Форум сайта 'Гавань Корсаров'
 

Вернуться   Форум сайта 'Гавань Корсаров' > Исторический раздел > Моря и история мореплавания

Важная информация

Моря и история мореплавания Хотите знать, как мореходы покоряли мировой океан? каких жертв им это стоило? Здесь можно найти ответы на многие вопросы и поделиться своими знаниями.


  Информационный центр
Последние важные новости
 
 
 
 
 

Ответ
 
Опции темы Опции просмотра
Старый 27.05.2008, 14:40  
Странник
Старожил
Капитан 3-го ранга
Блуждающий во тьме...
Босс Мафии
 
Аватар для Странник
 
Регистрация: 28.09.2007
Адрес: Лощина черного бамбука
Сообщений: 4,583
Нация: Пираты
Пол: Мужской
Офицеры
Репутация: 509

Награды пользователя:

Восклицание Знаменитые мореплаватели и флотоводцы



Об известных мореплавателях, открывателях новых земель
и знаменитых военных флотоводцах.





Список мореплавателей и флотоводцев, чьи биографии размещены в этой теме:
Спойлер:
А
Спойлер:

Б
Спойлер:

В
Спойлер:

Г
Спойлер:

Д
Спойлер:

Е
Спойлер:

Ж
Спойлер:

З
Спойлер:

И
Спойлер:

Й
Спойлер:

К
Спойлер:

Л
Спойлер:

М
Спойлер:

Н
Спойлер:

О
Спойлер:

П
Спойлер:

Р
Спойлер:

С
Спойлер:

Т
Спойлер:

У
Спойлер:

Ф
Спойлер:

Х
Спойлер:

Ц
Спойлер:

Ч
Спойлер:

Ш
Спойлер:


Щ
Спойлер:


Э
Спойлер:

Ю
Спойлер:

Я
Спойлер:

А также:
Спойлер:
[Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться]

Последний раз редактировалось Сеньор Кортес; 06.11.2019 в 21:56. Причина: Дополнение списка
Странник вне форума Ответить с цитированием
11 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Lejito (02.01.2011), Natali (14.06.2011), Peresvet (04.11.2017), Str@jnik (13.04.2013), Армеец (12.07.2013), Буйвол (29.09.2017), Дон Эстэбан (23.09.2012), Королёв (21.06.2012), Потапыч (14.06.2012), Сэм Блейк (24.09.2011), Шустрый Игорёк (14.05.2012)
Старый 20.11.2008, 18:36   #80
Wolf
Капитан 2-го ранга
 
Аватар для Wolf
 
Регистрация: 05.01.2008
Адрес: Civitas Lunaris
Сообщений: 7,290
Нация: Пираты
Пол: Мужской
Офицеры
Репутация: 432

Награды пользователя:

По умолчанию Знаменитые мореплаватели и флотоводцы

Александр Иванович Круз

Применение резерва и указание командирам кораблей строить в ходе боя линию не по диспозиции в Керченском сражении морские писатели называют ушаковской тактикой. Менее известно, что за два месяца до сражения у Керченского пролива такую тактику применил А.И. Круз в Красногорском сражении.

А.И. Круз (1731–1799), сын моряка петровского флота и воспитанник известного флагмана Д. Кеннеди, с детства служил на море, обучался в России и за границей, ежегодно бывал в плавании, получил ранение при осаде Кольберга.

В Чесменском сражении его корабль "Святой Евстафий" оказался в центре событий, одержал верх над турецким флагманом "Реал-Мустафа", но вместе с ним сгорел. При взрыве корабля командир спасся чудом, был награжден орденом Святого Георгия 4-й степени. Вторично капитан с трудом избежал смерти, когда трофейный корабль "Родос", который он вел в Россию, встал на мель и его экипаж окружили пираты-майноты. Со временем из лихого рубаки моряк стал рассудительным флагманом. Он помогал А.В. Суворову оборонять берега Крыма от десантов турецкого флота, водил эскадры в Северное море для охраны нейтрального судоходства, обучал команды. В начале русско-шведской войны 1788–1790 годов вице-адмиралу поручили командование резервной эскадрой.

Когда же в мае 1790 года шведские корабельный и гребной флоты угрожали Кронштадту, Екатерина II доверила заслуженному моряку оборону подступов к столице. 7 мая она подписала указ о назначении Круза командующим кронштадтской эскадрой. Вице-адмиралу было поручено со всеми боеспособными кораблями выйти в море, найти неприятеля, атаковать его и постараться разбить.

Выслав разведку, 12 мая Круз вышел из Кронштадта. Встречные ветры задержали его у Красной Горки, где эскадра занималась артиллерийскими и парусными учениями. Во всеподданнейшем донесении от 17 мая вице-адмирал, сообщая о своем положении и появлении у Гогланда 40 шведских кораблей, в том числе 22 линейных, просил выслать в его распоряжение 8 новых гребных фрегатов, стоявших у Кронштадта. Уже через пять дней фрегаты присоединились к эскадре.

Тем временем шведские парусники, которые охраняли передислокацию гребных судов под Выборг, вечером 20 мая обнаружили русский корабельный флот со стороны Кронштадта. Шведскому флоту предстояло, спасая армейские суда, вступить в схватку с русскими, тогда как Крузу следовало сразиться со шведами, чтобы защитить столицу империи.

К началу сражения эскадра А.И. Круза состояла из 17 линейных кораблей, 4 парусных и 8 гребных фрегатов, 2 катеров. Из 1760 пушек 1400 было на линейных кораблях. Авангардом командовал вице-адмирал Я.Ф. Сухотин, кордебаталией — сам Круз на корабле "Чесма", арьергардом — контр-адмирал И.А. Повалишин. Особый отряд составили 4 парусных и 5 гребных фрегатов под командованием Ф.И. Денисона, которому Круз предоставил право действовать самостоятельно. Фактически этот отряд составлял подвижный резерв для парирования неожиданных действий противника. Ему следовало держаться на наветренной стороне боевой линии линейных кораблей, чтобы обладать свободой маневра. 3 гребных фрегата и 2 катера Круз оставил при себе для передачи сигналов и для посылок.

Шведский флот насчитывал 22 линейных корабля, 8 больших, 4 малых фрегата и несколько вспомогательных судов; против 800 крупных (18–36-фунтовых) и 600 мелких орудий русских линейных кораблей шведы имели 1200 орудий 29–36-фунтовых и 800 более мелких. В боевую линию генерал-адмирал Карл Зюдерманландский ввел все линейные корабли и 2 больших фрегата; остальные 6 составили отдельный отряд для поддержки пострадавших в бою кораблей и наиболее атакованной части флота.
Соотношение сил не давало Крузу основания для оптимизма. Но он обязался не допустить шведов к русским берегам, и обещание эскадра Круза успешно выполнила в троекратном сражении у Красной Горки, или у острова Сескара.

В течение дня 22 мая флоты сближались. Когда же после полуночи повеял восточный ветер, вице-адмирал Круз использовал возможность для наступления. На исходе 3-го часа последовал сигнал флагмана атаковать неприятеля и сразиться с ним на дистанции ружейного выстрела; по этому сигналу авангард начал спускаться на шведский флот. Шведские суда шли в почти правильной кильватерной линии; легкая эскадра держалась с наветренной стороны на траверзе головы эскадры. До начала сражения герцог Карл, имевший указание короля беречь свою жизнь, со штабом перешел на борт малого фрегата "Улла Ферзен", чтобы управлять боем вне строя; на флагманском "Густаве III" оставался для приема и передачи сигналов флаг-офицер лейтенант Клинт. Фактически кордебаталию возглавлял командир флагманского корабля полковник Клинт.

Российские корабли шли в строю фронта, но вскоре легли на курс, почти параллельный неприятельскому. Круз стремился упорядочить растянувшуюся линию. В начале 5-го часа первым открыл огонь шведский авангард, минут через 10 ответил русский авангард, а через 25 минут, когда спустились остальные шведские корабли, перестрелка стала всеобщей. Арьергарды вступили в бой с задержкой и обменивались выстрелами на значительном расстоянии.

Шведы, оказавшись под ветром, не стремились атаковать и ограничивались обороной. Круз продолжал наступать. Авангард все более сближался с неприятелем. В 8-м часу с подходом русского арьергарда сражение приняло особенно острый характер. В это время главнокомандующий поднял сигнал кораблям "Святой Николай" и "Принц Густав" подойти ближе к его флагману, против которого сражались 3 шведских корабля, в том числе генерал-адмиральский.

В ходе сражения 2 шведских корабля и 3 фрегата пытались охватить и поставить в два огня русский авангард; один из фрегатов уже поворачивал, но Денисон, оценив обстановку и располагая наветренным положением, повел 5 парусных и гребных фрегатов, отогнавших шведов.

После этого шведский флот вышел из боя. Круз пытался преследовать. В начале 9-го часа он сделал сигнал построить линию не по учреждению (то есть не по указанному перед боем порядку), а по способности, что сокращало время перестроения; но стихший около 10 часов ветер не позволил продолжить атаку.

Оба флота оказались почти неподвижными вблизи острова Биорке. Этим удобным моментом воспользовался Густав III и выслал в поддержку своему заштилевшему флоту отряд гребных судов, которые подошли к месту боя около 11 часов. Они пытались атаковать, но встретили отпор фрегатов Денисона. Свою роль сыграл постепенно усиливавшийся юго-западный ветер, который затруднил действия гребных судов. Однако тот же ветер оживил парусники и позволил продолжить сражение после полудня.

Противники сближались с арьергардами впереди. В начале 14 часов завязался второй этап сражения. Круз неоднократно поднимал сигналы, упорядочивая строй. Он требовал от капитанов занять свои места, прибавить парусов, сомкнуть линию. Но шведы вскоре уклонились от боя. К 15 часам дистанция настолько возросла, что ядра оказались недейственными, и главнокомандующий приказал прекратить огонь; в 15 часов 30 минут он поднял сигнал прибавить парусов и сомкнуть линию.

Вице-адмирал, похоже, стремился увлечь шведов в глубину залива, изобилующего мелями. Шведская эскадра на это не решилась; авангард встал на якорь, а кордебаталия, повернув на левый галс, удалялась по ветру. Но перестрелка русского авангарда с ближайшими шведскими кораблями, оказавшимися с подветренной стороны своего флота, продолжалась. Русская эскадра, двигавшаяся контркурсом, вела бой, пока шведский флот не прошел мимо и огонь прекратился, а в 20-м часу по сигналу Круза легла в дрейф.

Флагманский корабль А.И. Круза был в самой гуще боя. Вице-адмирал в одном камзоле с орденской лентой непрерывно курил трубку; на плече его осталась кровь убитого на юте матроса. Когда стало известно о тяжелом ранении Сухотина, Круз на шлюпке под выстрелами направился проститься с ним, а затем обходил на виду у неприятеля корабли своего флота. Он сначала предполагал атаковать 24 мая. Однако сведения о серьезных повреждениях заставили отказаться от этой мысли. В донесении императрице, отправленном 24 мая, вице-адмирал обещал держаться в виду неприятельского флота, пока не подойдет эскадра Чичагова.

В полночь установился тихий ветер. Но Круз из-за повреждения кораблей не мог воспользоваться наветренным положением и атаковать неприятеля. Также и шведы не могли напасть на русский флот, находившийся в 4–6 милях; оба флота много маневрировали на узких фарватерах.

Около 2-х часов шведские корабли поставили все паруса и стали удаляться, что вице-адмирал приписал появлению Чичагова. В 3-м часу неприятельский флот был виден вдали, и главнокомандующий дал сигнал построиться в линию баталии по способности. Одновременно продолжался ремонт. К 8 часам на корабле "Чесма" заменили крюйс и крюйс-брам-стеньги; поврежденный корабль "Иоанн Богослов" и катер "Гагара" ушли в Кронштадт. Боевая линия уменьшилась до 16 кораблей против 22 неприятельских. Однако Круз готовился к бою, ибо с появлением Чичагова вступал в действие план совместных действий двух адмиралов. По сигналу вице-адмирала к 10 часам эскадра строила линию баталии. В 11-м часу главнокомандующий созвал всех капитанов.

Русская боевая линия построилась к полудню курсом на юг. Ветер стал попутным шведам, и они с 13-го до 15-го часа медленно спускались на русскую линию и маневрировали. После перемены ветра на юго-западный авангард и легкая эскадра шведов оказались под ветром, и потребовалось время, чтобы восстановить линию.

Круз в начале 15-го часа сделал сигнал "Приготовиться к бою", в 16-м часу — "Передним кораблям убавить, а задним прибавить парусов". Он стремился сомкнуть колонну. В начале 17-го часа шведский флот спустился на русскую линию, и Круз отдал приказ начать бой. До 18 часов огонь распространился по всей линии, а 3 передовых корабля шведов получили приказ обойти и поставить в два огня русские корабли, стоявшие по краям, но те спустились под ветер и повернули, угрожая отрезать шведский авангард. Противники сражались до вечера, пока шведам не стало известно о приближении ревельской эскадры Чичагова.

Оказавшийся между двух огней герцог Карл 25 мая приблизился к Выборгской бухте и по приказу короля вступил в нее для прикрытия шхерного флота. Соединившиеся русские эскадры заблокировали неприятеля и через месяц разгромили в Выборгском сражении.

За Красногорское сражение императрица наградила А.И. Круза орденом Святого Александра Невского, за Выборгское — чином адмирала и орденом Святого Георгия 2-й степени, а 8 сентября — шпагой с надписью "За храбрость", украшенной алмазами.

В последующие годы Круз готовил и выводил в море кронштадтскую эскадру, временами исполнял обязанности главного командира Кронштадтского порта. Вступивший на престол в 1796 году Павел I милостиво отнесся к заслуженному флотоводцу: наградил орденом Святого Андрея Первозванного, назначил адмиралом красного флага (командиром арьергарда флота), а после плавания флота под командованием Павла I в 1797 году — адмиралом белого флага (командующим кордебаталией и фактически всем Балтийским флотом). Император пожаловал флотоводцу табакерку, украшенную бриллиантами, земельные владения (в том числе село Капотню, деревни под Москвой) и каменный дом в Кронштадте. В 1798 году адмирал крейсировал с флотом, чтобы не допустить входа иностранных военных судов на Балтику.

5 мая 1799 года адмирал Круз скончался в кругу семьи. Похоронили его на Лютеранском (Немецком) кладбище в Кронштадте; надгробный памятник в виде ростральной колонны символизировал его морские победы. Могила не сохранилась. На предполагаемом месте захоронения поставлен новый памятник.

Скрицкий Н.В."100 великих адмиралов"
__________________
Я-пират,но у меня есть свое понятие о чести и своя честь...или,допустим,остатки от прежней чести.


Wolf вне форума Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Lejito (02.01.2011), Natali (21.09.2011)
Старый 21.11.2008, 22:11   #81
Wolf
Капитан 2-го ранга
 
Аватар для Wolf
 
Регистрация: 05.01.2008
Адрес: Civitas Lunaris
Сообщений: 7,290
Нация: Пираты
Пол: Мужской
Офицеры
Репутация: 432

Награды пользователя:

По умолчанию Знаменитые мореплаватели и флотоводцы

Джон Джервис

Английский адмирал Джон Джервис участвовал в различных боевых действиях, но особенно отличился, разгромив вдвое превосходящий испанский флот при мысе Сан-Винсент. Используя невозможность для подветренных кораблей прийти на помощь атакованным наветренным, Джервис с 15 кораблями добился поражения 27 неприятельских.

Джон Джервис родился 9 января 1735 года в Мифорде (Стаффордшир). Он поступил добровольно на флот 4 января 1749 года, в 1755 году уже был лейтенантом, принимал участие в захвате Квебека (1759) и освобождении Ньюфаундленда от французов (1762). Моряк участвовал в войне против восставших штатов Северной Америки (1775–1783).
В июне 1778 года адмирал Кеппель с 20 линейными кораблями оставил Портсмут и, открыв огонь по двум французским фрегатам, начал войну с Францией. Узнав о 32 линейных кораблях в Бресте, Кеппель зашел за подкреплениями в Портсмут и с 30 кораблями встретился западнее Уэссана с флотом д'Орвилье равной численности. Французская эскадра была на ветре. Оба противника безуспешно маневрировали, стараясь поставить в два огня часть сил противника, и разошлись, не потеряв ни одного корабля. В ходе судебного разбирательства Джервис, командовавший в сражении при Уэссане трофейным линейным кораблем "Фудройант", под присягой оправдал действия своего флагмана.

На "Фудройанте" Джервис участвовал во взятии Гибралтара (1780). У Бреста он захватил французский 74-пушечный корабль "Пегас", за что был удостоен звания рыцаря. Моряка избрали в парламент от Лаунстона в 1783 году, от Ярмута в 1784 году и от Викомбе в 1790-м. Как вице-адмирал, он командовал операциями против французов в Вест-Индии в 1793 и 1794 годах.

В 1796–1799 годах адмирал командовал Средиземноморским флотом. Он принял командование от Худа в трудное время. Оккупация Италии французскими войсками лишила англичан базы в Ливорно. Положение ухудшилось после прихода в Тулон 26 октября 1796 года испанского флота адмирала Лангара из 26 кораблей. Контр-адмирал Манн самовольно покинул Средиземное море и ушел с кораблями в Англию.
Назначенный командующим Джервис в ноябре 1796 года перевел эскадру (15 кораблей) в [Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться], затем — в Лиссабон, причем на переходе один корабль погиб и четыре вышли из строя.

Джервис сразу заметил Нельсона, назначил его командиром на новый 74-пушечный корабль "Капитан". Позже произвел в коммодоры 2-го, а затем — 1-го класса, поручал ему самостоятельные операции. Нельсон уважал сторонника строгой дисциплины. В письме он утверждал: "Никто не может испытывать страх, имея такого главнокомандующего. Под началом сэра Джона мы можем достичь абсолютно всего".

Зимой 1796 года Франция и Испания предприняли попытку высадки в Ирландии, однако из-за того, что необходимые силы союзных флотов не собрались вовремя в Бресте, высадка задержалась. Только 22 декабря французская эскадра пришла к берегам Ирландии, которая должна была стать базой вторжения в Англию. Однако сильный шторм и отсутствие руководителей операции, фрегат которых не прибыл в бухту Бентри, заставил союзников вернуться в Брест. Что же касается испанского флота, он так и не дошел до Бреста, ибо был разбит Джервисом.

В феврале 1797 года, после объявления войны Испанией, Джервис стоял с эскадрой в Гибралтаре. Узнав, что испанская эскадра адмирала Жозефа де Кордовы направляется на присоединение к франко-голландскому флоту у Бреста, чтобы участвовать в высадке на берега Англии, он вышел на перехват всего с 9 кораблями. Вскоре подкрепления увеличили силы Джервиса до 15 кораблей, 4 фрегатов и 2 малых судов.

