром летящей непогоды
Лишь на краю небес чуть видном рокотал;

А он, пловец, он был далеко
На синеве стеклянных волн,
И день сиял еще высоко,
А в пристань уж вбегал его послушный чолн.

До разгремевшегося грома,
До бури вод, желанный брег
Увидел он, и вкусит дома
Родной веселый пир и сладостный ночлег.

Хвала ему! Он отплыл рано:
Когда дремали небеса,
И в море блеск луны багряной
Еще дрожал,- уж он готовил паруса,

И поднял их он, бодр и светел,
Когда едва проснулся день,
И в третий раз пропевший петел
К работе приглашал заспавшуюся лень.

1839
Сеньор Кортес вне форума Ответить с цитированием
Старый 13.09.2017, 15:59   #73
Сеньор Кортес
VIP
Командер
Супер-модератор
Гаваньский нумизмат
 
Аватар для Сеньор Кортес
 
Филантроп:
Граф Испания
Регистрация: 12.01.2010
Адрес: Virgin Gorda
Сообщений: 3,853
Нация: Пираты
Пол: Мужской
Офицеры
Репутация: Сеньор Кортес отключил(а) отображение уровня репутации

Награды пользователя:

Book Русские поэты о море

Волошин Максимилиан Александрович

Максимилиан Александрович Волошин (фамилия при рождении — Кириенко-Волошин; 16 [28] мая 1877, Киев, Российская империя — 11 августа 1932, Коктебель, Крымская АССР, СССР) — русский поэт, переводчик, художник-пейзажист, художественный и литературный критик.

Родился в Киеве. Воспитанием занималась мать, Елена Оттобальдовна (урожденная Глазер). Отец Волошина умер, когда Максимилиану было четыре года.
Начинает учиться в московской гимназии, а заканчивает гимназический курс в Феодосии. С 1890 начинает писать стихи, переводит Г.Гейне.
В 1897 поступает на юридический факультет Московского университета, но через три года его исключают за участие в студенческих волнениях. Решает целиком посвятить себя литературе и искусству.
В 1901 едет в Париж, слушает лекции в Сорбонне, в Лувре, много занимается в библиотеках, путешествует - Испания, Италия, Балеарские острова. Пишет стихи.
В 1903 возвращается в Россию, знакомится с В.Брюсовым, А.Блоком, А.Белым и другими деятелями русской культуры. Публикует свои стихи в разных изданиях. Летом того же года недалеко от Феодосии, в поселке Коктебель, покупает землю и строит дом, который очень скоро становится своеобразным "летним клубом", "летняя семья" которого была многолюдна и разнообразна: поэты, художники, ученые, люди всевозможных профессий, наклонностей и возрастов.
Большое влияние на Волошина оказала его первая жена - художница М.Сабашникова, страстно увлекавшаяся оккультизмом и теософией (это влияние нашло отражение в его стихах "Кровь", "Сатурн", цикл "Руанский собор"). Помимо литературы Волошин серьезно занимался живописью (известны его крымские акварели).
Бывая зимой во Франции, в качестве корреспондента журнала "Becы"пишет статьи о современном искусстве, отчеты о парижских выставках, рецензии на новые книги, публикуясь в различных газетах и журналах. Одним из первых он поддерживает творчество молодых М.Цветаевой, С.Городецкого, М.Кузмина и др.
В 1910 критика отметила как событие в литературной жизни новую книгу Волошина "Стихотворения. 1900 - 1910".
Перед первой мировой войной Волошин издает несколько книг: переводы, сборник статей; продолжает увлеченно заниматься живописью. Перед самым началом войны едет в Швейцарию, затем в Париж. Его новые стихи показывают "ужас разъявшихся времен", он выражает протест против мировой бойни в цикле статей "Париж и война".
В 1916 возвращается в Коктебель, читает лекции о литературе и искусстве в Феодосии и Керчи.
Во время Февральской революции, которая не вызвала у него "большого энтузиазма", Волошин находился в Москве и выступал на вечерах и литературных концертах. Октябрьскую революцию принял как суровую неизбежность, как испытание, ниспосланное России. Во время гражданской войны стремился занять позицию "над схваткой", призывая "быть человеком, а не гражданином". Живя в Крыму, в Коктебеле, где особенно часто менялась "власть", Волошин спасал от смерти и "красных", и "белых", понимая, что спасает просто человека.
После революции создает цикл философских поэм "Путями Каина" (1921 - 23), поэму "Россия" (1924), стихи "Дом поэта" (1927), "Владимирская Богоматерь" (1929). Много работает как художник, участвуя в выставках в Феодосии, Одессе, Харькове, Москве, Ленинграде. Свой дом в Коктебеле Волошин превратил в бесплатный приют для писателей и художников, в чем ему помогала его вторая жена М.Заболоцкая. В 1931 он завещал свой дом Союзу писателей.
Волошин умер от воспаления легких 11 августа 1932 в Коктебеле. Похоронен, как он завещал, на вершине приморского холма Кучук-Янышар.