Однако испанский адмирал не знал о подходе подкрепления к англичанам и искал их для сражения. Располагая 27 кораблями, 10 фрегатами и бригом, он был уверен в победе и прошел мимо Кадиса в поисках англичан. Встреча произошла утром 14 февраля, в день Святого Валентина, у мыса Сан-Висенти на юго-западной оконечности Португалии.

Кордове сообщили, что у англичан 40 кораблей, но испанский адмирал решил вступить в бой. Однако он только выстраивал свои корабли в традиционную линию, когда Джервис с "Виктори" подал сигнал флоту вклиниться в построение противника и расчленить его. Испанцы сделали попытку восстановить строй. Однако Нельсон вывел "Капитана", стоявшего третьим от конца, из линии, выиграл ветер, затем развернулся и, пройдя сквозь хвост эскадры Джервиса, вошел в закрывающийся разрыв. Англичане после решительного боя взяли 4 корабля, не потеряв ни одного. В суматохе 134-пушечный корабль де Кордовы "Сантиссима Тринидад", уже спустивший флаг, смог ускользнуть. Остатки неприятельского флота в беспорядке ушли в Кадис и были заблокированы Джервисом.

Нельсон опасался встречи с суровым адмиралом, однако Джервис встретил моряка на корме, обнял и поблагодарил. Когда же один из офицеров заметил, что Нельсон нарушил приказ, отступив от правил атаки, адмирал ответил ему: "Да, это так. Но если когда-нибудь вы так же нарушите приказ, я и вас прощу". В отчете о сражении Джервис писал: "Полагая, что честь оружия его величества и обстоятельства войны в этих морях требовали значительной степени предприимчивости, я считал, что этим оправдывается мое отступление от регулярной системы". За победу король Георг III дал ему титул графа Сан-Висенти и предоставил ежегодную пенсию в 3000 фунтов стерлингов.

В 1798 году Джервис командовал английской эскадрой, блокировавшей Кадис. Зная о таинственных приготовлениях французского флота в Тулоне, он на всякий случай направил для наблюдения эскадру контр-адмирала Нельсона (3 корабля, 2 фрегата). Когда в Англии узнали, что Наполеон вместо переправы через [Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться] выехал в Тулон, было решено направить 10 линейных кораблей для подкрепления сил, блокирующих этот порт. Адмирал Роджер отправился и 24 мая прибыл к Кадису, который с 20 кораблями блокировал лорд Сан-Висенти. Тот немедленно направил 10 кораблей к Нельсону с приказом атаковать французов где бы то ни было, невзирая на нейтралитет держав.
Результатом этого приказа явилась Абукирская победа.

Когда в 1799 году в британском флоте в Спитхэде и Норе вспыхнули матросские восстания, Сан-Винсент их с трудом подавил, причем отличался жестокостью. Он стал очень требовательным в отношении дисциплины, и офицерам и матросам приходилось действовать под его началом, особенно при командовании флотом в Канале (Ла-Манше) в 1800–1801 годах. Как первый лорд адмиралтейства, занимая этот пост, он вводил реформы на военно-морских верфях, но встретил противодействие парламента. Особенно моряк негодовал против критики первого министра Уильяма Питта (младшего) и отказался от командования флотом в Канале до смерти Питта в 1806 году. После этого лорд Сан-Висенти вновь командует флотом в Канале.

В 1807 году Джервис вышел в отставку. Но 19 июля 1821 года Георг IV во время коронации объявил о присвоении ему чина адмирала флота, несмотря на то, что этот чин, традиционно присваиваемый только одному человеку, уже имел герцог
Кларенс (Уильям IV).


Умер Джервис 14 марта 1823 года в Рочеттсе.
В морской истории имя флотоводца стоит в тени имени его знаменитого ученика Нельсона.

Скрицкий Н.В."100 великих адмиралов"
__________________
Я-пират,но у меня есть свое понятие о чести и своя честь...или,допустим,остатки от прежней чести.


Wolf вне форума Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Lejito (02.01.2011), Natali (21.09.2011)
Реклама
Старый 23.11.2008, 23:26   #82
Wolf
Капитан 2-го ранга
 
Аватар для Wolf
 
Регистрация: 05.01.2008
Адрес: Civitas Lunaris
Сообщений: 7,290
Нация: Пираты
Пол: Мужской
Офицеры
Репутация: 432

Награды пользователя:

По умолчанию Знаменитые мореплаватели и флотоводцы

Ян Гендрик Кинсберген

Он командовал голландским флотом, получил многие высокие награды. Однако наивысшей наградой для себя адмирал Кинсберген считал орден Святого Георгия, полученный за сражения против превосходящего противника на Черном море.

Ян Гендрик ван Кинсберген родился 1 мая 1735 года. Его отец служил офицером австрийской армии, затем переехал в Голландию. После долгой службы его уволили с небольшой пенсией. Будущий адмирал был старшим из четырех сыновей. Отец записал его кадетом роты, в которой сам служил, и взял мальчика в поход, когда Яну еще не было десяти лет.

Шла война за австрийское наследство 1744–1748 годов. Три года Ян познавал военную службу. Еще в начале войны он обещал никогда не пасовать перед врагом — и слово свое сдержал. После Аахенского мира тринадцатилетний Кинсберген вернулся домой, но ненадолго. От солдат он слышал о кораблях и море, по книге познакомился с биографией Рюйтера. Видя его склонность к морской службе, отец из скромных средств накопил денег, чтобы отправить сына учиться навигации и математике в Гронинген. Юноша 15-летним юнкером поступил на военный корабль. Пополняя недостаток знаний, он изучал историю, навигацию, много читал, оставляя на полях книг пометки. 16 марта 1758 года Кинсберген стал лейтенантом, служил на различных кораблях в плаваниях у Зунда и на Средиземном море, приобрел репутацию опытного и ученого моряка. В 1762 году способный офицер получил чин коммендера, в 1768 году — старшего коммендера, ходил в Вест-Индию, к берегам Марокко и к Лиссабону.

В этот период молодой офицер широко изучал все, относящееся к морскому делу, и подготовил книгу "Краткое руководство для службы на море". Но в голландском флоте наступил период застоя. Возможности отличиться у Кинсбергена на родине не было, и он получил разрешение поступить на службу в Россию, причем генерал-адмирал нидерландского флота обещал ему скорое производство в капитаны. В акте об увольнении от 15 августа 1770 года было указано: "Кинсберген обязывается по первому востребованию явиться вновь на службу для исполнения обязанностей своих согласно звания капитана".

В России 29 сентября 1771 года Кинсбергена приняли капитан-лейтенантом, а 31 марта 1772 года — уже дали звание капитана 2-го ранга. Первоначально его направили в армию. Он зимовал за Дунаем с отрядом донских казаков, от которых научился русскому языку. В боевых действиях моряк привык быть казачьим командиром. Трижды он был ранен в боях. Последний раз с тяжелым ранением его извлекли из-под груды тел. Казаки уважали своего отца-командира. В свою очередь, в 1812 году адмирал вспоминал, что казаки приучили его довольствоваться для жизни малым.

8 февраля 1772 года моряка направили к адмиралу Ноульсу, который организовывал флотилию для действий на Дунае и Черном море. Кинсберген занимался ремонтом и оснащением трофейных судов, а 12 июня получил поручение на галете "Вестник мира" доставить известие о заключении перемирия для графа И.Г. Чернышева. Его галет стал первым за долгие годы русским военным кораблем, появившимся на Черном море.

6 августа 1772 года Кинсберген возвратился в Измаил, 25 сентября получил за труды денежную награду. В сочетании с другой наградой эти деньги стали основой состояния моряка на родине. На Дунае он заслужил доверие фельдмаршала Румянцева, который охотно советовался с ним по морским вопросам. 12 ноября Румянцев отправил Кинсбергена ко двору с важным секретным словесным отчетом. Три месяца моряк провел в столице, был представлен президентом адмиралтейств-коллегии И.Г. Чернышевым императрице и несколько раз с ней разговаривал, передал свой проект о преимуществах свободного судоходства на Черном море. Ранее он предложил Чернышеву проект канонерской лодки — тип судна, еще неизвестного в русском флоте.

Кинсберген рекомендовал организовать на Черном море особый отряд в 2000 матросов для охраны торговли и службы на купеческих судах. В первом случае их оплачивало государство, во втором — частные лица. Однако разрешение морякам флота наниматься на купеческие суда было дано лишь в 1802 году.

26 марта 1773 года Кинсберген выехал из Санкт-Петербурга в распоряжение вице-адмирала А.Н. Сенявина, командовавшего Азовской флотилией. Чернышев его рекомендовал как хорошего моряка, которому можно доверить командование отдельной экспедицией. 23 апреля Сенявин поручил Кинсбергену отряд из двух двухмачтовых 16-пушечных судов для крейсерства у Крыма, между Феодосией и Балаклавой. Моряк писал Чернышеву, что ему недостает только случая отличиться. Есть сведения, что Кинсберген выполнял приказ осмотреть устье Босфора и настолько к нему приблизился, что в команде его от неприятельского огня были потери, а на судне — повреждения.

23 июня 1773 года Кинсберген с двумя 16-пушечными кораблями встретил отряд турок из трех 52-пушечных фрегатов и 22-пушечной шебеки и после шести часов боя нанес превосходящему противнику поражение. Этот эпизод вызвал многочисленные поздравления. Генерал-поручик Прозоровский в своем письме упомянул о том, что главнокомандующий одобрил предложение Кинсбергена совершить набег на Синоп, сжечь там склады и верфи; однако ответа от Сенявина не последовало.

2 сентября 1773 года в крейсерстве Кинсберген увидел турецкую эскадру из 4 кораблей, 7 фрегатов и 6 транспортов с войсками, идущую вдоль кавказского побережья на высоте Суджук-Кале. Моряк располагал одним фрегатом и тремя 16-пушечными кораблями, брандером и малым судном. Тем не менее он атаковал, ибо знал опасность высадки десанта в Крыму, где это могло вызвать восстание татар, тогда как сил у Прозоровского оставалось мало.

Турецкий флот в линии баталии шел к северо-западу; транспорты выстроили линию с подветренного борта. Русская эскадра шла с наветренной стороны. План атаки Кинсберген позднее описал в своей книге "Основания морской тактики". Вопреки традиции, он не построил суда в линию, а направил одно из них для обхода головного корабля неприятеля, чтобы поставить авангард в два огня и против смешавшихся кораблей использовать брандер. После получасового боя он приказал брандеру идти к двум сцепившимся турецким кораблям. Однако перемена ветра не только помешала атаке брандера, но и поставила в трудное положение русские корабли. К счастью, головные турецкие корабли, пострадавшие от огня артиллерии и сбившиеся в кучу, после второго получаса сражения бежали в Суджук-Кале под прикрытие батарей.

В ходе сражения Кинсберген впервые применил составленные им "сигналы на непредвиденный случай".

Вновь Кинсберген получал поздравления. А.Н. Сенявин был недоволен, что тот действовал вопреки его воле избегать сражения. Но Екатерина II наградила Кинсбергена орденом Святого Георгия 4-й степени. Сенявину пришлось по должности командующего флотилией подписать 22 сентября документ о награждении моряка, в котором вице-адмирал отмечал: "Имею честь при том свидетельствовать о капитане и кавалере Кинсбергене, как об отличном и храбром морском офицере, во всех отношениях повышения достойном". В 1775 году по указу капитула ордена Святого Георгия за победу 2 сентября 1773 года при Суджук-Кале Кинсбергена удостоили ордена и 3-й степени. Еще через год императрица пожаловала ему орден Святого Георгия 2-й степени; князь Голицын, русский посланник в Голландии, прислал моряку патент и знаки ордена 17 февраля 1776 года. Через четверть века Александр I пожаловал Кинсбергену, тогда адмиралу, ордена Святого Андрея Первозванного, Святого Александра Невского и Святой Анны. Но моряк считал дорогим лишь первый орден Святого Георгия и говорил: "Только этот орден я заслужил, прочие мне подарены".

В капитаны 1-го ранга Екатерина II произвела Кинсбергена только в июне 1776 года. Награждение героев русско-турецкой войны 1768–1774 годов производилось на Кронштадтском рейде. В указе, кроме производства в чин, на его отряд были выделены призовые деньги:
"Отряду капитана Кинсбергена, за сражение между Кафой и Балаклавой в июне 1773 года, происходившее между 2 нашими судами и 3 турецкими 52-пушечными кораблями и одной шебекой в продолжение шести часов, назначается третное жалованье — 2356 руб. 56/2 коп. За сражение у Суджук-кале, в августе 1773 года, в котором один наш фрегат и 5 малых военных судов заставили отступить и укрыться 18 турецких военных судов, — двухтретное жалованье, а именно 12054 руб. 63 коп.".

К этому времени Кинсбергена уже не было в России. Победа была воспринята с гордостью и в Голландии. Видимо, моряк решил, что его карьера на родине обеспечена. Несмотря на советы русских вельмож, Кинсберген в ноябре 1774 года взял отпуск, а в декабре 1775 года и совсем уволился с русской службы. Перед отъездом моряк получил аудиенцию у Екатерины II. Не раз его приглашали позднее на службу великий князь Павел и И.Г. Чернышев. В Берлине Фридрих II оказал Кинсбергену внимание как человеку, отличившемуся заслугами и храбростью.

По возвращении в Голландию моряк подготовил и издал карту Крыма, которая получила высокую оценку в Голландии и Англии; еще в 1810 году ее считали наилучшей.

В Голландии Кинсберген командовал кораблями. Он вновь ходил к берегам Африки и в 1779 году заключил мирный договор с королем Марокко. В сражении при Доггер-банке 5 августа 1781 года действия Кинсбергена, командовавшего кораблем "Адмирал-Генерал", существенно помогли победе голландцев над англичанами. В Голландии ликовали по поводу победы, а контр-адмирала Зутмана, Кинсбергена и еще одного капитана наградили золотыми медалями на золотых цепочках.

Видимо, эта победа наряду со способностями и познаниями моряка способствовала его возвышению. В 1784 году Кинсберген стал контр-адмиралом, в 1791 году — вице-адмиралом. В 1793 году его произвели в адмиралы и назначили главнокомандующим морских сил Голландии.

Моряк отличался умелым управлением эскадрой в море и полезными реформами в администрации. Он улучшил флот Голландии, но в 1795 году был освобожден от всех должностей за симпатии к дому Оранских. Вступивший на престол Людовик Бонапарт сделал адмирала маршалом, обер-камергером, кавалером голландских орденов, пожаловал достоинство графа Доггербанкского.

Адмирал отличался бескорыстием. Отказавшись от доходов, которые давали графский титул и придворные чины, он свои средства тратил на учебные заведения в городе Эльбурге и деревне Апельдорф, где он скончался 22 мая 1819 года и там же по его воле похоронен 27 мая. Похороны были скромными, простыми. Но адмиралу возвели великолепный памятник в одной из церквей Амстердама.

Из опубликованных Кинсбергеном книг часть издана и на русском языке. В 1791 году вышел труд "Начальные основания морской тактики"[/I], в которой моряк изложил основы тактики линейной, но маневренной. Он предлагал атаковывать авангард, арьергард либо кордебаталию противника превосходящими силами, стараясь заранее выстроить линию в наветренном положении. При атаке неприятельского авангарда или арьергарда следовало перестроить линию в две колонны, из которых сильнейшая должна была атаковывать противника, а вторая — сдерживать прочие корабли. При атаке кордебаталии вторая линия служила для прикрытия от атаки концевых эскадр. Автор предусматривал маневры, помогавшие взять авангард или арьергард в два огня и окружить его, а также маневр прорезания строя. В частности, он предложил атаку арьергарда всем флотом, при которой флот с наиболее сильными кораблями впереди шел на противника и наносил огневой удар по концевым кораблям. Достигнув кордебаталии, головной корабль ложился на обратный курс и вновь вступал в бой. При этом основная часть вражеского флота участвовать в сражении не могла.

В честь героя-моряка был назван эскадренный миноносец "Капитан Кинсберген".

Скрицкий Н.В."100 великих адмиралов"
__________________
Я-пират,но у меня есть свое понятие о чести и своя честь...или,допустим,остатки от прежней чести.


Wolf вне форума Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Lejito (02.01.2011), Natali (21.09.2011)
Реклама

Зарегистрированным пользователям показывается меньше рекламы!

Старый 27.11.2008, 00:38   #83
Flibustier
Corsairs-Harbour.Ru Team
Сценарист
Ветеран Гвардии
Бродяга
 
Аватар для Flibustier
 
Регистрация: 01.08.2008
Адрес: Где-то там далеко...
Сообщений: 2,966
Нация: Пираты
Пол: Мужской
Офицеры
Репутация: 535

Награды пользователя:

По умолчанию Ответ: Знаменитые мореплаватели и флотоводцы

Леонтий Андрианович Гагемейстер


Гагемейстер, Леонтий (Людовик) Андрианович (1780-1833) — русский мореплаватель и исследователь, капитан 1-го ранга Российского Императорского Флота.
Офицер Российского флота, мореплаватель, исследователь, дважды обогнувший земной шар. Службу на флоте начал 15-летним волонтёром в 1795 г., через несколько лет произведён в офицерский чин. Молодым мичманом в 1798-1800 гг. совершил переход из Архангельска в Англию, плавал в Северном море. Стажировался волонтёром в 1802-1804 гг. на кораблях Королевского флота Великобритании, участвовал в плаваниях по Средиземному морю, походах к [Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться] и берегам Африки. В 26-летнем возрасте ему доверили возглавить экспедицию на шлюпе "Нова"; корабль лейтенанта Л.А. Гагемейстера прошел из Кронштадта в 1806 г. в столицу Русской Америки Новоархангельск вокруг Африки, через Индийский океан, южнее Австралии и через Тихий океан. Маршрут перехода получил наименование "путь Гагемейстера". Несколько лет шлюп "Нева" по заданию правителя Русской Америки А.А. Баранова производил поиски не существующих в реальности островов к югу от Аляски, в северной части Тихого океана, осуществил ценные океанографические, картографические и метеорологические наблюдения. В 1812-1815 гг. капитан-лейтенант Гагемейстер возглавил Иркутское адмиралтейство, первым стал строить суда, специально предназначенные для плаваний на оз. Байкал. В 1816-1819 гг. командиром корабля Российско-Американской компании "Кутузов" вышел в новое кругосветное плавание, имея конечной целью Русскую Америку. Дважды посетил во время плавания в Тихом океане Верхнюю Калифорнию в районе Сан-Франциско, провёл важные гидрографические и гидрометеорологические наблюдения и исследования, обогатившие науку о Мировом океане. В 1817-1818 гг. Гагемейстер был управляющим Российско-Американской компании, провёл большую работу по организации экспедиции по изучению Аляски. Принял непосредственное участие в картировании 2600-мильного побережья Аляски, произвёл его минералогическое изучение. С 1821 по 1828 г. находился в отставке. Вернувшись на службу во флот, принял командование шлюпом "Кроткий" (военный транспорт), на котором в 1828-1829 гг. совершил свое третье кругосветное плавание с Балтики в Русскую Америку. На переходе открыл и картографировал в Тихом океане атолл Меншикова (ныне Кваджалейн) в цепи Маршалловых о-вов, уточнил координаты и расположение некоторых других островов. Чин капитана 1-го ранга Л.А. Гагемейстеру был присвоен в 1830г. Тогда же он назначается директором училища торгового мореплавания, где проводит большую работу по подготовке кадров шкиперов коммерческого флота. Мечта о новом кругосветном плавании не оставляла отважного ученого мореплавателя, в 1833 г. он начал подготовку к походу, прерванную кончиной в 1834г. Научные труды Л.А. Гагемейстера обобщили результаты многолетних астрономических, магнитных, гидрографических, гидрометеорологических наблюдений. Его именем названы атолл на тихоокеанском о-ве Россиян, гора на Тихоокеанском побережье Северной Америки (архипелаг Александра) и остров в Бристольском заливе Берингова моря.

shiphistory.ru
__________________
Memento Mori

В глубине придонных вод
Ктулху - зверь такой - живёт;
Лишь в шторма плывёт наверх,
Съесть кораблик на обед...


Flibustier вне форума Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Lejito (02.01.2011), Natali (21.09.2011)
Старый 28.11.2008, 10:12   #84
Wolf
Капитан 2-го ранга
 
Аватар для Wolf
 
Регистрация: 05.01.2008
Адрес: Civitas Lunaris
Сообщений: 7,290
Нация: Пираты
Пол: Мужской
Офицеры
Репутация: 432

Награды пользователя:

По умолчанию Знаменитые мореплаватели и флотоводцы

Эдуард Кодрингтон

Свыше полувека Кодрингтон состоял в британском флоте, участвовал в нескольких сражениях. Однако наибольшую славу ему принесло командование англо-франко-русской эскадрой, добившейся победы при Наварине.

Будущий адмирал родился в 1770 году, 13-летним начал морскую службу: в 1783 году поступил на яхту "Августа", затем служил на 44-пушечном шлюпе "Ассистенс", на 50-пушечном корабле "Леандр", на 32-пушечном фрегате "Амбюскед" и кораблях "Формидебл" и "Куин-Шарлотт" под командованием различных командиров и флагманов. В 1793 году его произвели в лейтенанты, назначили на "Санта-Маргариту", затем для репетования сигналов на 28-пушечный корвет "Пегас". Моряк вернулся на "Куин-Шарлотт" и участвовал 1 июня 1794 года в сражении Хау с эскадрой Вилларе де Жуайеза при Уэссане. Очевидно, он проявил себя в сражении на флагманском корабле хорошо, ибо был послан с депешами об одержанной победе и благополучном прибытии флота с трофейными судами к острову Уайт.

В октябре 1794 года Кодрингтона назначили командиром брандера "Комета", в апреле 1795 года — 22-пушечного корвета "Бабет", в июле 1796-го — на 32-пушечный фрегат "Друид". В 1805 году моряк командовал 74-пушечным кораблем "Орион". За Трафальгарское сражение получил золотую медаль.

В ноябре 1808 года Кодрингтон командовал кораблем "Блэйк", в следующем — был назначен в экспедицию против острова Вальхерна. Поднявший на корабле флаг лорд Гарднер высоко оценил его помощь при вступлении в устье Шельды 2 августа. В этот день корабль без помощи лоцмана приткнулся к отмели под пушками Флессингена и 2 часа 45 минут находился под обстрелом, дважды загорался, потерял двоих человек убитыми и ранеными.

В августе 1810 года, при защите Кадиса, Кодрингтону с его кораблем было поручено отвести на Менорку 4 старых испанских корабля. Их корпуса текли, недоставало матросов и провизии, тогда как корабли везли много эмигрантов. После 38-дневного трудного плавания Кодрингтону удалось выполнить задачу. В 1811 году, командуя эскадрой у восточных берегов Испании, моряк способствовал патриотам в защите Таррагоны, а после падения крепости в июне днем и ночью перевозил на шлюпках беженцев, снабжая их одеждой и провизией. В январе 1812 года Кодрингтон участвовал в сухопутном сражении против французов при Вилле-Сукна, в котором было взято до 600 пленных, затем поддерживал барона д'Эролеса в попытке вернуть Таррагону и несколько месяцев наносил вред противнику. 14 апреля он содействовал д'Эролесу и очистил док Таррагоны от судов и лодок, искавших в ней убежища. В начале весны 1813 года капитан возвратился в Англию с благодарностью главнокомандующего сэра Эдуарда Пеллю за содействие каталонской армии и проявленные усердие, искусство и благоразумие.

В декабре 1813 года моряка назначили полковником морской пехоты. Вскоре он отправился в Северную Америку с брейд-вымпелом на 40-пушечном фрегате "Форт". Достигнув цели, летом 1814 года Кодрингтон получил чин контр-адмирала и был назначен на 80-пушечный корабль "Тоннант". Исполняя должность начальника штаба в эскадре сэра Александра Кочрена, он получил благодарность флагмана за быстрые распоряжения по снабжению армии провиантом при взятии Вашингтона, а также за советы и помощь в экспедиции против Балтимора. Позднее, подняв флаг на 36-пушечном фрегате "Гавана", контр-адмирал участвовал в нападении на Нью-Орлеан. После завершения военных действий флагман возвратился в Англию. За заслуги в 1815 году его наградили орденом Бани.

В 1821 году моряка произвели в вице-адмиралы, в 1826 году — назначили начальником эскадры в Средиземном море. Кодрингтон поднял флаг на 84-пушечном корабле "Азия". На нем флотоводец и вступил в прославившее его сражение.

В 1821 году Греция восстала против турецкого владычества. Султан призвал на помощь египетского пашу Мухаммед-Али. Турецко-египетские силы шесть лет пытались подавить восстание. Жестокие меры карателей, истреблявших мирное население, побудили правительства европейских держав под давлением общественного мнения вмешаться в события.
Вскоре после того как Кодрингтон принял командование, Россия, Франция и Англия заключили союз для прекращения распрей между турецким правительством и жителями греческих провинций и островов. Турции было предложено прекратить преследование греков и предоставить им внутреннее самоуправление. По условиям подписанного 24 июня (6 июля) 1827 года Лондонского договора союзники обязались в случае отказа турок применить силу. С этой целью у берегов Греции были сосредоточены эскадры Англии, Франции и России.

1 октября 1827 года российская эскадра контр-адмирала Л.П. Гейдена, прибывшая на Средиземное море, присоединилась к эскадре Кодрингтона, состоявшей из 3 линейных кораблей, 4 фрегатов, 4 шлюпов и катера. Английский командующий сообщил, что Ибрагим-паша отказался увести флот из Наварина в Александрию, но обещал не выводить корабли в море. Однако, как только Кодрингтон отошел к острову Занте для пополнения запаса воды, турецкие корабли отправились к Патрасу. Кодрингтон последовал за ними и без боя принудил вернуться. Получив жалобы от греческого правительства о жестокостях турецко-египетских войск в Греции, вице-адмирал предложил после прибытия французской эскадры трем флагманам обратиться к Ибрагим-паше со своими условиями. 2 октября пришла французская эскадра контр-адмирала де Риньи (3 линейных корабля, 2 фрегата, бриг и шхуна). На совещании, собранном Кодрингтоном как старшим в чине, было решено направить ноту Ибрагим-паше с требованием немедленно вернуться в Александрию. Однако турки отказались принять ноту под предлогом, что паши нет в Наварине. Союзное командование решило применить силу, и 7 октября Кодрингтон отдал приказ по союзной эскадре о вступлении в Наваринскую бухту.

"Правила, коими должен руководствоваться соединенный флот при входе в Наварин.
Известно, что те из египетских кораблей, на коих находятся французские офицеры, стоят более на SO, а потому желание мое есть, чтобы е. пр-во контр-адмирал и кавалер Риньи поставил эскадру свою противу их кораблей, и как следующий к ним есть линейный корабль с флагом на грот-брам-стеньге, то я со своим кораблем "Азия" намерен остановиться против него с кораблями "Генуя" и "Альбионом". Касательно же российской эскадры, то мне бы желательно было, чтобы контр-адмирал гр. Гейден поставил оную последовательно близ английских кораблей. Российские же фрегаты, в таком случае, могут занять турецкие суда вслед за сим; оставшиеся английские фрегаты займут те из турецких судов, которые будут находиться на западной стороне гавани в противоположении английским кораблям, а французские фрегаты займут те из турецких фрегатов и прочих судов, которые находиться будут против французских кораблей.
Ежели время позволит, прежде нежели какие-либо неприятельские действия будут сделаны со стороны турецкого флота, судам встать фертоинг с шпрингами, привязанными к рыму каждого якоря. Ни одной пушки не должно быть выпалено с соединенного флота прежде, нежели будет на то сигнал. Разве только в таком случае, если откроют огонь с турецкого флота, в таком случае те из турецких судов должны быть истреблены немедленно.
Корветы и бриги находятся под командою капитана Фелос, командира фрегата "Дартмут", для отводу брандеров на такое расстояние, чтобы они не могли вредить какому-либо из судов соединенного флота.
В случае же настоящего сражения и могущего случиться какого беспорядка советую привести себе на память слова Нельсона: «Чем ближе к неприятелю, тем лучше»".

Вице-адмирал рассчитывал и на сей раз обойтись без выстрелов, однако был готов к решительному сражению. Сам он возглавил наветренную англо-французскую колонну, тогда как подвезенную составили русские корабли. 8 октября в 13 часов флагман поднял сигнал начать движение.

Перед входом в гавань турецкий офицер привез запрещение входить в Наварин. В ответ Кодрингтон заявил, что пришел не получать, а отдавать приказы, и что после вероломного нарушения Ибрагим-пашой слова он истребит весь флот, если по союзникам будет сделан хотя бы один выстрел.

В 14 часов 25 минут английская эскадра прошла укрепления, расположенные по сторонам входа, и спокойно заняла свое место. Когда вступала эскадра французская, из-за перестрелки "Дартмута" с экипажем брандера, который английский командир собирался отвести, разгорелась стрельба. Русская эскадра проходила под огнем береговых батарей. Первым позицию занял корабль "Азов", а прочие задержались почти на час.

Главнокомандующий на "Азии" сражался с двумя кораблями и подвергался также обстрелу кораблей второй и третьей линий. Только благодаря помощи "Азова", который принял огонь на себя, ему удалось выдержать бой. В сражении корабль Кодрингтона "Азия" потерял 19 человек убитыми и 57 ранеными; большие потери были только на "Азове".

После упорного боя в 18 часов сражение завершилось истреблением неприятельского флота, однако в течение ночи турки посылали брандеры и жгли уцелевшие суда, пока утром союзные адмиралы не уверили Ибрагим-пашу, что их эскадры вступили в Наварин не для уничтожения флота султана, но если будет сделан хотя бы один выстрел, то оставшиеся суда будут истреблены. Союзники оставались в Наварине до 13 октября и оставили его, не получив более вреда.

За сражение в Англии моряка наградили орденом Бани большого креста, российский император пожаловал орден Святого Георгия 2-й степени, а греческое правительство — орден Спасителя. Однако правительство Великобритании оказалось недовольно полным разгромом турецко-египетского флота, что давало значительные преимущества России и нарушало отношения с Турцией. В Англии участие ее флота в сражении называли "досадной случайностью". Подписывая документ о награждении Кодрингтона, король на полях приказа написал: "Я посылаю ему ленту, хотя он заслуживает веревки".

В разговоре с Л.П. Гейденом Кодрингтон рассказал, что после вступления лорда Веллингтона в управление делами правительства он не получает конкретных указаний, а лишь вопросы относительно Наварина, как находящийся под следствием. Его удивило также то, что новый посол в Турции Стратфорд-Канинг по пути в Лондон не только не заехал на Мальту, но и ничего не написал флагману. Можно полагать, что посол хотел оправдаться в советах, которые давал Кодрингтону перед сражением и о которых вице-адмирал писал в своих объяснениях.

Вследствие политических перемен Кодрингтона отозвали со Средиземного моря. В следующем году Англия и Франция уже не поддерживали требование самоуправления Греции, и Россия оказалась в войне с Турцией без союзников.

Кодрингтон, слишком хорошо выполнивший свой долг, как он его понимал, видимо, временно оказался не у дел. В 1831 году он командовал наблюдательной эскадрой в Ла-Манше, подняв флаг на 120-пушечном корабле "Каледония". Ставший адмиралом в 1837 году, моряк состоял главным командиром в Портсмуте с 10 ноября 1839 по декабрь 1842 года.

С 1832 по 1840 год он заседал в парламенте депутатом от города Девенпорт. Сэр Кодрингтон состоял одним из камергеров королевы и отказался от этой должности по состоянию здоровья. Дважды ему предлагали почетный пост управляющего Гринвичским госпиталем.

Адмирал скончался 16 апреля 1851 года. Как воин, Эдуард Кодрингтон оставил блестящий пример безграничной любви к службе. Он считал непременной обязанностью отмечать заслуги своих подчиненных. Открытый характер и прямота не способствовали личному успеху, но вызывали уважение к моряку.

Скрицкий Н.В."100 великих адмиралов"
__________________
Я-пират,но у меня есть свое понятие о чести и своя честь...или,допустим,остатки от прежней чести.


Wolf вне форума Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Lejito (02.01.2011), Natali (21.09.2011)
Старый 29.11.2008, 21:35   #85
Flibustier
Corsairs-Harbour.Ru Team
Сценарист
Ветеран Гвардии
Бродяга
 
Аватар для Flibustier
 
Регистрация: 01.08.2008
Адрес: Где-то там далеко...
Сообщений: 2,966
Нация: Пираты
Пол: Мужской
Офицеры
Репутация: 535

Награды пользователя:

По умолчанию Ответ: Знаменитые мореплаватели и флотоводцы

Валериан Иванович Альбанов

Альбанов, В.И. (1881-1919) – российский моряк, штурман коммерческого флота, полярный путешественник и исследователь. В море с 1900 г., плавал матросом-практикантом на Балтике, совмещая с учебой в мореходных классах. Закончил Санкт-Петербургское училище дальнего плавания в 1904 г. с дипломом штурмана 2-го разряда. Во время русско-японской войны 1904-1905 гг. призван на военно-морскую службу, которую проходил на Балтийском флоте. В 1905 г. назначен в Северную морскую экспедицию Министерства путей сообщения по перевозке железнодорожных рельс из Европы на Енисей. Помощником капитана путейского парохода "Обь" осуществлял лоцманскую проводку морских судов в устье Енисея, обвехование фарватеров и другие работы по обеспечению безопасности мореплавания. В 1906-1907 гг. штурман товаро-пассажирского парохода "Слава" и парохода "Союз" на Каспийском море, совершал рейсы из Баку в Астрахань и Красноводск. В 1908 г., после достижения необходимого плавательного ценза (42 месяца), получил диплом штурмана дальнего плавания, выданный командиром Петербургского торгового порта. После этого плавал штурманом яхты "Астатра" на Балтийском море. В 1909-1911 гг. служил штурманом парохода "Кильдин" на регулярной линии Архангельск-порты Англии; в 1911-1912 гг. старший помощник капитана парохода "Великая княгиня Ксения", совершавшего рейсы между Архангельском и Мурманским побережьем. Как один из наиболее опытных полярных штурманов в 1912 г. приглашен Г.Л.Брусиловым в арктическую экспедицию на шхуне "Святая Анна". Целью экспедиции была попытка пройти по Северному морскому пути из Атлантического океана в Тихий, попутно промышляя морских зверей и медведей. Участвовал в качестве старшего штурмана в перегоне судна из Англии в Петербург, а затем в походе в июле-августе 1912 г. вокруг Скандинавского п-ва на Мурман. "Святая Анна", где В.И. Альбанову пришлось после отказа нескольких участников экспедиции от дальнейшего похода исполнять должность помощника командира, вышла из Александровска к Новой Земле. Экспедиция проходила в сложной ледовой обстановке, что вынудило после выхода из пр. Югорский Шар в Карское море отклониться к югу. У берегов Ямала, севернее мыса Харасавэй в октябре 1912 г. шхуна была затерта льдами и вмерзла в неподвижный береговой припай. Дрейф в ранее неисследованных районах Арктики продолжался более 1,5 лет, и к началу 1914 г. шхуну вынесло к северу от Земли Франца-Иосифа. Экипажу пришлось терпеть тяжелые испытания. 10 апреля 1914 г. Альбанов вместе с 13 матросами покинул "Святую Анну" и направился к о-ву Рудольфа пешим ходом. Во время перехода удалось сделать ряд важных открытий, доказать мифичность отмеченных ранее на картах Земли Петермана и Земли Оскара, выявить закономерность дрейфа льдов с большой скоростью в юго-западном направлении и открыть Восточно-Шпицбергенское течение. Дальнейший путь от Земли Александры проходил частично на каяках, части моряков пришлось идти пешком по берегам островов и ледяным перемычкам. От болезней и во время штормов погибло большинство путешественников. Только Альбанову и матросу А.Э. Конраду удалось добраться в июле 1914 г. к мысу Флора, где они были спасены экспедицией Г.Я. Седова на судне "Святой Фока". В.И. Альбанов доставил в Главное гидрографическое управление выписки из [Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться] "Святой Анны", содержавшие важные метеорологические наблюдения за время дрейфа, позволившие систематизировать сведения о поверхностных течениях в высокоширотных арктических районах, вычислить среднюю скорость течения, определить границы материковой отмели, выявить желоб Анны на севере Карского моря. С ноября 1914 г. Альбанов служил ревизором и 2-м помощником командира на ледорезе "Канада" Беломорской ледокольной флотилии, затем флотилии Северного Ледовитого океана. С лета 1916 г. - капитан портового ледокола № 6. Написал и опубликовал в журнале "Записки по гидрографии" (1917, том 41) свои воспоминания "На юг, к Земле Франца-Иосифа", посвященные походу по льдам со шхуны "Святая Анна". По состоянию здоровья в сентябре 1917 г. уволен с военно-морской службы. Зимой 1917-1918 гг. работал на портовых судах в Ревеле (Таллинне). Затем с семьей выехал в Красноярск, Где зачислен в Енисейскую партию Гидрографической экспедиции Северного Ледовитого океана на должность производителя работ парохода "Север". Участвовал в исследованиях района о-ва Диксон, в навигацию 1919 г. - в гидрографических и лоцмейстерских работах в низовьях Енисея и близлежащих районах моря. Погиб в декабре 1919 г. на ст. Ачинск при взрыве железнодорожного ашелона с боеприпасами, направляясь по вызову адмирала А. В. Колчак а в Омск с проектом поисков экспедиции Брусилова на "Святой Анне". Именем В.И.Альбанова названы ледник на о-ве Октябрьской революции в группе о-вов Северная Земля и остров у о-ва Диксон в Карском море, мыс на о-ве Гукера в архипелаге Земля Франца-Иосифа (Баренцево море).

korabel.ru
__________________
Memento Mori

В глубине придонных вод
Ктулху - зверь такой - живёт;
Лишь в шторма плывёт наверх,
Съесть кораблик на обед...