Источник: Русские писатели и поэты. Краткий биографический словарь. Москва, 2000.



ФИАЛКИ ВОЛН И ГИАЦИНТЫ ПЕНЫ...
Спойлер:
Фиалки волн и гиацинты пены
Цветут на взморье около камней.
Цветами пахнет соль...
Один из дней,
Когда не жаждет сердце перемены
И не торопит преходящий миг,
Но пьет так жадно златокудрый лик
Янтарных солнц, просвеченный сквозь просинь.
Такие дни под старость дарит осень...

20 ноября 1926


И БЫЛО ТАК, КАК БУДТО ЖИЗНИ ЗВЕНЬЯ...
Спойлер:
И было так, как будто жизни звенья
Уж были порваны... успокоенье
Глубокое... и медленный отлив
Всех дум, всех сил... Я сознавал, что жив,
Лишь по дыханью трав и повилики.
Восход Луны встречали чаек клики...
А я тонул в холодном лунном сне,
В мерцающей лучистой глубине,
И на меня из влажной бездны плыли
Дожди комет, потоки звездной пыли...

5 июля 1913


ДЕНЬ МОЛОЧНОСИЗЫЙ РАСЦВЕЛ И ЗАМЕР...
Спойлер:
День молочносизый расцвел и замер,
Побелело море, целуя отмель.
Всхлипывают волны, роняют брызги
Крылья тумана...
Обнимает сердце покорность. Тихо...
Мысли замирают. В саду маслина
Простирает ветви к слепому небу
Жестом рабыни...

20 февраля 1910


И БУДУТ ОГОНЬКАМИ РОЗ...
Спойлер:
И будут огоньками роз
Цвести шиповники, алея,
И под ногами млеть откос
Лиловым запахом шалфея,
А в глубине мерцать залив
Чешуйным блеском хлябей сонных,
В седой оправе пенных грив
И в рыжей раме гор сожженных.
И ты с приподнятой рукой,
Не отрывая взгляд от взморья,
Пойдешь вечернею тропой
С молитвенного плоскогорья...
Минуешь овчий кошт, овраг...
Тебя проводят до ограды
Коров задумчивые взгляды
И грустные глаза собак.
Крылом зубчатым вырастая,
Коснется моря тень вершин,
И ты возникнешь, млея, тая,
В полынном сумраке долин.

14 июня 1913


СТАРИННЫМ ЗОЛОТОМ И ЖЕЛЧЬЮ НАПИТАЛ...
Спойлер:
Старинным золотом и желчью напитал
Вечерний свет холмы. Зардели красны, буры
Клоки косматых трав, как пряди рыжей шкуры.
В огне кустарники и воды как металл.