Flibustier вне форума Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Lejito (02.01.2011), Natali (21.09.2011)
Старый 02.12.2008, 14:14   #86
Flibustier
Corsairs-Harbour.Ru Team
Сценарист
Ветеран Гвардии
Бродяга
 
Аватар для Flibustier
 
Регистрация: 01.08.2008
Адрес: Где-то там далеко...
Сообщений: 2,966
Нация: Пираты
Пол: Мужской
Офицеры
Репутация: 535

Награды пользователя:

По умолчанию Ответ: Знаменитые мореплаватели и флотоводцы

Василий Васильевич Прончищев

Про́нчищев, Василий Васильевич (1702 - 29 августа (9 сентября) 1736) — русский полярный исследователь Арктики и морской офицер.

Родился в 1702 в усадьбе Багеево Калужской губернии в дворянской семье Прончищевых. Был пятым ребёнком в семье. В 1716 г. поступил учеником в Навигацкую школу в Москве. В 1717 г. был переведён в Санкт-Петербург в Школу математических и навигационных наук (учился с Челюскиным и Лаптевыми) и стал морским офицером. Служил на Балтийском флоте. В 1722 году участвовал в Персидском походе Петра I. В 1727 г. произведён в подштурманы. Вошёл в комиссию по аттестации чинов флота. В 1733 году получил чин лейтенанта и принял участие во Второй Камчатской экспедиции, руководил одним из отрядов исследовавших побережье Северного Ледовитого океана от устья Лены до устья Енисея.

В 1735 году сплавился из Якутска вниз по Лене на дубель-шлюпе "Якутск" (штурманом был Челюскин, геодезистом Чекин), исследовал дельту Лены и отплыл вдоль побережья на запад. Но в шлюпе возникла течь и Прончищев остановился на зимовку в устье реки Оленёк. В отряде свирепствовала цинга, многие участники экспедиции погибли. Вопреки возникшим трудностям летом 1736 года Прончищев продолжил путь вдоль берега на запад и достиг восточного побережья полуострова Таймыр. Далее экспедиция повернула к северу и стала исследовать береговую линию Таймыра и прилегающие острова. Двигаясь в последующие дни дальше на север вдоль края сплошного ледяного припая, держащегося у берега Таймырского полуострова, отряд миновал несколько заливов. Самый северный из заливов Прончищев ошибочно принял за устье реки Таймыры (на самом деле это залив Терезы Клавенес). Побережье было абсолютно пустынным, без малейших признаков жилья. На 77-й широте дорогу деревянному судну окончательно преградили тяжелые льды, а мороз начал затягивать свободную воду. В эти дни Челюскин писал: "В начале сего 9 часа штиль, небо облачно и мрачно, мороз великий и появилась шуга на море, от которой мы в великой опасности, что ежели постоит так тихо одне сутки, то боимся тут и замерзнуть. В глухие льды зашли, что по обе стороны, також и впереди нас великие стоячие гладкие льды. Шли на гребле весел. Однако Боже милостив дай Бог нам способного ветру, то оную шугу разнесло". Дальше путь был закрыт. Близ 78° с. ш. "Якутск" повернул обратно. Впоследствии было установлено, что экспедиция вошла в пролив Вилькицкого и лишь плохая видимость не позволила участником экспедиции увидеть архипелаг Северная Земля и крайнюю северную точку Таймыра и всей Евразии - мыс Челюскин. На обратном пути Прончищев сломал ногу и корабль вёл штурман Челюскин. От возникшей в результате перелома болезни Прончищев скончался (это стало известным совсем недавно, после того как вскрыли могилу путешественника, ранее считалось, что Прончищев умер от цинги). Оставшиеся в живых участники экспедиции вернулись в Якутск.

Несмотря на трагическую гибель Прончищева экспедиция внесла большой вклад в исследование Арктики. Прончищев открыл ряд островов на северо-восточном побережье полуострова Таймыр (острова Фаддея, острова Комсомольской правды, острова Петра), северо-восточную часть гор Бырранга. Экспедиция Прончищева была первой, которая составила точную карту русла реки Лена от Якутска до устья, а также карту побережья моря Лаптевых от дельты Лены до залива Фаддея. Общая длина открытой Прончищевым береговой линии составила около 500 километров.

Жена Прончищева Мария (по другим данным Татьяна) участвовала в путешествии вместе с ним и стала первой женщиной — полярным исследователем. Она пережила мужа лишь на 14 дней и умерла 12(23) сентября 1736 года. После смерти Прончищева и его жены оставшиеся в живых участники экспедиции отвезли тела супругов на мыс Тумуль в устье реки Оленёк и там похоронили. Могила Прончищевых сохранилась до наших дней. В 1875 г. её нашел геолог А. Л. Чекановский. В 1893 г. Э. В. Толль, а в 1921 г. Н. И. Евгенов восстанавливали крест. В наши дни могила Прончищевых, рядом с которой находятся полярная станция и поселок Усть-Оленёк, бережно охраняется как исторический памятник. В 1999 году экспедиция Института археологии РАН произвела эксгумацию и перезахоронение останков супругов Прончищевых; в ходе этой работы была выполнена реконструкция их лиц, были написаны портреты, а также установлены причины смерти Прончищева.

Википедия
__________________
Memento Mori

В глубине придонных вод
Ктулху - зверь такой - живёт;
Лишь в шторма плывёт наверх,
Съесть кораблик на обед...



Последний раз редактировалось Flibustier; 04.09.2010 в 01:55.
Flibustier вне форума Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Lejito (02.01.2011), Natali (21.09.2011)
Старый 07.12.2008, 14:48   #87
Wolf
Капитан 2-го ранга
 
Аватар для Wolf
 
Регистрация: 05.01.2008
Адрес: Civitas Lunaris
Сообщений: 7,290
Нация: Пираты
Пол: Мужской
Офицеры
Репутация: 432

Награды пользователя:

По умолчанию Знаменитые мореплаватели и флотоводцы

Джон Дэвис
Спойлер:
Ему так же приписывают и пиратские подвиги,но многие их считают [Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться].Так ли это? - Кто знает.....Но географических открытий у него не отнять!
Мечта найти [Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться] все еще владела английскими умами. Лондонские улицы решили на пользу отечества снарядить корабли с единственной целью - открыть морской проход в Индию. Они приобрели два судна водоизмещением в 35 и 50 т. с экипажем всего в 42 человека. Во главе экспедиции был поставлен Джон Девис.

Во второй половине июля 1585 г. Девис достиг юго-восточной окраины Гренландии. Но картографическая путаница, внесенная Фробишером, была так велика, что Девис не признал Гренландии. Он повернул на юго-запад и через несколько дней потерял из виду эту “Страну Отчаяния” (Десолейшн).

В начале августа Девис повернул в море, тогда свободное ото льда, и двинулся на северо-запад. Пройдя 600 км, он пересек [Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться] и достиг на западе суши у 66*40 с.ш. Пройдя на северо-запад страны около 200 км, Девис видел на берегу эскимосов. Он пришел к выводу, что нашел северо-западный проход и 30 сентября 1585 г. вернулся в Англию с этой приятной вестью.

7 мая 1586 г. Девис на четырех судах отправился в залив Гилберта и на этот раз убедился, что его “Страна Отчаяния” является частью Гренландии. На широте 54*15 с.ш. он решил, что нашел вход в “пролив, ведущий прямо на запад” (залив Гамильтон), но не исследовал его из-за противного западного ветра. В сентябре после гибели двух моряков Девис повернул на родину, куда прибыл 14 октября.

И снова, уже в третий раз, летом 1587 г. Девис вошел в залив Гилберта. Он оставил там два больших судна для зверобойного промысла, а сам на малом судне продолжал поиски Северо-Западного прохода. Он прошел вдоль гренландского берега далеко на север, до 72*12 с.ш., а отойдя от берега - до 73*с.ш. Когда льды остановили его, он повернул на юго-запад и в середине июля достиг Баффиновой Земли. 2 дня он плыл на юго-запад пока правильно не решил, что не найдет там выхода в Восточный океан. Повернув обратно, он обследовал юго-восточное побережье Баффиновой Земли, открыл там крупный полуостров (Холл), миновал “Бешеный водоворот” (вход в Гудзонов пролив). Он проследил почти все Атлантическое побережье Лабрадора до 52* с.ш. и 15 сентября прибыл в Англию, страдая от недостатка провианта и пресной воды.

В 1591-1592 гг. Девис участвовал в экспедиции Томаса Кавендиша, который вторично пытался пройти в Тихий океан. Позднее Девис совершил ряд плаваний в Ост-Индию и в конце 1605 г. был убит в районе Малакки в стычке с малайцами.

История Великих географических открытий
Спойлер:
Ну а Эксквемелин скорее всего описывал все-таки совсем другого Девиса.... Которого упоминает в своей книге "Открытия,которых не было" Р.Рамсей.
Читаем [Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться]
__________________
Я-пират,но у меня есть свое понятие о чести и своя честь...или,допустим,остатки от прежней чести.



Последний раз редактировалось BronuiN; 28.11.2009 в 13:46. Причина: добавлена ссылка
Wolf вне форума Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Lejito (02.01.2011), Natali (21.09.2011)
Старый 23.12.2008, 05:22   #88
Forgotten
Пущен по доске
Капитан 2-го ранга
Человек года - 2010
Guardian Of Asgard
Гаваньский редактор
 
Регистрация: 15.02.2008
Сообщений: 6,240
Нация: Пираты
Пол: Женский
Офицеры
Репутация: 1081

Награды пользователя:

По умолчанию Фемистокл

Фемистокл


Афинский политик и стратег Фемистокл, сторонник сильного флота, смог убедить соотечественников в том, что их судьба решается на море, и в результате стал спасителем отечества, победителем многочисленного персидского флота при Саламине.

Спойлер:
Фемистокл родился около 525 года до н.э. Он не относился к числу афинской знати. Более того, Фемистокла считали незаконнорожденным из‑за того, что мать его не была афинянкой. Однако с молодых лет честолюбивый юноша добивался славы. В гимназии он изучал в первую очередь науки, которые должны были помочь ему выдвинуться, и добивался популярности среди окружающих. Это помогло, когда Фемистокл занялся общественной деятельностью и стал вождем афинской демократии. Его политические реформы 487—486 годов до н.э. способствовали дальнейшей демократизации афинского государственного строя. Он ввел выборы архонтов по жребию, предоставил возможность всадникам занимать эту должность, освободил коллегию стратегов от контроля ареопага, с 493 года неоднократно занимал высшие должности архонта и стратега.

Фемистокл добился решения народного собрания не делить между афинянами доход от серебряных копей, а направить его на сооружение сотни триер, которые стали основой флота. Он постепенно приучал сограждан к тому, что морская мощь способна дать власть Афинам над Элладой, и преуспел в этом. Перед опасностью персидского вторжения Фемистокл призывал к примирению враждовавшие греческие государства и объединению их усилий в борьбе против Персии. Он добился изгнания сторонника сухопутной борьбы Аристида. Как вождь морской партии, выражавшей интересы торгово‑ремесленных слоев, Фемистокл стремился упрочить морскую мощь Афин. В 483—482 годах он превратил гавань Пирей в одну из лучших на Средиземном море, укрепил ее стенами и занялся созданием мощного флота. Было построено около 200 триер, для них готовили экипажи. Убедив афинян, что от нападения персов их спасут лишь деревянные стены кораблей, Фемистокл обеспечил охрану ближайших островов и проливов.
До Фемистокла Аттика делилась на 48 навкрарий, каждая из которых должна была содержать постоянно в боевой готовности по одному боевому кораблю. Фемистокл добился, что флот создавали централизованно под наблюдением Совета Пятисот — высшего правительственного органа Афин. Совет следил за построенными триерами и сооружением новых, наблюдал за эллингами для хранения и ремонта судов. Решение о постройке судов, их типе и назначении кораблестроителей голосованием принимал народ. Он же избирал и флотоводца, которому предстояло вести флот в бой или плавание. Должность триерарха, который занимался постройкой триер, была почетной, хотя и требовала больших усилий и расходов. Благодаря такой системе каждый состав Совета со времен Фемистокла оставлял два десятка новых триер. Строительство боевых кораблей было засекречено, верфи прикрывали навесы и охраняли отряды стражников, не допускавшие посторонних.

В 480 году до н.э. персидский царь Ксеркс собрал огромную армию и флот. Переправив армию через Геллеспонт (Дарданеллы) по мосту и проведя флот мимо опасного места при мысе Афон по прорытому каналу, он направился в глубь Греции. Но в 481 году, когда Ксеркс готовился к вторжению, для противодействия ему возник союз Афин и Спарты, к которым присоединились другие греческие полисы. Потому, когда персы начали наступление, им противостояли соединенные силы греков. Так как Фессалия перешла на сторону Ксеркса, греческие войска заняли позицию у Фермопил, где могли в узком проходе сдержать огромную армию.

В результате мер, принятых Фемистоклом, к началу вторжения персов, располагавших, по свидетельству Геродота, 1207 триерами и до 3000 вспомогательных судов, афиняне и их союзники имели 271 триеру и 9 пентеконтер. Но выучка греческих моряков оказалась выше, что и привело к поражению персов.

Получив должность стратега, Фемистокл убеждал сограждан встретить варваров на судах как можно дальше от Эллады, но безуспешно. Только приближение персидских войск побудило афинян отправить Фемистокла к мысу Артемисий для охраны пролива. Фемистокл, несмотря на то что у Афин было больше триер, уступил командование спартанцу Эврибиаду; он утешал других афинян, что если они докажут свою храбрость на войне, он заставит всех эллинов подчиняться им. Стратегу удалось убедить Эврибиада не уходить к берегам Пелопоннеса.
Флот из афинских и спартанских кораблей во главе с Эврибиадом расположился у мыса Артемисий. Эврибиад на переходе к цели встретил десять передовых персидских судов и, не вступая в бой, отошел к Халкиде. Однако на следующий день персидский флот у мыса Суний потерял во время шторма треть судов, и греки вернулись к Артемисию.

Персы исправили свои суда и решили дать бой, ибо занятие острова Эвбея давало им важную промежуточную базу. Несмотря на потери, они располагали еще 800 судов и отправили 200 из них в обход острова Эвбея, чтобы окружить и истребить полностью греческий флот. Однако греки узнали от пленных, взятых в ходе стычек, про обходное движение. Фемистокл видел, что необходимо разбить одну из неприятельских частей. Как ни заманчиво было нападение на 200 обходящих судов, флотоводец понимал, что при движении к ним навстречу главные силы персов последуют за ним, и тем самым быстрее осуществится вражеский план. Фемистокл использовал оригинальную тактику. Незадолго до захода солнца греческие триеры направились к месту стоянки противника. Персы также начали сниматься с якоря и строиться. Персидские суда были больше размером, чем триеры, которые, однако, превосходили их скоростью и маневренностью. Греки выждали, когда солнце станет заходить, по сигналу с триеры Эврибиада (поднятый щит) решительно атаковали сомкнутой массой один из флангов и истребили 30 неприятельских судов. Остальные персидские силы со всех сторон спешили к атакованному флангу, однако уже наступила тьма, и противники разошлись. На следующий день Фемистокл повторил маневр с тем же успехом, ибо персы не могли атаковать, пока не завершилось обходное движение. Им пришлось примириться с потерей десятков судов. Тем временем греки получили известие, что противнику удалось пройти Фермопилы, и флоту не оставалось ничего, кроме отхода к Коринфскому перешейку, где сосредоточились греческие войска. Афинские суда, экипажи которых отличились храбростью, шли последними. По пути, в местах удобных для стоянки, Фемистокл на камнях оставлял надписи, призывавшие ионийских греков, состоявших во флоте Ксеркса, изменить персам или хотя бы вредить им. Он надеялся этими надписями если не привлечь на свою сторону ионийцев, то хотя бы вызвать подозрение к ним Ксеркса. Триеры отошли к острову Саламин, где собралось население Афин. Понимая, что от флота зависит жизнь сограждан, Фемистокл решил добиться победы в сражении с численно превосходящим персидским флотом.

Узкий вход в Саламинскую бухту, где сосредоточился греческий флот, не позволял противнику развернуть все силы. Несмотря на настояния Фемистокла сохранить эту выгодную позицию, совет предводителей греческого флота решил отступить. Тогда Фемистокл тайно уведомил Ксеркса о намерениях греков и посоветовал ему отрезать путь отступления, что персидский царь и исполнил. Стратег продолжал убеждать греков в необходимости сопротивления. Когда греческие военачальники узнали, что положение безвыходно, было решено принять бой.

Сражение началось рано утром 27 сентября 480 года до н.э. в проливе между островом Саламин и Аттикой. Преимуществом греков, кроме маневренности их судов, являлось хорошее знание изобиловавшего подводными камнями и мелями узкого пролива. Фемистокл поставил 370 триер в две линии вдоль берега Саламина носом к противнику в час, когда ветер с моря гнал волну в пролив. Волна не вредила плоскодонным низким греческим судам, но сбивала с курса тяжелые персидские, подставляя их борта ударам таранов греков.

Персидский флот из 800 судов под командованием самого Ксеркса в ночь на 27 сентября заблокировал пролив: около 200 судов заняли выходы, а остальные образовали боевой порядок против греческого строя в три линии. Утром правый фланг персов атаковал. Скученные в узком, богатом подводными камнями и мелями Саламинском проливе, персы с тяжелыми кораблями не могли использовать численное превосходство. В бою они налетали на камни, сталкивались из‑за слишком тесного построения, мешали друг другу. Обе стороны действовали решительно. Левый фланг персов во главе с братом Ксеркса Ариоменом, находившемся на самом сильном судне, теснил греков. Однако противостоявшие ему суда Фемистокла, командовавшего правым флангом, стремительно атаковали, повредили и взяли на абордаж флагманский корабль. Ариомен пал в схватке. После его гибели левый персидский фланг обратился в бегство, преследуемый греками. Отбросив его, Фемистокл направился на помощь своему левому флангу, который отступал перед противником. С его прибытием преимущество оказалось на греческой стороне. Персы потерпели поражение и бежали в Фалернскую бухту. Их потери составили около 200 судов, у греков — около 40.

Ксеркс намеревался вторгнуться на Саламин по насыпи. Однако Фемистокл, все еще выступая в роли союзника царя, передал ему, что греки намерены вести флот к Дарданеллам и истребить мост между Европой и Азией. Ксеркс решил отступить, оставив в Греции Мардония. В следующем году Мардоний был разбит, как и флот персов у Дарданелл. Война с персами длилась еще 30 лет, но греки действовали уже наступательно, опираясь на флот, центром деятельности которого стали Афины. Основу этих успехов заложила морская политика Фемистокла.

Фемистокл после победы приступил к восстановлению города и сооружению вокруг него стены, хотя это и вызывало недовольство спартанцев. Затем он обратил внимание на Пирей, заметив удобное расположение пристаней порта. Он старался, по словам Плутарха, «весь город приспособить к морю». Фемистокла поддерживал демос, ибо от аристократов — всадников и гоплитов — власть переходила к гребцам и рулевым. Он, по словам Плутарха, был готов сжечь флоты других эллинских государств, чтобы обеспечить главенство Афин, но этот замысел не получил одобрения Аристида, как хотя и полезный, но бесчестный.

Фемистокл много сделал для обеспечения судоходства в Черноморских проливах и на Черном море. В 478 году флотоводец стал одним из создателей морского союза греческих государств. Союз был заключен между Афинами и малоазийскими и островными греческими городами для борьбы с персидской агрессией. С 478 по 454 год союз известен как Делосский союз, ибо именно на Делосе собирался совет союза и хранилась казна. Союзники обязались содержать флот из 100 триер и войско из 10000 пехотинцев и 1000 всадников. Крупные города выставляли войска и корабли, мелкие — выплачивали в казну налог — форос. Во главе флота и войск стояли афиняне. Благодаря объединению сил морской союз освободил город Византий и в начале 60‑х годов разбил персидские флот и войско у реки Эвримедонт на южном берегу Малой Азии. Но последняя победа уже не была связана с самим Фемистоклом.

Со временем бремя налогов для поддержания флота показалось афинянам слишком тяжелым. В 471 году до н.э. по проискам аристократов Фемистокла общим решением греческих государств присудили к остракизму. После долгих скитаний изгнанный флотоводец бежал к персидскому царю Артаксерксу I, получил в управление ряд городов Малой Азии. Фемистокл кончил жизнь самоубийством после 460 года из‑за того, что не хотел выполнить повеление персидского царя действовать против эллинов. Умер он и похоронен в Магнесии, где ему поставили великолепную гробницу.

Жизнь Фемистокла описали историки Плутарх, Геродот, Фукидид. Благодаря их трудам сохранились сведения о первом создателе регулярного флота в Греции.

Материалы сайта "Величайшие личности и события в мировой истории"
Forgotten вне форума Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Lejito (02.01.2011), Natali (21.09.2011)
Старый 23.12.2008, 05:22   #89
Forgotten
Пущен по доске
Капитан 2-го ранга
Человек года - 2010
Guardian Of Asgard
Гаваньский редактор
 
Регистрация: 15.02.2008
Сообщений: 6,240
Нация: Пираты
Пол: Женский
Офицеры
Репутация: 1081

Награды пользователя:

По умолчанию Хубилай

Хубилай


Монголов всегда считали народом степным, не претендующим на славу мореходов. Однако в XIII веке флот, созданный по воле Хубилай‑хана, дважды начинал вторжение в Японию, и только бурная погода помешала монголам овладеть островной империей.

Спойлер:
Хубилай (1215—1294), внук Чингисхана, стал пятым и последним великим монгольским ханом. Его предшественник, великий хан Мунке, послал Хубилая с войском завоевывать Китай. Тот овладел всей Азией, в 1258 году покорил Корею и Чампу (Вьетнам), в 1260 году напал на Южный Китай. В 1260 году, после смерти Мунке, Хубилай захватил престол. Овладев значительной частью Китая, в 1271 году он дал династии название Юань. В 1279 году его войска разгромили империю Сун, а в 1280 году хан провозгласил себя императором. Династия Юань стала господствовать на всей территории Китая. При ней большое значение в Китае приобрела буддистская церковь. Приближенным Хубилая был Марко Поло, оставивший описание империи Юань.

Хубилая не удовлетворили захваты на континенте. В 1266 году хан обратил внимание на Японию и решил овладеть ею. Он передал японскому правительству через корейского вассала требование подчиниться и угрожал применить силу. Как и рассчитывал Хубилай, японцы отказались. Началась подготовка к вторжению.

Монголы сами судов не строили. Они воспользовались верфями и мастерами Кореи и других покоренных стран. Несколько лет потребовалось, чтобы соорудить флот из 900 судов, на которых разместились 40000 человек. 3 октября 1274 года суда под кроваво‑красными вымпелами на мачтах вышли из корейского порта Масан и 19 октября вступили в залив Хаката на острове Кюсю. Широкий залив позволил быстро выгрузить войска. Первоначально монголы одержали победу. Но вскоре японцы получили подкрепление и заставили завоевателей уже к вечеру 20 октября отступить на суда, стоявшие в заливе на якорях. Хубилай не собирался признавать неудачу. Однако ему помешала природа. В ночь на 21 октября налетел тайфун и монгольскому флоту пришлось выйти в море. Сильный ветер и волнение погубили 200 судов с воинами. Пришлось прекратить боевые действия и вернуть флот в Корею.

Хубилай не отказался от замысла овладеть Японией. В 1276 году он разгромил столицу Южного Китая и установил контроль над всей страной. В его руки попали большие кораблестроительные ресурсы. Немедленно хан приказал увеличивать флоты в Китае и Корее. На сей раз основу первого флота составили военные джонки с прочным корпусом, высоко поднятыми носом и кормой и с латинским парусным вооружением. Каждое из 1170 таких судов водоизмещением 400 тонн и длиной 72 метра вмешало 60 человек команды и воинов и вело на буксире «десантное судно» с 20 воинами‑баторами (богатырями) на борту. Второй флот включал около 300 больших военных кораблей, поднимавших по 100 человек. Сверх того, в него входили 600 кораблей среднего размера и 900 малых, а также суда для перевозки провизии и воды.

Нет сомнения, что основная масса монгольских воинов, хорошо подготовленная к боевым действиям на суше, мало годилась в качестве моряков. Их работа начиналась после высадки. Основу команд многочисленного флота составили моряки из покоренных стран (Кореи и Китая).

Вторжение началось весной 1281 года. Флот общей численностью 4400 судов со 142 тысячами матросов и воинов вновь появился в заливе Хаката. Теперь, правда, японцы приготовились к обороне. Они построили вдоль берега каменную стену длиной 12 миль, которая связала действия монгольской конницы и не позволила ей одержать победу в первых кровавых стычках. Флот Хубилая приступил к постепенным действиям. Первоначально монголы захватили остров Ики северо‑западнее залива Хаката и перебили его защитников. Затем корабли направились к югу и вошли в небольшую защищенную бухту острова Такасима в 30 милях от залива Хаката. Воины истребили всех жителей острова и стали готовиться к сражению с главными силами японцев в заливе Хаката. Хубилай, имевший превосходство в силах, был уверен в победе. На Кюсю император и другие высокопоставленные сановники обращались к богам с просьбой помочь одолеть врага. И произошло почти чудо. В августе 1281 года над Кюсю пронесся еще один тайфун, который японцы позднее назвали «камикадзе» (божественный ветер). Этот тайфун обрушился на флот противника. Ветер ломал мачты, рвал цепи и паруса, перегруженные суда сталкивались и тонули. Многих воинов смывало с палубы волнами. Спасшихся добивали на суше японские воины. В итоге монгольский флот был почти полностью истреблен, лишившись 4000 судов и 100000 человек. Хубилаю пришлось отказаться от покорения Японии.

Хубилай не просто отдавал приказы. Опытный воин, он имел представление о трудностях перехода через [Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться], и потому давал указания китайским и корейским инженерам, какие корабли необходимо строить для вторжения. В частности, среди них были боевые корабли с прочными корпусами, некоторые из которых покрывались железными листами; на палубах возвышались навесы из шкур, защищавшие команды от стрел противника. Джонки с приподнятыми оконечностями обладали хорошими мореходными качествами. Приводили их в движение латинские паруса из хлопка, а весла использовались лишь маневрирования у берега. На некоторых судах применяли гребные колеса, которые вращали вручную; бывали суда, имевшие по 11 колес на каждом борту, что делало их более быстроходными и маневренными.

Офицерам покоренных стран пришлось учить монголов искусству ведения морского боя. Нападающие использовали научные достижения Китая и Кореи. На вооружении судов состояли «реактивные» огненные стрелы, ракеты и бросаемые из катапульт бомбы, которые называли «буопао». Возможно, на судах были и пушки. Для постройки 1500 судов в 1279 году и 3000 — в 1281 году были мобилизованы 17000 человек. Они заготавливали и доставляли лес на верфи. В итоге Хубилай располагал флотом в 5000 военных кораблей, включая суда для перевозки зерна и воды.

В начале 80‑х годов XX века японский археолог Торао Масаи три года проводил поиск на дне у острова Такасима. С помощью современной техники удалось обнаружить много предметов (оружие, железные прутья и слитки, каменные якоря и ядра, печать тысячника), которые подтвердили факт гибели монгольской флота.

Марко Поло в своих записках вспоминал, что хан живо интересовался приключениями венецианцев и не хотел отпускать их со службы, понимая важность надежных ученых людей. Только необходимость послать морским путем невесту для персидского хана заставила Хубилая направить венецианцев как сопровождающих. В плавание снарядили 14 крупных четырехмачтовых судов. Суда строили из ели и сосны. Несмотря на единственную палубу, под ней корпус был разбит на отсеки (до 13), разделенные водонепроницаемыми переборками. В Европе понятия о водонепроницаемых переборках еще не было. На судах бывало до 60 кают для купцов; на каждом судне служили от 200 до 300 моряков. Ибн‑Батута сообщал, что самые крупные джонки вмещали 600 матросов и 400 солдат. Вместе с моряками жили дети, а в кадках матросы выращивали овощи.

Марко Поло рассказывал, что Хубилай снаряжал против Японии несколько экспедиций. Подготовку последней прервала смерть императора.

Материалы сайта "Величайшие личности и события в мировой истории"
Forgotten вне форума Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Lejito (02.01.2011), Natali (21.09.2011)
Старый 23.12.2008, 05:22   #90
Forgotten
Пущен по доске
Капитан 2-го ранга
Человек года - 2010
Guardian Of Asgard
Гаваньский редактор
 
Регистрация: 15.02.2008
Сообщений: 6,240
Нация: Пираты
Пол: Женский
Офицеры
Репутация: 1081

Награды пользователя:

По умолчанию Лисандр

Лисандр

Один из крупнейших полководцев Спарты Лисандр в заключительный период Пелопоннесской войны командовал спартанским флотом, при поддержке персов увеличил его морскую мощь, нанес поражение афинскому флоту и даже взял Афины.

Спойлер:
Лисандр происходил из рода Гераклидов, знаменитых военными деяниями, но не бывших царями. Он, подобно другим спартанцам, был честолюбив и жаждал первенства, однако обладал способностью подавлять гордыню перед сильными мира сего, что позволило ему быть не только воином, но и дипломатом.

Как выдвинулся Лисандр в начале Пелопоннесской войны, Плутарх не пишет. Очевидно, заслуги его оказались достаточно велики, ибо, когда Алкивиад вернулся в Афины после побед над спартанским флотом, во главе флота поставили именно Лисандра в качестве противника знаменитого флотоводца.

Лисандр избрал своей базой Эфес, окруженный владениями варваров. Он направил к порту со всех сторон грузовые суда, открыл верфь для постройки триер, возобновил торговлю в гавани и работу ремесленников, за что получил поддержку местного населения. Так как Спарта не могла ему предоставить больших средств, а персидский сатрап Тиссаферн, имевший повеление помогать союзным спартанцам и вытеснить афинян с моря, оказывал поддержку скупо, Лисандр отправился к царю Персии Киру и убедил его продолжать войну. Когда молодой царь спросил, что Лисандр хотел бы получить, тот ответил: «Если ты так добр ко мне, Кир, прошу тебя, прибавь морякам к их жалованью по оболу, чтобы они получали по четыре обола вместо трех». В итоге экипажи получали жалованье выше обычного, и к спартанцам стали перебегать гребцы с судов противника.

Лисандр избегал сражения со знаменитым флотоводцем Алкивиадом, не проигравшим ни одного сражения на море. Однако помог случай. Алкивиад, уезжая для сбора денег, оставил во главе флота кормчего Антиоха, который, вопреки запрету стратега, вступил в сражение. Более того, он с двумя триерами вошел в Эфесскую гавань и быстро прошел мимо неприятельского флота, вызывая его на бой. Лисандр погнался за ним на нескольких триерах, а когда впереди оказался весь афинский флот, вывел остальные корабли. В морском бою у мыса Нотия (407 г. до н.э.) афиняне потерпели поражение. Лисандр взял 15 триер. Важнейшим следствием боя явилось то, что афинское Народное собрание отрешило от командования Алкивиада.

После военной победы Лисандр приступил к переговорам с представителями городов, добиваясь организации олигархической власти десяти, которая должна была сменить привычную демократию. Своим сторонникам он предоставлял высокие посты в городах и войске. Число его сторонников росло.

Тем временем истек годичный срок командования флотом. Так как законом не допускалось продление этого срока, на смену прибыл Калликратид. Он действовал по‑спартански прямо. Поскольку из Спарты стратег денег не привез, а Лисандр вернул остатки полученных от царя средств в Сарды, Калликратид отправился к Киру, но без дипломатического умения ничего не добился. Он поклялся спутникам, что по возвращении в Спарту постарается добиться мира между греками, чтобы им не приходилось обращаться к варварам за помощью друг против друга. Однако осуществить задуманное он не смог.
В морском сражении у Аргинусских островов вблизи Лесбоса афинский флот в 406 году до н.э. нанес поражение спартанскому флоту. 70 афинских триер, направленных под командованием стратега Конона для освобождения от блокады Митилены, столкнулись с 170 триерами Калликратида. Лишившись в сражении 30 судов, Конон укрылся с остальными в гавани Митилены. Он перекрыл вход в порт затопленными судами, на триеры поставил катапульты и баллисты. Спартанцам все же удалось овладеть гаванью, но Конон отступил в малый порт и послал две триеры за помощью. Одна из них прорвала блокаду. Из Афин выслали 150 триер. Калликратид оставил 50 триер для блокады Митиленской бухты, а остальные 120 выстроил в одну линию. Афинские стратеги прибегли к оригинальному построению: центр составили 30 триер в одну линию, а на флангах шли по 60 триер в две линии. Спартанское правое крыло решительно атаковало. Однако корабли, прорывавшиеся через первую линию, истребляли триеры второй. Вскоре после гибели Калликратида было сломлено правое спартанское крыло, а затем и левое. Спартанцы лишились 77 кораблей; уцелевшие отошли к острову Хиос. Афиняне потеряли лишь 25 кораблей.

Последствия блестящей победы афинян оказались неожиданными. Стратеги направились с главными силами к Митилене, оставив отряд судов для спасения моряков и воинов с погибших триер. Из‑за бури почти никого спасти не удалось. Народное собрание, в котором главными обвинителями выступили триерархи, не выполнившие приказ стратегов, постановило казнить полководцев. Шестерых казнили, двоим удалось бежать. В результате Афины сами обезглавили свой флот. Это событие способствовало Лисандру, которого по настоянию союзников и персидского царя Кира вернули на флот. Так как по законам Спарты никто не мог быть дважды командующим флотом, назначили Арака, но фактически власть была в руках Лисандра, который в 405 году состоял эпистолеем (помощником наварха).

В отличие от прямолинейного воина Калликратида, Лисандр не стеснялся в политике нарушать собственные обещания, а в бою применял хитрость. Когда стратегу говорили, что потомкам Геракла не подобает хитрить, он отвечал: «Где львиная шкура коротка, там надо подшить лисью».

Кир, пригласив флотоводца в Сарды, дал денег и порекомендовал не вступать в сражение, пока он не приведет корабли из Финикии и Киликии. Он доверил Лисандру управление и сбор податей с городов. Однако тот не мог оставаться в бездействии. Не вступая в сражение с афинским флотом, почти равным его силам, Лисандр овладел несколькими островами, совершил набег на Эгину и Саламин, продемонстрировал пелопоннесскому сухопутному войску у Декелей свой флот, способный идти куда хочет, однако при известии о появлении афинского флота ушел от погони между островами.
Узнав о том, что берега Геллеспонта (Дарданелл) афиняне не охраняют, в 405 году Лисандр повел флот и взял союзный Афинам город Лампсак. Однако к устью пролива подошел афинский флот с 180 боевыми кораблями. Пополнив запас продовольствия, афиняне расположились в устье реки Эсгопотамы. На другой стороне пролива была стоянка спартанцев.

Лисандр избрал своеобразную тактику. До восхода солнца он приказал экипажам расположиться на кораблях, повернутых носами в море. Афиняне сомкнутым боевым строем подошли к спартанцам, вызывая на бой, но воины стояли неподвижно. В течение дня афиняне выманивали противника в море. Спартанцы спокойно ожидали атаки. Только после того как афиняне удалились к стоянке и посланные Лисандром суда удостоверились, что экипажи оставили корабли, полководец разрешил воинам сойти на берег. Так же он действовал и в следующие дни. Афиняне, убежденные в слабости противника, потеряли осторожность. Когда на пятый день они высадились при Эсгопотамах и посланные Лисандром быстроходные суда, подняв на мачту блестящий щит, подали сигнал о том, что все сошли на берег, спартанский полководец спешно направился к месту афинской стоянки. Расстояние в 15 стадиев (менее трех километров) суда прошли быстро.

Напрасно Алкивиад, прискакавший накануне из Херсонеса, рекомендовал афинянам расположиться в Сеете, откуда они получали продовольствие. Стратег Тидей заявил, что войском командует именно он, и не последовал совету.

Единственный разбиравшийся в морском деле стратег Конон, участвовавший в Аргинусском сражении, первым увидел атакующих и, понимая опасность, пытался направить людей на корабли. Однако большинство воинов и членов экипажа разбрелись по окрестностям или спали. Потому часть кораблей спартанцы взяли пустыми, а часть потопили, когда на них хотели взойти команды. Высадившиеся на сушу спартанцы перехватывали бегущих к кораблям людей. В итоге смогли спастись только быстроходный государственный корабль «Парал», поплывший в Афины, и 8 кораблей Конона, направившиеся к Кипру. Лисандр торжественно привел трофейные суда к Лимпсаку, где 3000 пленных афинян были казнены.

Вскоре Лисандр сообщил в Спарту, что с двумя сотнями кораблей идет на Афины. Под стенами города уже стояла большая пелопоннесская армия. Осажденный с моря и суши город страдал от голода. Афиняне направили посла к спартанскому царю Агису с предложением подчиниться Спарте, если сохранятся Длинные стены, окружающие Афины и Пирей. Но спартанцы не согласились и продолжали осаду. Наконец афиняне пошли на переговоры без условий. В 404 году город капитулировал. Союзники спартанцев предлагали разрушить Афины и жителей их продать в рабство. Однако спартанцы предпочли оставить город в качестве противовеса Коринфу и некоторым другим городам. Афины теряли свои прежние владения, кроме Аттики, Саламина и двух небольших островков; Афинский союз объявили распущенным, а Афины вошли в союз со Спартой. Лисандр взял все оставшиеся афинские суда, кроме 12 сторожевых, и вступил в город. Вскоре под звуки музыки спартанцы начали разрушение Длинных стен. Лисандр посадил в городе правительство Тридцати тиранов, которые истребляли сторонников демократии.