А груды валунов и глыбы голых скал
В размытых впадинах загадочны и хмуры,
В крылатых сумерках - намеки и фигуры...
Вот лапа тяжкая, вот челюсти оскал,

Вот холм сомнительный, подобный вздутым ребрам.
Чей согнутый хребет порос, как шерстью, чобром?
Кто этих мест жилец: чудовище? титан?

Здесь душно в тесноте... А там - простор, свобода,
Там дышит тяжело усталый Океан
И веет запахом гниющих трав и иода.

1907, Коктебель


РАВНИНА ВОД КОЛЫШЕТСЯ ШИРОКО...
Спойлер:
Равнина вод колышется широко,
Обведена серебряной каймой.
Мутится мыс, зубчатою стеной
Ступив на зыбь расплавленного тока.

Туманный день раскрыл златое око,
И бледный луч, расплесканный волной,
Скользит, дробясь над мутной глубиной,
То колос дня от пажитей востока.

В волокнах льна златится бледный круг
Жемчужных туч, и солнце, как паук,
Дрожит в сетях алмазной паутины.

Вверх обрати ладони тонких рук -
К истоку дня! Стань лилией долины,
Стань стеблем ржи, дитя огня и глины!

1907, Коктебель


ЗЕЛЕНЫЙ ВАЛ ОТПРЯНУЛ И ПУГЛИВО...
Спойлер:
Зеленый вал отпрянул и пугливо
Умчался вдаль, весь пурпуром горя...
Над морем разлилась широко и лениво
Певучая заря.

Живая зыбь как голубой стеклярус.
Лиловых туч карниз.
В стеклянной мгле трепещет серый парус.
И ветр в снастях повис.


ПУСТЫНЯ ВОД... С ТРЕВОГОЮ НЕЯСНОЙ...
Спойлер:
Пустыня вод... С тревогою неясной
Толкает челн волна.
И распускается, как папоротник прекрасный,
Зловещая луна.

И день и ночь шумит угрюмо,
И день, и ночь на берегу
Я бесконечность стерегу
Средь свиста, грохота и шума.

Когда ж зеркальность тишины
Сулит обманную беспечность,
Сквозит двойная бесконечность
Из отраженной глубины.


КАРАДАГ
Спойлер:
Над чернозолотым стеклом
Струистым бередя веслом
Узоры зыбкого молчанья,
Беззвучно оплыви кругом
Сторожевые изваянья,
Войди под стрельчатый намет,
И пусть душа твоя поймет
Безвыходность слепых усилий
Титанов, скованных в гробу,
И бред распятых шестикрылий
Окаменелых Керубу.
Спустись в базальтовые гроты,
Вглядись в провалы и пустоты,
Похожие на вход в Аид...
Прислушайся, как шелестит
В них голос моря безысходней,
Чем плач теней... И над кормой
Склонись, тревожный и немой,
Перед богами преисподней...
...Потом плыви скорее прочь.
Ты завтра вспомнишь только ночь,
Столпы базальтовых гигантов,
Однообразный голос вод
И радугами бриллиантов
Переливающийся свод.

17 июня 1918


НАД ЗЫБКОЙ РЯБЬЮ ВОД ВСТАЕТ ИЗ ГЛУБИНЫ...
Спойлер:
Над зыбкой рябью вод встает из глубины
Пустынный кряж земли: хребты скалистых гребней,
Обрывы черные, потоки красных щебней –
Пределы скорбные незнаемой страны.

Я вижу грустные, торжественные сны –
Заливы гулкие земли глухой и древней,
Где в поздних сумерках грустнее и напевней
Звучат пустынные гекзаметры волны.

И парус в темноте, скользя по бездорожью,
Трепещет древнею, таинственною дрожью
Ветров тоскующих и дышащих зыбей.

Путем назначенным дерзанья и возмездья
Стремит мою ладью глухая дрожь морей,
И в небе теплятся лампады Семизвездья.