Доставив в Спарту многочисленную добычу, в том числе золотые и серебряные деньги, стратег возбудил среди части спартанцев страсть к наживе. Сам он богатств не скопил, все добытое отдавал на государственные нужды. За счет добычи он поставил в Дельфах изображения свое и всех навархов и золотые звезды Диоскуров. В сокровищницу царей попала и триера из золота и слоновой кости, которую Кир послал Лисандру в благодарность за победу.
С этого времени Лисандр, видя уважение к себе и даже преклонение, стал проявлять заносчивость и самонадеянность. Он был коварен и жесток с побежденными. В конце концов, после жалобы перса Фарнабаза на грабежи войск Лисандра в его владениях полководца вызвали в Спарту.

После встречи с эфорами Лисандр получил разрешение отправиться на поклонение храму Аммона. На самом деле он уходил из‑под власти Спарты. Встревоженные его отъездом цари, опасаясь, что Лисандр воспользуется созданными им по всей Греции тайными обществами, организовали контрперевороты, чтобы изгнать сторонников стратега. В первую очередь афиняне ликвидировали в 403 году Совет Тридцати. Вернувшийся Лисандр убедил лакедемонян в необходимости помочь олигархам. Он предпочитал действовать силой оружия.

Добившись того, что новым царем избрали Агесилая, Лисандр уговорил его идти воевать с варварами в Азии. Однако авторитет полководца оказался столь велик, что Агесилай оказался как бы в его тени. Царь оставил Лисандра без важных поручений. Единственным серьезным делом, которое удалось свершить Лисандру — договориться с противником Фарнабаза персом Спитридатом и привести его к Агесилаю. Но славы это ему не принесло.

Агесилай нанес поражение персидским войскам при Сардах. Однако персы наняли себе в помощь афинский флот и поддержали ряд городов, выступивших в 395 году против Пелопоннеса. Царю Спарты пришлось возвращаться на Родину по суше, ибо афинские корабли под командованием стратега Конона разбили спартанский флот, в котором не оказалось Лисандра, в битве при Книде у малоазиатского побережья. Без финансовой поддержки Персии спартанцы не смогли выстроить новый флот, а Конон привез деньги, которые пошли на восстановление Длинных стен. Так, оставив флот без талантливого флотоводца, Агесилай заложил основу будущих поражений Спарты от воссозданного Афинского морского союза.

Вернувшись в Спарту, Лисандр стал разрабатывать новую систему управления, при которой царская власть должна была передаваться представителям не только двух семей, но всем Гераклидам и даже, возможно, всем спартанцам, избираемым за доблесть. Он надеялся, что народ изберет именно его, и использовал для достижения цели подкуп и обман.

Еще до возвращения Агесилая Лисандр в ходе коринфской войны организовал поход против Фив, активных сторонников афинской демократии. Он погиб в бою под городом Галиартом (Алиартос) в 395 году до н.э. и был похоронен за границей Беотии, на земле союзного города Панопея. Там ему был поставлен памятник на дороге из Дельф в Херонею. Полководцу воздали посмертные почести, несмотря на то, что в его бедно украшенном доме нашли записи с планом изменения наследования власти.

Подробнее о морском сражении при Эгоспотамах с участием Лисандра читайте [Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться]

Материалы сайта "Величайшие личности и события в мировой истории"
Forgotten вне форума Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Lejito (02.01.2011), Natali (21.09.2011)
Старый 23.12.2008, 05:22   #91
Forgotten
Пущен по доске
Капитан 2-го ранга
Человек года - 2010
Guardian Of Asgard
Гаваньский редактор
 
Регистрация: 15.02.2008
Сообщений: 6,240
Нация: Пираты
Пол: Женский
Офицеры
Репутация: 1081

Награды пользователя:

По умолчанию Алкивиад

Алкивиад

Одержавший несколько побед на море стратег Алкивиад, один из замечательнейших афинских деятелей и полководцев, прославился также своими изменами, в результате которых те, кому он изменял, несли немалый ущерб.

Спойлер:
Алкивиад родился около 451 года до н.э. Его отец Клиний прославился, командуя триерой в морском бою при Артемисии, а в 447 году до н.э. погиб в бою при Коронее с беотийцами. Одним из опекунов мальчика стал Перикл, а на его характер повлияла дружба с Сократом. Еще подростком Алкивиад участвовал с ним в военных походах, и друзья спасали друг друга в бою. Но самые яркие черты мятущегося характера Алкивиада, честолюбие и стремление всегда быть первым, нередко заставляли его совершать не лучшие поступки, и даже благотворный пример Сократа не помогал. Он вел роскошную жизнь, щеголял расточительностью, любовью к комфорту, и даже на триере приказал вырезать часть палубы, чтобы спать не на досках, как все, а в постели из ремней.

Во время Пелопоннесской войны (431—404 гг. до н.э.) Алкивиад участвовал в военных действиях против Потидеи (432—430 гг. до н.э.) и в битве при Делии (424 г. до н.э.). Отличаясь смелостью и умом, он не раз с 421 года был избран стратегом.

Происхождение, богатство, многочисленные друзья и родственники, доблесть в боях открывали Алкивиаду путь к государственным должностям. Он обладал также даром красноречия и убеждения. Потому, когда юноша вышел на политическую арену, у него оказалось вскоре только двое серьезных противников — Феак, с которым он скоро справился, и Никий. Последний, опытный стратег, был сторонником мира со Спартой, и во многом именно благодаря его усилиям был заключен в 421 году договор, названный Никиевым миром. Алкивиад, завидуя Никию, доказывал афинянам неизбежность войны. В конце концов, его стараниями мир был нарушен.

После смерти Перикла Афины посылали отряды на Сицилию для поддержки городов, с которыми несправедливо поступали жители Сиракуз, становившихся соперниками Афин. Алкивиад в 420 году убедил народное собрание в необходимости послать большой флот для окончательной победы и утверждал, что экспедиция на Сицилию может стать началом больших завоеваний, включая Карфаген, Италию и Пелопоннес. Рассудительный Никий старался отговорить народ, считая трудным делом покорение Сиракуз, но его советам не вняли и также, как и Алкивиада и Лисимаха, которые были людьми горячими, избрали стратегом. Перед выходом экспедиции кто‑то отбил выступающие части у герм — изображений бога Гермеса. Враги приписывали этот случай, как и другие случаи кощунства, Алкивиаду, однако не дали ему задержаться, чтобы опровергнуть обвинение.

В экспедицию из Пирея выступили 100 хорошо снаряженных триер с экипажами из лучших людей. Богато украшенные многочисленные суда должны были продемонстрировать мощь и богатство Афин. После того как в море к ним присоединились союзные суда, эскадра насчитывала 136 триер, на которых было 36000 человек войск и экипажей. Войска высадились на восточном побережье у города Катаны, произошли первые стычки с жителями Сиракуз — главного противника на Сицилии. Экспедиция 415—413 годов началась успешно благодаря действиям Алкивиада. Однако полководца отозвали с Сицилии, чтобы судить за религиозное кощунство, в котором он не был повинен. По пути в Афины Алкивиад бежал и скрылся в Спарте. Его заочно приговорили к смерти и конфискации имущества. Последствиями его измены явились поражения афинян на суше и на море у Сиракуз и отказ от экспедиции на Сицилию.

В Спарте Алкивиад проявил себя ярым противником демократии и сторонником аристократии, которая там правила. Желая отомстить соплеменникам за несправедливое осуждение, стратег дал спартанцам рекомендации по борьбе с афинянами. По его совету Спарта создала флот, оказала поддержку ионийским грекам против Афин, вступила в переговоры с Персией о финансовой поддержке и основала на территории Аттики опорный пункт. Ранее спартанцы ограничивались набегами. Теперь в укрепленной Декелее, в 20 километрах севернее Афин, спартанцы поставили отряд войск, чтобы держать центр морского союза в положении полуосажденного. В Афинах начались болезни и голод, к спартанцам перебежали более 20000 афинских рабов.

Алкивиад недолго оставался в Спарте. Он хорошо умел приспособляться к обычаям тех людей, среди которых жил, и вскоре добился уважения спартанцев. Благодаря его действиям жители Хиоса, Лесбоса и Кизика собрались отделиться от Афин и направили послов в Спарту. Стратег рекомендовал помочь хиосцам, сам отправился с флотом, склонил к отделению от Афин почти всю Ионию. Однако рост популярности Алкивиада встревожил царя Спарты Агида, и тот приказал убить соперника. Предупрежденный стратег был вынужден перебежать к персидскому сатрапу Тиссаферну и вскоре стал влиятельнейшим лицом при его дворе. Он рекомендовал сатрапу не оказывать спартанцам слишком большой помощи, чтобы греки истощали друг друга в длительной борьбе.

Тем временем афиняне раскаивались в решении, принятом в отношении Алкивиада. Главные их силы собрались у Самоса, откуда выходили корабли, чтобы приводить к послушанию отделившиеся города и поддерживать союзные. Афиняне опасались 150 финикийских судов, которые шли к Тиссаферну. В 411 году Алкивиад послал к сторонникам олигархии у Самоса предложение помочь им прийти к власти. Одержавшие верх сторонники Алкивиада, рассчитывая на поддержку Тиссаферна, направили в Афины представителей. Те захватили власть, предоставив ее 400 олигархам, развернувшим террор против сторонников демократии. Возмущенные афиняне у Самоса пригласили Алкивиада, назначили его стратегом и предложили направить флот к Афинам. Однако Алкивиад не собирался возвращаться в Афины как каратель. С уходом флота враги могли овладеть всей Ионией. Склонив своих сторонников к мысли отказаться от немедленного похода на Афины, Алкивиад договорился с Тиссаферном, который так и не привел на помощь лакедемонянам финикийскую эскадру. Тем самым он лишил противника явного преимущества на море. Вскоре после того олигархи были свергнуты в Афинах, и победители пригласили Алкивиада. Но тот намеревался вступить в родной город триумфатором.

С небольшим отрядом кораблей стратег вышел из Самоса. Узнав, что флот спартанца Миндара плывет к Геллеспонту (Дарданеллам), преследуемый афинянами, Алкивиад прибыл с 18 триерами, когда два флота уже сражались у Абидоса целый день с переменным успехом. Появление Алкивиада ободрило спартанцев. Однако он атаковал тех пелопоннесцев, которые побеждали афинян, заставил их бежать к берегу, крушил корабли и избивал спасающихся вплавь людей, хотя персидская пехота Фарнабаза защищала союзный флот с берега. В результате сражения афиняне не только спасли свои корабли, но и взяли 30 неприятельских. Гордый победой, Алкивиад явился к Тиссаферну, но тот арестовал его, чтобы оправдаться перед спартанцами.

Только через месяц стратегу удалось бежать. Добравшись до лагеря афинян, он узнал, что Миндар и персидские войска Фарнабаза у Кизика, и вдохновил воинов на бой с ними. Он приказал мелкие суда заключить в середину флота и выступил под прикрытием грозы с дождем и темноты. Только когда тьма начала рассеиваться, у гавани Кизика увидели неприятеля. Чтобы спартанцы не бежали, увидев его крупные силы, на берег, Алкивиад направился в атаку лишь с 40 триерами. Противник завязал сражение. Когда же подошли оставленные позади остальные афинские силы, спартанцы бежали. Афинский стратег с 20 лучшими кораблями пробился к берегу и высадил десант, истреблявший бегущих с кораблей на берег. Двинувшиеся на помощь войска Миндара и Фарнабаза были разбиты. Было перехвачено спартанское донесение, сообщавшее: «Корабли погибли. Миндар погиб. Экипаж голодает. Не знаем, что делать». Овладев Кизиком, афиняне укрепились на Геллеспонте. Алкивиад начал разорять страну Фарнабаза, подчинил Халкедон, Селимбрию и Византий, отпавшие ранее от Афин. При взятии Византия стратег применил хитрость: распустив слух об уходе в Ионию для подавления восстаний, он отправился с флотом в море и ночью вернулся. Суда с шумом штурмовали гавань, тогда как сторонники Алкивиада тайно впустили его воинов в город. В жарком бою Византий был взят.

В 407 году Алкивиад с многочисленными трофейными судами и добычей вернулся в Афины. Он вез не менее 200 носовых украшений с побежденных и потопленных кораблей. Его встретили с радостью и печалью одновременно, ибо многие понимали, что не будь несправедливого приговора, не было бы и несчастий, вызванных Алкивиадом. Когда Алкивиад на народном собрании рассказал о своих злоключениях и о перспективах борьбы с врагом, его увенчали золотыми венками и избрали стратегом с неограниченными полномочиями на суше и на море. Он приобрел авторитет, проведя священную процессию до Элевсина и обратно вблизи спартанских войск, занимавших Декилею. Многие бедняки даже предлагали провозгласить его тираном, что встревожило влиятельных граждан, торопивших выход Алкивиада в море.

Алкивиад с сотней подготовленных кораблей напал первоначально на Андрос, победил его защитников, но не взял город, что позднее поставили ему в вину. Не получая денег от Афин, флотоводец был вынужден добывать их у персидского царя Кира или у покоренных провинций. Когда он отправился собирать дань с Карий, то оставил вместо себя Антиоха, запретив сражаться с неприятельским флотом, даже если тот попадется на пути. Однако Антиох пренебрег запретом, пошел к Эфесу, вызвал на бой спартанского стратега Лисандра, который разбил афинский флот, захватил много судов и людей. Вернувшись на Самос, Алкивиад со всем флотом вызвал Лисандра на бой, но тот удовольствовался одержанной победой.

Враги обвинили Алкивиада в злоупотреблениях. Поверившее им народное собрание избрало других стратегов. Эти стратеги, Тидей, Менандр и Адимант, основав стоянку при Эгоспотамах, несколько дней вызывали Лисандра на бой. Алкивиад, воевавший поблизости на свой страх и риск с фракийцами, попробовал предостеречь стратегов, но его не послушались. Флотоводец утверждал, что в силах заставить неприятеля вступить в морское сражение или покинуть корабли. Однако Лисандр разгромил афинский флот, перебил 3000 пленных. Вскоре он взял Афины, истребил флот и разрушил Длинные стены.

Так как в Греции властвовали его враги спартанцы, Алкивиад бежал в Вифинию, но, ограбленный фракийцами, был вынужден отправиться к персидскому царю Артаксерксу. Афиняне вновь раскаивались в том, что не доверяли флотоводцу. Спартанцы, понимая опасность, какую представляет Алкивиад, решили убить его и выполнили свой замысел с помощью персов.

Так вполне закономерно завершилась жизнь выдающегося воителя, который свою славу и жизнь ставил выше, чем благополучие отечества. Тем не менее уже многие столетия его имя не покидает страниц энциклопедий, вспоминающих флотоводца — победителя в нескольких сражениях.

Материалы сайта "Величайшие личности и события в мировой истории"
Forgotten вне форума Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Lejito (02.01.2011), Natali (21.09.2011)
Старый 23.12.2008, 05:22   #92
Forgotten
Пущен по доске
Капитан 2-го ранга
Человек года - 2010
Guardian Of Asgard
Гаваньский редактор
 
Регистрация: 15.02.2008
Сообщений: 6,240
Нация: Пираты
Пол: Женский
Офицеры
Репутация: 1081

Награды пользователя:

По умолчанию Хуан Австрийский

Хуан Австрийский

Случалось, что человек, не имевший большого морского опыта, однако умный и решительный, входил в историю именно как флотоводец. Такова была и судьба дона Хуана Австрийского. В Кипрской войне 1570—1573 годов, направленной против турок, дон Хуан возглавил объединенный флот «Священной лиги», в которую вошли Испания, Венеция, Генуя и суда папы римского. Благодаря престижу королевского имени и энтузиазму он смог скоординировать цели адмиралов лиги и соединить флоты в единую силу.

Спойлер:
Дон Хуан родился 24 февраля 1547 года в Регенсбурге, в Германии. Он был незаконным сыном римского императора Карла V и сводным братом короля Испании Филиппа II. Отнятый в раннем детстве у матери, дочери бюргера, он воспитывался при испанском дворе. После смерти Карла по завещанию отца Филипп II Испанский, относившийся к мальчику по‑братски, признал его законным, представил двору и дал в 1559 году имя дон Хуан Австрийский. Предполагали, что он пойдет по церковной стезе. В 1561—1564 годах дон Хуан учился в университете Алькала, но больше увлекался военным делом. В 1564 году он поступил на морскую службу, в следующем — участвовал в освобождении Мальты от турок. В 1568 году в звании капитан‑генерала — командующего эскадрой — дон Хуан выступил против берберских корсаров. В марте следующего года его назначили главнокомандующим испанских сил, пытавшихся покорить морисков (христиан мавританского происхождения) в Гренаде.

Тем временем турки отвоевывали один за другим острова, принадлежавшие Венеции. В 1570 году турецкие войска угрожали Кипру. Против них летом собрались в Кадиксе превосходящие силы Венеции, Испании и папы римского, насчитывавшие 197 галер, 1300 орудий, 48000 матросов и 16000 солдат. Однако союзники медлили, позволив туркам осенью овладеть Никосией и осадить Фамагусту, и, не приняв серьезных мер, на зиму вернулись в свои порты. Только небольшой отряд Кирини отогнал 12 турецких галер от Кипра. Обойдя берега острова, венецианцы истребили возведенные турками укрепления, но не имели сил деблокировать Фамагусту и вернулись на Крит.

Благодаря дипломатическим усилиям папы к кампании 1571 года была организована «Священная лига», в которой Испания брала на себя половину военных расходов, Венеция — треть, а папа — одну шестую. Подготовка флотов началась уже ранней весной. Так как принцы Анжуйский и Савойский отказались принять командование соединенным флотом, было решено назначить 24‑летнего дона Хуана Австрийского. К 1571 году тот имел блестящую репутацию как самый храбрый, благородный и умный военачальник, который внимательно выслушивал советы и извлекал из них пользу, принимал твердые решения.
Уже в марте 1571 года 30 турецких галер прибыли на Родос, преграждая путь к Кипру. В мае на острове были сосредоточены 250 галер и армия из 80000 человек. Не дожидаясь падения Фамагусты, Али‑паша с флотом и частью войск 13 июня появился у острова Милос, а затем у Крита. Однако усиленный до 60 галер отряд Кирини укрылся в укрепленном порте Канея. Турки высадились, разорили остров, но после перестрелки с гарнизоном отправились далее. Пока турки совершали набеги на острова и порты, союзники соединились в Мессине. С другой стороны, прибывший в Лепанто с флотом Али‑паша получил ираде (указ) султана атаковать союзный флот.

К этому времени союзники в Мессине ожидали главнокомандующего, который прибыл 24 августа, совершив переход из Неаполя за двое суток. Сделав смотр флотам, дон Хуан разработал организацию сил и дал подробные инструкции относительно походного и боевого строя. В бою 200 галер развертывались в строй фронта на ширину около 5 миль, причем так плотно, чтобы между судами не могли пройти неприятельские галеры. Расстояние между эскадрами составляло четыре ширины галер. 6 галеасов выстраивали впереди галер и размещали на них по 100 аркебузиров. Каждая эскадра отличалась цветом вымпелов (синий, зеленый, желтый и белый — для резерва). В походе дозор выдвигали вперед на 20 миль днем и на 8 — ночью. Арьергард держался в миле от главных сил. Был назначен начальник тыла для помощи отстающим судам; эту должность по очереди выполняли командиры арьергарда. Галеасы составляли отдельный отряд, а грузовые нефы были выделены из построения, чтобы не задерживать перемещений.

26 сентября соединенный флот прибыл в Корфу. Узнав от высланных на разведку галер о том, что турки отделили 60 галер, дон Хуан хотел этим воспользоваться. Сначала он должен был пополнить запасы провизии на нефах путем реквизиций. 30 сентября флот перешел в бухту Коменица. Отправив людей на берег за провиантом, главнокомандующий развернул галеры вдоль берега носами в сторону входа; галеасы оберегали вход в бухту, а в море дежурили патрульные суда. Дон Хуан знал, что турки в Лепанто, хотя и не ведал их численности. С другой стороны, турецкие разведывательные суда преуменьшили численность союзников. На турецком военном совете некоторые предлагали Али‑паше отказаться от боя и идти в Дарданеллы, рассчитывая, что осенью союзники к проливам не пойдут. Они опасались преимущества христиан в боевой подготовке, вооружении и снаряжении: аркебузы против луков, стальные доспехи. Молодой и храбрый турецкий главнокомандующий, игнорируя трудности, решил выполнить приказ султана.

3 октября 1571 года союзники вышли из Коменицы и 4 октября заняли порт Петала в заливе Аспро‑Потамос, запирая турецкий флот. Они решили отомстить за взятие Кипра. Турецкий флот тем временем вышел из Лепанто и 6 сентября перешел в бухту Галата. Высланный на разведку Кара‑Джали не смог подойти близко к союзникам, но сообщил, что их численность меньше, чем думали ранее.

Утром 7 октября 1571 года противники увидели друг друга. Союзники располагали 6 галеасами и 203 галерами. В сражении дон Хуан возглавил центр, тогда как левым флангом (53 галеры) командовал венецианец Барбарелло, а правым из 50 галер — генуэзец А. Дориа. На судах было до 80000 человек, в том числе 25000 солдат, вооруженных аркебузами. Венецианские галеасы были выдвинуты вперед, а позади центра, под командованием испанского адмирала Санта‑Круса и сицилийского капитана Кардоны, был построен резерв (38 галер). Противостоящий турецкий флот включал до 230 галер и 66 галиотов. Али‑паша построил суда традиционным полумесяцем. Его центр составили 91 галера, 5 галиотов, за которыми следовал резерв (5 галер, 25 галиотов). Левый фланг (61 галера, 33 галиота) возглавлял алжирец [Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться], правый (53 галеры, 3 галиота) — османский наместник в Александрии Мехмет‑Сирок‑бей (Сирокко). Из 25000 янычар только 2500 имели аркебузы, остальные были вооружены луками.
Дувший с утра свежий ветер к 11 часам стих. По сигналу дон Хуана (зеленый квадратный флаг на мачте) союзный флот начал строиться в боевой порядок. Главнокомандующий отказался от сбора совета, сказав: «Теперь время советов прошло, и надо сражаться». Были заряжены пушки, гребцы раскованы и получили вино. Сам дон Хуан с секретарем Жуаном Сото на самой быстроходной галере обошел боевой строй, воодушевляя команды. Он приказал поторопить медленное построение союзников. Тем временем турки быстро развернулись в порядке и наступали.

Сражение началось в полдень. Огонь с галеасов, сосредоточенный на галерах Али‑паши и соседних, вызвал первоначально замешательство, но турецкий главнокомандующий личным примером восстановил порядок. Турецкие галеры прошли мимо галеасов, которые в бою более участия не принимали. Ядра турецких пушек давали все время перелеты, суда их пострадали от огня галеасов. Тем не менее турки вели бой решительно. Когда командовавший правым флангом союзников Дориа, опасаясь обхода, обрушился на самый левый фланг врага, за ним вправо подался и центр. Между центром и левым флангом образовался разрыв. Командовавший правым турецким флангом Сирокко ввел свои легкие суда в этот разрыв. Турки обошли левый фланг союзников и со стороны берега, окружив Барбарелло со всех сторон. На помощь пришла часть венецианской эскадры, которая решительным натиском отбросила правый фланг турок. Большая часть турецких судов выбросилась на берег, 30 галер было взято в плен.

Дориа, заметив намерение Улудж‑Али обойти его, оторвался от центра и пошел к югу. Улудж‑Али атаковал его галеры, но на помощь Дориа подошли галеры Санта‑Круса, а затем и центра.

В центре два корабля дон Хуана сцепились с кораблями капудан‑паши. Завязалась рукопашная схватка, длившаяся час. Турки не успели помочь своему флагману: Али‑паша пал в бою от пули. Его корабль взял дон Хуан, поднял на нем свой флаг, а голову капудан‑паши вздели на копье. Турецкие галеры гибли одна за другой.

Левый фланг долго сопротивлялся Андреа Дориа, но, зная о трудном положении центра, турки направились на помощь капудан‑паше. Однако прибытие Андреа Дориа к месту боя стало решающим. Улудж‑Али скрылся под покровом ночи. Турки потеряли 225 судов; из них 94 прибились к берегу и были сожжены, а остальные достались союзникам с 117 большими и 556 малыми пушками. Было пленено 3600 турок и освобождено 15 тысяч христиан. Потери членов лиги составили всего 15 галер и 8000 убитых. В значительной мере благодаря твердости и решительности дона Хуана была одержана решительная победа. Гегемония турецкого флота на Средиземном море пала.

Сражение при Лепанто стало последним крупным сражением гребных флотов на Средиземном море.

Осенью 1573 года дон Хуан Австрийский командовал экспедицией по отвоеванию Туниса у турок. Поход завершился занятием северной части страны. Полководец намеревался стать правителем отдельного королевства, однако этому воспротивился сводный брат — король Испании Филипп II. До 1576 года дон Хуан был генерал‑викарием Милана, Неаполя, Сицилии.

В 1576 году дон Хуана назначили генерал‑губернатором Нидерландов, открыто выступивших против испанского господства. Он сначала отказался от этого трудного поста. Потом принял его только на том условии, что ему позволят вторгнуться в Англию и жениться на Марии Стюарт, королеве Шотландии, тогда пленницы Англии. В Нидерландах он заключил «Бессрочный эдикт» с голландскими повстанцами (февраль 1577 г.), по которому в обмен за его признание как генерал‑губернатора и реставратора католической религии испанские войска должны были быть выведены оттуда. Провинции Голландия и Зеландия не согласились на возврат католицизма и отказались признать власть Испании. Тогда дон Хуан ввел в действие войска и завершил войну взятием Намюра.
В Нидерландах дон Хуан проявил себя как незаурядный военачальник и дипломат. Но в последние месяцы его действия были стеснены недостатком средств из‑за недоверия короля.

Умер флотоводец во время эпидемии чумы октября 1578 года в Бурже около Намюра. В историю он вошел как победитель при Лепанто, которая открыла эру побед христианских флотов над мусульманскими.

Подробнее о битве при Лепанто с участием Хуана Австрийского читайте [Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться]


Материалы сайта "Величайшие личности и события в мировой истории"

Последний раз редактировалось BronuiN; 02.04.2010 в 16:23. Причина: добавлена ссылка
Forgotten вне форума Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Lejito (02.01.2011), Natali (21.09.2011)
Старый 24.12.2008, 07:31   #93
Forgotten
Пущен по доске
Капитан 2-го ранга
Человек года - 2010
Guardian Of Asgard
Гаваньский редактор
 
Регистрация: 15.02.2008
Сообщений: 6,240
Нация: Пираты
Пол: Женский
Офицеры
Репутация: 1081

Награды пользователя:

По умолчанию Карл Дёниц

Карл Дёниц

Адмирал Дёниц создавал подводный флот Германии и тактические приемы, позволившие германским подводникам поставить под угрозу транспортные перевозки Англии и США.


Спойлер:
Дёниц родился 16 сентября 1891 года в Грюнау, недалеко от Берлина. Младший сын инженера‑оптика Эмиля Дёница из фирмы Карла Цейса в Йене, он рано остался без матери. После гимназии и реального училища юноша в 1910 году поступил в Имперское военно‑морское училище в Киле. В 1912 году его перевели в военно‑морское училище в Мюрвике, затем для окончания обучения назначили вахтенным офицером легкого крейсера «Бреслау» и осенью 1913 года произвели в лейтенанты. Во время Балканского кризиса «Бреслау» участвовал в блокаде Черногории. К началу мировой войны крейсер находился на Средиземном море, с отрядом Сушона прорвался на Черное море и вошел в состав турецкого флота. Когда в июле 1915 года «Бреслау» подорвался на русской мине у Босфора и встал на ремонт, лейтенант в качестве летчика и воздушного наблюдателя участвовал в боевых действиях у Галлиполи. В феврале 1916 года его произвели в обер‑лейтенанты, а летом послали переучиваться на подводника.

С 1 октября 1916 по январь 1917 года Дёниц проходил подготовку в Германии. Затем его направили на Адриатическое море. На подводной лодке U‑39 капитан‑лейтенанта Вальтера Фольстмана Дёниц хорошо себя зарекомендовал и был откомандирован в Киль на курсы командиров подводных лодок. В январе 1918 года его назначили командовать на Средиземном море UC‑25, минным заградителем, который можно было использовать и в торпедном варианте. В первом походе молодой командир потопил пароход, затем проник на рейд порта Аугуста (Сицилия) и торпедировал итальянский угольщик. На обратном пути лодка села на мель, и пришлось просить помощи австрийцев. Тем не менее кайзер наградил моряка орденом Дома Гогенцоллернов. После ремонта в июле Дёниц поставил мины у острова Корфур и торпедами атаковал 4 судна, из которых одно выбросилось на берег, а другие, вероятно, потонули. Наблюдать их гибель моряк не мог: приходилось уходить от эскорта, которым англичане сопровождали конвои.

В награду за успешное крейсерство Дёница назначили командовать более современной UB‑68. 4 октября 1918 года командир атаковал британский конвой, потопил транспорт «Упэк», но при погружении из‑за неопытности экипажа лодка провалилась на глубину свыше предельной. Дёниц приказал продуть цистерны, поставить рули в горизонтальное положение и дать ход. Лодку выбросило на поверхность в центре конвоя, где ее атаковали британские эсминцы. Погрузиться не удалось (кончился сжатый воздух). Обер‑лейтенант приказал экипажу оставить лодку и затопить ее. Большинство экипажа подобрали английские корабли.

Чтобы быстрее вернуться на родину, попавший в лагерь для офицеров в Ридмайере у Шеффилда Дёниц симулировал сумасшествие настолько натурально, что лагерное начальство поверило и репатриировало его. В июле 1919 года обер‑лейтенант вернулся в Германию и служил на военно‑морской базе в Киле. Дёниц оказался одним из немногих прежних офицеров, остававшихся на небольшом немецком флоте, существовавшем в дозволенных Версальским договором пределах. Так как договор запрещал Германии иметь подводные лодки, в 1920 году Дёниц стал командиром миноносца T‑157 в Свинемюнде (Померания), в 1921 году был произведен в капитан‑лейтенанты. Через два года он вернулся в Киль экспертом минно‑торпедно‑разведывательной инспекции, участвовал в разработке новой глубинной бомбы.

Осенью 1924 года, после окончания курсов штабных офицеров, Дёница направили в Берлин. Он участвовал в разработке нового военно‑морского устава и положения о воинских преступлениях. В 1928 году Дёниц продолжил службу штурманом крейсера «Нимфе» на Балтике, в ноябре был назначен командиром 4‑й миноносной полуфлотилии. Располагая 4 миноносцами, моряк на маневрах отрабатывал тактические приемы, подобные последующим действиям подводных лодок. На осенних маневрах он отличился, «разгромив» конвой условного противника, и обратил на себя внимание контр‑адмирала Вальтера Гладиша, который руководил тайной подготовкой подводной войны. С конца 1930 по 1934 год Дёниц служил в Вильгельмсхафене, занимался внутренней безопасностью. В начале 1933 года командированный в британские и голландские колонии моряк побывал на Мальте, Красном море, в Индии, на Цейлоне, в Батавии на Яве, в Сингапуре. В октябре его произвели в фрегаттен‑капитаны. В 1934 году Дёниц совершенствовал английский язык в Англии, а по возвращении стал командиром легкого крейсера «Эмден».

После прихода к власти Гитлера с его планом немедленного начала военно‑морской экспансии Дёниц вернулся в подводный флот. 1 февраля 1935 года фюрер приказал начать строительство подводных лодок, через 6 недель отказался соблюдать статьи Версальского договора. 8 июня Дёница назначили «фюрером подводных лодок». Он возглавил 1‑ю подводную флотилию, которая к сентябрю насчитывала 11 малых подводных лодок. 1 октября моряка произвели в капитаны цур зее.

Опираясь на собственный опыт, а также на зарубежные труды по стратегии подводного флота, Дёниц по сути создал немецкую теорию ведения подводной войны. Он сам руководил конструированием подводных лодок, заботился о совершенствовании двигателей, писал руководства по обучению моряков‑подводников. У него были две основные военные концепции. Во‑первых, Дёниц убеждал вышестоящих начальников, что главной целью подводных лодок должны быть не военные, а торговые суда, чтобы нарушать снабжение противника. Вторая концепция, сыгравшая особенно значительную роль в ведении подводной войны, сводилась к тому, что подводники должны действовать устойчивыми группами, которые Дёниц называл «волчьи стаи». По его настоянию началась постройка подводных лодок 7‑й серии, пригодных для действий в океане. Деятельность Дёница поддерживал командующий флотом Ральф Карле. Однако адмирал Редер, сторонник крейсерской войны против Великобритании, писал отрицательные резолюции на записках Дёница, утверждавших, что подводные лодки способны выиграть войну.

Дёниц поставил целью создать флот из 300 лодок, но эту работу замедляла ограниченность ресурсов стали, на которые претендовали также обычный флот и армия. К началу Второй мировой войны у Дёница было всего 56 лодок, из которых меньше половины могли вести боевые действия в Атлантическом океане. Тем не менее уже к концу сентября потери союзного тоннажа достигли 175 тысяч тонн, а U‑47 Гюнтера Прина по плану Дёница в ночь на 14 октября потопила линкор «Ройал Оук» в гавани Скапа Флоу. Встречавший лодку гросс‑адмирал Редер прямо на пирсе произвел Дёница в контр‑адмиралы.

Верфи выпускали лишь 2 подводные лодки в месяц. Не вернувшиеся из похода субмарины нечем оказалось заменить. В октябре потопленный тоннаж составил 125 тысяч тонн, в ноябре — 80 тысяч тонн и в декабре — 125 тысяч тонн. Общие потери судов союзников составили до 31 марта 1940 года 343610 тонн, что Великобритания, располагавшая тоннажем в 24 млн. тонн и спускавшая 200 тысяч тонн судов ежемесячно, могла выдержать. Использование подводных лодок в норвежской операции и неполадки со взрывателями торпед уменьшили в апреле потопленный тоннаж до 80 тысяч тонн. Только когда после падения Франции подводные лодки Дёница стали выходить из французских портов, время их боевого патрулирования увеличилось и резко возрос уничтожаемый тоннаж, составив за 7 месяцев 343 судна водоизмещением 1 млн. 754 тыс. 501 тонна, что уже начало угрожать безопасности Великобритании, которая не успевала компенсировать потери.

В августе 1940 года вице‑адмирал Дёниц перенес штаб‑квартиру в Париж, откуда было удобнее руководить подводниками. Он вел скромную, размеренную жизнь, заботился о быте моряков, встречал их после походов, давал возможность отдохнуть и снять нервное напряжение, за что его любили и называли «Папа Карл» или «Лев».
Лишь к концу 1940 года число выпускаемых ежемесячно подводных лодок возросло с 2 до 6. На 1 сентября 1941 года еще насчитывалось только 57 подводных лодок, считая негодные. Англичане же организовали охрану конвоев, начали использовать противолодочные самолеты дальнего действия, и потери германских подводников стали расти.

Дёниц полагал, что войну можно выиграть, если топить суда большим тоннажем, чем противник в силах строить. Он упорно сопротивлялся предложению Гитлера часть подводных лодок перевести в Средиземное море, ибо знал, что они не смогут вернуться из‑за сильных западных течений в Гибралтарском проливе. Когда все же пришлось 10 субмарин направить на Средиземное море, это ухудшило возможность проведения операций в Атлантике. Тем не менее подводники и другие военные силы топили судов больше, чем строили канадские и британские верфи.

Объявление Гитлером войны США после Пёрл‑Харбора резко ухудшило положение Германии, ибо германский флот не был в состоянии справиться с мощью американской промышленности. Тем не менее, Дёниц сделал все, что возможно, для усиления сопротивления. Сфера деятельности немецкого подводного флота расширилась. Американцы не продумали систему защиты своего судоходства. Уже 15 января 1942 года Дёниц приказал уничтожать американские суда у берегов Америки; к 10 мая были потоплены 303 судна (2015252 тонны). Но в июле американцы начали формировать конвои. Отправка части лодок к берегам Норвегии в начале 1943 года привела к тому, что у американских берегов одновременно действовали лишь 10—12 субмарин. Дёниц чувствовал свое бессилие, и Гитлер в утешение произвел его в марте 1942 года в адмиралы. Когда Редер оставил службу, Гитлер 30 января 1943 года назначил Дёница главнокомандующим кригсмарине с чином гросс‑адмирала. Сверх того, моряк продолжал отвечать за развитие немецкого подводного флота на новом этапе войны. Теперь преимущество на море и на суше перешло к союзникам. Подводные лодки стали обнаруживать с помощью радаров, союзники научились раскрывать немецкие шифры и определять места расположения «волчьих стай».