1907


К ЭТИМ ГУЛКИМ МОРСКИМ БЕРЕГАМ...
Спойлер:
EЛЕНЕ ДМИТРИЕВОЙ

К этим гулким морским берегам,
Осиянным холодною синью,
Я пришла по сожженным лугам,
И ступни мои пахнут полынью.

Запах мяты в моих волосах,
И движеньем измяты одежды;
Дикой масличной ветвью в цветах
Я прикрыла усталые вежды.

На ладонь опирая висок
И с тягучею дремой не споря,
Я внимаю, склонясь на песок,
Кликам ветра и голосу моря...

Май 1909


УЖ МНОГО ДНЕЙ РЕКОЮ ОКЕАНОМ...
Спойлер:
ЛИДИИ ДМ. ЗИНОВЬЕВОЙ-АННИБАЛ

Уж много дней рекою Океаном
Навстречу дню, расправив паруса,
Мы бег стремим к неотвратимым странам.
Усталых волн всё глуше голоса,

И слепнет день, мерцая оком рдяным.
И вот вдали синеет полоса
Ночной земли и, слитые с туманом,
Излоги гор и скудные леса.

Наш путь ведет к божницам Персефоны,
К глухим ключам, под сени скорбных рощ
Раин и ив, где папоротник и хвощ

И черный тисс одели леса склоны...
Туда идем, к закатам темных дней
Во сретенье тоскующих теней.


MARE INTERNUM
Спойлер:
Я - солнца древний путь от красных скал Тавриза
До темных врат, где стал Гераклов град - Кадикс.
Мной круг земли омыт, в меня впадает Стикс,
И струйный столб огня на мне сверкает сизо.

Вот рдяный вечер мой: с зубчатого карниза
Ко мне склонился кедр и бледный тамариск.
Широко шелестит фиалковая риза,
Заливы черные сияют, как оникс.

Люби мой долгий гул, и зыбких взводней змеи,
И в хорах волн моих напевы Одиссеи.
Вдохну в скитальный дух я власть дерзать и мочь,
И обоймут тебя в глухом моем просторе
И тысячами глаз взирающая Ночь,
И тысячами уст глаголящее Море.


КОКТЕБЕЛЬ
Спойлер:
Как в раковине малой - Океана
Великое дыхание гудит,
Как плоть ее мерцает и горит
Отливами и серебром тумана,
А выгибы ее повторены
В движении и завитке волны, -
Так вся душа моя в твоих заливах,
О, Киммерии темная страна,
Заключена и преображена.

С тех пор как отроком у молчаливых
Торжественнопустынных берегов
Очнулся я, душа моя разъялась,
И мысль росла, лепилась и ваялась
По складкам гор, по выгибам холмов,
Огнь древних недр и дождевая влага
Двойным резцом ваяли облик твой, -
И сих холмов однообразный строй,
И напряженный пафос Карадага,
Сосредоточенность и теснота
Зубчатых скал, а рядом широта
Степных равнин и млеющие дали.

Стиху - разбег, а мысли - меру дали.
Моей мечтой с тех пор напоены
Предгорий героические сны
И Коктебеля каменная грива;
Его полынь хмельна моей тоской,
Мой стих поет в волнах его прилива,
И на скале, замкнувшей зыбь залива,
Судьбой и ветрами изваян профиль мой.

6 июня 1918


И МИР, КАК МОРЕ ПРЕД ЗАРЕЮ...
Спойлер:
...И мир, как море пред зарею,
И я иду по лону вод,
И подо мной и надо мною
Трепещет звездный небосвод...

1902


ДРОЖАЛО МОРЕ ВЕЧНОЙ ДРОЖЬЮ...
Спойлер:
Дрожало море вечной дрожью
Из тьмы пришедший синий вал
Победной пеной потрясал,
Ложась к гранитному подножью,
Звенели звезды, пели сны...
Мой дух прозрел под шум волны!

1904


ПЛАВАНЬЕ
Спойлер:
Мы пятый день плывем, не опуская
Поднятых парусов,
Ночуя в устьях рек, в лиманах, в лукоморьях,
Где полная луна цветет по вечерам.

Днем ветер гонит нас вдоль плоских,
Пустынных отмелей, кипящих белой пеной.
С кормы возвышенной, держась за руль резной,
Я вижу,
Как пляшет палуба,
Как влажною парчою
Сверкают груды вод, а дальше
Сквозь переплет снастей пустынный окоем.
Плеск срезанной волны,
Тугие скрипы мачты,
Журчанье под кормой
И неподвижный парус...

А сзади город,
Весь в красном исступленьи
Расплесканных знамен,
Весь воспаленный гневами и страхом,
Ознобом слухов, дрожью ожиданий,
Томимый голодом, поветриями, кровью,
Где поздняя весна скользит украдкой
В прозрачном кружеве акаций и цветов.

А здесь безветрие, безмолвие, бездонность...
И небо и вода две створы
Одной жемчужницы.
В лучистых паутинах застыло солнце.
Корабль повис в пространствах облачных,
В сиянии притупленном и дымном.

Вон виден берег твоей земли
Иссушенной, полынной, каменистой,
Усталой быть распутьем народов и племен.

Тебя свидетелем безумий их поставлю
И проведу тропою лезвийной
Сквозь пламена войны
Братоубийственной, напрасной, безысходной,
Чтоб ты пронес в себе великое молчанье
Закатного, мерцающего моря.

12 июня 1919, Коктебель
Сеньор Кортес вне форума Ответить с цитированием
Пользователь сказал cпасибо:
idealist (13.09.2017)
Старый 22.12.2019, 01:52   #74
Скайуокер
VIP
Corsairs-Harbour.Ru Team
Модератор
Гвардеец Гавани Корсаров
Баталер
Тысячеликий герой
 
Аватар для Скайуокер
 
Благотворитель:
Хозяин морей Пираты
Регистрация: 19.05.2011
Адрес: Жемчужина Севера
Сообщений: 1,678
Нация: Пираты
Пол: Мужской
Офицеры
Репутация: 605

Награды пользователя:

Сообщение Re: Стихи о море, пиратах и морской романтике

***


Когда над мачтой реет черный флаг,
Нам не пристало тосковать по суше,
Там есть закон – пирата вечный враг,
Там не хватало в детстве нам игрушек.
Там нас не ждут ни мать и ни жена,
Там нам совсем и никогда не рады,
Там нашей жизни гордая цена –
За наши головы назначены награды.
Когда над мачтой реет черный флаг
Играет лунный блик на бронзе пушек,
Любой корабль на море – это враг
И тут уже совсем не до игрушек.
Пусть нас не ждут ни мать и ни жена,
И пусть итог всей нашей жизни – рея,
Её мы , братцы, проживем сполна,
Пока на нашей мачте «Роджер» реет!
__________________




Лучшая игра пиратской тематики: Корсары: Город Потерянных кораблей
Скайуокер вне форума Ответить с цитированием
Реклама
Ответ

Метки
корабли, море, моряки, пираты, романтика, стихи, стихи о море, стихи о моряках, стихи о пиратах, стихотворения


Здесь присутствуют: 1 (пользователей: 0 , гостей: 1)
 
Опции темы
Опции просмотра

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.

Быстрый переход


Текущее время: 13:23. Часовой пояс GMT +3.


Powered by vBulletin®
Copyright ©2000 - 2020, Jelsoft Enterprises Ltd. Перевод: zCarot
© MONBAR, 2007-2020
Corsairs-Harbour.Ru
Скин форума создан эксклюзивно для сайта Corsairs-Harbour.Ru
Все выше представленные материалы являются собственностью сайта.
Копирование материалов без разрешения администрации запрещено!
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика Яндекс цитирования