Дёниц переехал в Берлин. Он отговорил Гитлера от истребления надводного флота и старался использовать корабли, чтобы препятствовать хотя бы части кораблей английского флота. Но все же он больше продолжал руководить действиями подводников, которыми теперь командовал адмирал Эберхард Гот. В марте 1943 года «волчьи стаи» потопили 120 судов (627300 тонн), потеряв 11 лодок, и Гитлер наградил гросс‑адмирала Дубовыми листьями к Рыцарскому кресту. Но потери подводников росли из‑за действий корабельной и базовой авиации американского и английского флотов на выходившие в море и возвращающиеся лодки. В мае германские подводники потопили 56 судов, но и сами лишились 41 субмарины.

В последние годы войны Дёниц старался строить как можно больше подводных лодок и использовать их в районах, где операции были менее опасны, но приводили к хорошим успехам (Карибское море, район Азорских островов). Он торопил развитие научных исследований, пытался противопоставить усилиям союзников шноркели, позволявшие подводным лодкам заряжать аккумуляторные батареи под водой. Продолжалось усовершенствование двигателей и торпедных систем. Но лодки 21‑й серии, способные, по мнению главнокомандующего добиться победы, начали вступать в строй слишком поздно. Немецкие подводники, которые почти выиграли битву за Атлантику в 1942 году, в следующем — уже не смогли эффективно ограничить грузопотоки через океан. Они стали топить меньше торговых судов, чем теряли лодок. Неудачей и большими потерями окончилась попытка атаковать союзные силы, осуществлявшие высадку в Нормандии. Дальнейшие попытки массированно использовать субмарины уже не могли принести успех. Из 820 лодок, участвовавших в «битве за Атлантику» с 1939 года погибли 781, из 39 тысяч подводников — 32, главным образом в конце войны.
Несмотря на поражения германских войск, Дёниц оставался сторонником Гитлера, оправдывал все его решения и временами выступал с пропагандистскими заявлениями в духе Геббельса. Он присутствовал на последнем дне рождения Гитлера. Видимо, потому фюрер перед смертью и назначил Дёница своим преемником в должности канцлера. 2 мая гросс‑адмирал обосновался в кадетском корпусе в Мюрвике под Фленсбургом, старался быстрее прекратить войну с Западом и как можно больше немцев вывезти морем из зоны советского влияния. 23 мая 1945 года он был арестован. При проверке интеллектуального коэффициента его индекс составил 138, приближаясь к индексу гения.

Как преемник Гитлера Дёниц предстал перед судом. Союзные эксперты признавали, что американский флот вел тотальную подводную войну с самого начала и что потопление нейтральных судов в зоне, объявленной опасной, не является преступлением. Судья признал невиновность Дёница по всем пунктам обвинения. Сам гросс‑адмирал ссылался на то, что действовал по приказу. В конце концов он получил 10 лет тюремного заключения — самый мягкий из вынесенных в Нюрнберге приговоров. Срок он отбывал в Шпандау. После освобождения 1 октября 1956 года Дёниц выхлопотал адмиралтейскую пенсию и жил с супругой в достатке. После смерти 2 мая 1962 года жены он жил в Аумюле один. Почти все время моряк посвятил писательской деятельности, написав книги «10 лет и 20 дней» (1958), «Моя захватывающая жизнь» (1968), «Германская военно‑морская стратегия во Второй мировой войне» (1968). Он скончался 24 декабря 1980 года в Аумюле и 6 января 1981 года был похоронен. При погребении присутствовали ветераны — товарищи по оружию.

Материалы сайта "Величайшие личности и события в мировой истории"
Forgotten вне форума Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Lejito (02.01.2011), Natali (21.09.2011)
Старый 24.12.2008, 07:31   #94
Forgotten
Пущен по доске
Капитан 2-го ранга
Человек года - 2010
Guardian Of Asgard
Гаваньский редактор
 
Регистрация: 15.02.2008
Сообщений: 6,240
Нация: Пираты
Пол: Женский
Офицеры
Репутация: 1081

Награды пользователя:

По умолчанию Дэвид Глазго Фаррагут

Дэвид Глазго Фаррагут

Первый адмирал на флоте США, Фаррагут прославился не столько действиями в открытом море, сколько смелыми операциями на реках и в узких проходах.

Спойлер:
Дэвид Глазго был вторым сыном Георга Фаррагута, испанского выходца с острова Менорки, который в 1776 году эмигрировал в Америку, служил майором кавалерии в Теннесси, а затем командовал канонерской лодкой в дельте Миссисипи. Морскую службу десятилетний мальчик начал под покровительством моряка Дэвида Портера. Тот взял будущего флотоводца на борт своей канонерской лодки. После возвращения из плавания он представил мальчика секретарю флота Гамильтону, который 17 декабря 1810 года выдал мальчику, которому было всего 10 с половиной лет, патент на чин мичмана. Некоторое время Дэвид Глазго учился в школе, ожидая выхода в море. В 1811 году он поступил на корвет «Эссекс», которым командовал Портер. После начала войны с Великобританией в 1812—1813 годах «Эссекс» захватил несколько призов в Атлантике и на Тихом океане. Фаррагуту Портер поручил командование матросами на одном из 5 судов‑призов, которые следовало доставить в Вальпараисо. Мичман блестяще справился с первым командованием. Однако 28 февраля 1814 года английский фрегат атаковал на рейде Вальпараисо корвет, который после 2‑часового боя спустил флаг. Это был самый кровопролитный бой за всю жизнь Фаррагута. Поведение Фаррагута в бою заслуживало особой похвалы.

После возвращения в США Фаррагут некоторое время обучался в школе, в 1814—1819 годах участвовал в крейсерстве по Средиземному морю на различных кораблях, был произведен в лейтенанты. Через год он вернулся в США и выдержал экзамен на этот чин. В 1822—1823 годах молодой офицер служил в Мексиканском заливе на эскадре малых судов, которая была создана по предложению Портера для борьбы с пиратством. Вернувшись в США, лейтенант женился и два года лечился от последствий длительных плаваний.

В 1825 году моряк ходил на Средиземное море на фрегате «Брэндивайн», отвозившем во Францию Лафайета. Два года затем он учился в Йельском колледже. В 1828 году лейтенант командиром корвета крейсировал у берегов Бразилии, после чего три года на берегу лечился от болезни глаз. В 1832—1834 годах он вновь ходил у берегов Северной Америки и Бразилии, из‑за болезни жены четыре года провел на берегу. В 1838 году его назначили командиром корвета «Эри». Наблюдая за действиями французской эскадры в войне с Мексикой, Фаррагут представил подробный отчет о виденном. В частности, он отметил важность пароходов и эффективность действий разрывных снарядов, указывал на преимущества французского кораблестроения.
Моряк вернулся к жене. Через год та скончалась после 16‑летней болезни. Вскоре Фаррагут отправился в море на корабле «Делавэр», в сентябре 1841 года был произведен в капитаны 2‑го ранга, в 1842 году стал командиром корвета «Декатур». В апреле 1844 года моряка назначили старшим офицером 120‑пушечного корабля «Пенсильвания», но вскоре перевели на береговую службу в порт. Перед началом и в ходе войны с Мексикой он просил послать его в Мексиканский залив, с которым был хорошо знаком, но безуспешно. Только в феврале 1847 года, через год после начала войны, Фаррагута назначили командиром корвета «Саратога». Однако флот не участвовал в боевых действиях, и капитан 2‑го ранга, вступивший в конфликт с начальником эскадры, больной лихорадкой, вернулся в США. Через два года моряка вызвали в Вашингтон, где он полтора года работал над составлением морского артиллерийского устава и слушал лекции в Смитсонианском институте.

С началом Крымской войны Фаррагут предложил отправить его в Крым, чтобы американцы могли получить представление о современной морской войне. Однако Морской департамент ограничился благодарностью моряку за предложение. Фаррагута в 1854 году назначили командиром нового порта Мэр‑Айленд в 30 милях от Сан‑Франциско. Успешно выполнив задачу, в июле 1858 года капитан 1‑го ранга (тогда высшее звание во флоте США) вернулся в Вашингтон, в 1858—1859 годах командовал новым фрегатом «Бруклин», на котором крейсировал в Вест‑Индии, у берегов Мексики и возвратился в Норфолк.

В апреле 1861 года южане захватили форт Самтер. Фаррагут открыто поддержал президента Линкольна, объявившего мобилизацию против раскольников, и был вынужден пробираться с семьей из Норфолка на Север. Однако в Нью‑Йорке офицеру‑южанину не очень доверяли. Его назначили в комиссию по увольнению непригодных к службе офицеров.

Когда помощник секретаря флота Густав Фокс, сам послуживший на море, задумал атаку Нового Орлеана, он после раздумий пригласил командующим Фаррагута. Были выделены 10—15 тысяч войск и значительная эскадра. Сам Фаррагут брался овладеть городом даже с меньшими силами. 9 февраля его назначили начальником эскадры для блокирования западной части Мексиканского залива. По готовности моряку следовало со всеми кораблями, не нужными для целей блокады, подняться по реке, овладеть защищавшими Новый Орлеан фортами и затем самим городом, используя артиллерию кораблей. Свой флаг Фаррагут поднял на новом корвете «Хартфорд». 2 февраля 1862 года корвет вышел с Хэмптонского рейда и через две с половиной недели прибыл к острову Шип, где была создана передовая база. Сюда собирались и остальные суда эскадры, состоявшие из 8 паровых корветов, нескольких пароходов для буксирования мортирной флотилии и 9 канонерских лодок. Корабли несли в общей сложности 154 пушки, в том числе 135 — 32‑фунтового и большего калибра.

Не веря в опасность со стороны, хорошо защищенной фортами и батареями, командование южан ожидало нападения с севера и даже выдвинуло туда часть сил и построенные в Новом Орлеане корабли‑тараны. Появление эскадры, 7 апреля вступившей в реку после преодоления бара, явилось неожиданностью.

С 18 по 24 апреля мортирные суда бомбардировали форты, не добившись большого эффекта и лишь ослабив бдительность южан. Тем временем две канонерские лодки смогли порвать цепи, соединявшие суда и бревна, преграждавшие путь по реке. С кораблей Фаррагута свезли на берег лишний рангоут, чтобы силуэты стали меньше. Борта в районе жизненно важных частей прикрыли от снарядов цепями, а изнутри — койками и мешками с песком. Суда обмазали речным илом, сделав менее заметными в темноте, а палубы выкрасили в белый цвет, чтобы лучше различать ночью предметы на ней.

Прорыв происходил в ночь на 23 апреля. За два часа до восхода луны суда начали строиться и двигаться по реке. Первым шел в кильватерной колонне отряд капитана 2‑го ранга Бейли, за ним — отряд Фаррагута.
Головная канонерская лодка «Кайюга» под флагом Бейли не была замечена дозорами, пока не оказалась против форта Джексон, и подверглась обстрелу, получив 42 попадания. Вскоре она вышла из сферы огня, тогда как мортирные суда Портера обстреливали батареи, а большие суда (корветы «Пенсакола», «Миссисипи» и «Онейда») двигались медленнее, прикрывая прорыв меньших судов. Выйдя из сферы обстрела фортов, «Кайюга» встретила 11 неприятельских канонерских лодок, перестроенных из речных судов. Однако только на двух из них были морские офицеры, которые пытались атаковать таранами и артиллерией корабли северян. Благодаря решительным действиям моряков все 11 импровизированных канонерок и сопровождавшие их невооруженные буксиры и пароходы были взяты янки.

Уклоняясь от атаки брандера, флагманский фрегат приткнулся к мели под огнем форта Сент‑Филипп. Кроме града снарядов, пришлось гасить пламя от брандера. В этот критический момент Фаррагут сохранял спокойствие и наблюдал за ходом боя.

Вслед за «Хартфордом» «Бруклин» и «Ричмонд» с 2 канонерками прошли мимо неприятельских укреплений. Из шедших за ними канонерок прошла одна, а 3 отстали. «Итака» из‑за попадания в котел потеряла ход и была унесена течением. Единственное переделанное из купеческого судно «Варуна» стало и единственным, погибшим в бою. Два корабля южан обстреляли, таранили «Варуну», которая направилась с повреждениями к берегу и затонула. Однако вскоре корвет «Онейда» заставил оба корабля южан выброситься на берег.

Пройдя линию фортов, Фаррагут сообщил генералу Батлеру, что он может начинать высадку. 24 апреля моряки отдыхали. Рано утром эскадра продолжила движение вверх по реке, легко преодолела сопротивление батарей из линии обороны Нового Орлеана и вышла к городу, в котором царила паника. Один из недостроенных мониторов, «Миссисипи», пылая, плыл по течению. Второй монитор, «Луизиана», также не был готов, иначе два этих сильных судна могли помешать Фаррагуту. Теперь же он беспрепятственно встал у стен города и послал парламентеров. Горожане отказывались поднять флаг США. Флагман не хотел обстреливать город, но не имел достаточных сил, чтобы занять его десантом. Однако 28 апреля гарнизоны фортов Джексон и Сент‑Филипп сдались. Высадив на берег десантный отряд, Фаррагут занял важнейшие пункты Нового Орлеана.
Предприятие Фаррагута придало авторитет Североамериканским Соединенным штатам и отвратило Францию и Англию, бывших на стороне южан, от выступления в их пользу.

4 июня Фаррагут сдал Новый Орлеан генералу Батлеру и, в соответствии с предписанием Морского департамента, направился вверх по реке. Несмотря на то что река обмелела, северяне двигались за неприятельской флотилией с целью взять Виксбург. 18 июня эскадра собралась ниже города, через неделю Портер начал обстрел неприятельских батарей с 17 мортирных судов и 27 июня доложил, что готов прикрывать прорыв. В ночь на 28 июня этот прорыв начался и, несмотря на удачно расположенные неприятельские батареи, завершился успешно. К утру большинство эскадры из 3 фрегатов, 2 корветов и 6 канонерских лодок при поддержке мортирных судов почти без повреждений миновали батареи, артиллеристы которых взяли слишком большое возвышение.

Получив сведения о понижении уровня воды в Миссисипи, Морской департамент дал указание Фаррагуту возвращаться к устью с возможно меньшими потерями. 20 июля моряк выполнил этот приказ и увел эскадру к Новому Орлеану; попутно его корабли истребили броненосный таран южан «Арканзас».

Оставив действия на реке, Фаррагут перевел эскадру в Пенсаколу. Перед уходом из Нового Орлеана он получил приказ от 16 июня 1862 года о производстве его среди трех первых капитанов 1‑го ранга в контр‑адмиралы и по возрасту оказался первым адмиралом США. За 3 месяца боевых действий эскадра Фаррагута овладела всем побережьем и портами, кроме Мобильской бухты, которую она блокировала.
В кампанию 1863 года адмирал намечал перехватить линию снабжения южан продовольствием из Техаса, однако собирался подняться по Миссисипи в район между Виксбургом и Порт‑Хадсоном, где действовала флотилия контр‑адмирала Портера, только после получения поддержки армии. В середине марта он во взаимодействии с армией наметил прорыв мимо Порт‑Хадсона. Для безопасности судов он их соединил бортами попарно, в сторону неприятельских батарей развернув более сильные. Так как войска задержались, прорываться пришлось без помощи с суши. В ночь на 15 марта флагман с 2 кораблями прошел мимо батарей; остальные корабли пройти не смогли из‑за того, что не могли видеть фарватер в густом дыму. Но и с 2 кораблями Фаррагут перерезал снабжение южан провизией через Порт‑Хадсон. В апреле он блокировал устье Ред‑Ривер, в мае его корабли начали поддержку осады Порт‑Хадсона, который пал в июле, как и Виксбург. После этого Фаррагут до конца года вернулся на отдых в Нью‑Йорк. «Хартфорд» требовал ремонта, ибо в надводной его части насчитали 240 пробоин.

В кампанию 1864 года целью Фаррагута стал Мобил — важнейший порт Юга после взятого Нового Орлеана. После личной рекогносцировки адмирал брался с одним броненосцем взять порт. Только в июле он получил необходимые мониторы. Тем временем южане перевели через бар броненосец «Теннесси» с нарезными орудиями. То был наиболее серьезный противник при прорыве кораблей с гладкоствольными пушками. Кроме броненосца и 3 канонерок южане защищали проход батареями, между которыми набили сваи и расположили в шахматном порядке 3 ряда ударных мин таким образом, что узкий проход оставался в 90 метрах от форта Морган.

В ходе ночных разведок мины не обнаружили, но, чтобы избежать подводной опасности, Фаррагут решил послать мониторы ближе к батареям. Тем самым возрастала эффективность их действий против береговых орудий. Деревянные суда, как и ранее, должны были идти попарно. Южане расположили свои суда так, чтобы обстреливать линию мин.

8 июля на совещании с генералами Фаррагут настоял, чтобы десант был первоначально высажен на остров Дофин, где стоял форт Гейне. Но только в ночь на 5 августа, когда пришли последние корабли, была предпринята атака. Фаррагут собирался идти первым, но его уговорили расположиться на втором в строю фрегате. Потому, когда командир головного монитора «Текумсе» решительно направился для таранного удара на «Теннесси» не по указанному пути и подорвался на мине, все корабли, начиная с головного «Бруклина», пришли в замешательство под огнем неприятельских орудий. Чтобы успокоить моряков, адмирал, наблюдавший сражение с мачты «Хартфорда», направил фрегат через проход; более взрывов мин не было, хотя моряки и слышали, как они ударяют о корпус. Позднее Фаррагут говорил, что если бы часть кораблей погибла, уцелевшие должны были выполнить задачу.

После прорыва северяне отразили атаку «Теннесси» и 3 канонерок. Вслед за тем Фаррагут приказал мониторам таранить броненосец южан, пытавшийся атаковать корабли северян. Таранные удары оказались безуспешны, но артиллерия кораблей, включая «Хартфорд», нанесла такие повреждения броненосцу, что командовавший эскадрой адмирал Буханан, получивший ранение, приказал поднять парламентерский флаг. Еще ранее вышли из строя канонерские лодки. Не дожидаясь, пока форты будут взяты с суши, через 4 часа по сдаче «Теннесси» адмирал начал обстрел одного из них. К 22 августа все форты пали, не выдержав бомбардировки корабельной артиллерии. До ноября адмирал оставался в Мобильской бухте, которую очистили от мин, после чего отправился на отдых в Нью‑Йорк.

Последний раз в войне Фаррагут участвовал зимой 1865 года, когда его послали защитить от флотилии южан понтонные мосты на реке Джемс. Летом он первым получил учрежденный Конгрессом чин адмирала. До конца столетия этого чина удостоились лишь Портер и Дьюи. В этом году адмирал объехал несколько американских городов, в следующем — возглавил эскадру, посетившую порты Франции, России, Швеции, Дании, Англии, Португалии, стран Средиземного моря. 10 ноября 1868 года моряк вернулся в Нью‑Йорк. Всюду его встречали с почетом. Летом 1869 года адмирал объехал калифорнийское побережье. Последний раз его флаг приветствовали, когда флотоводец прибыл в Портсмут (штат Нью‑Хемпшир) в гости к родственнику жены, контр‑адмиралу Пенноку. Там он и умер в доме коменданта 14 августа 1870 года. 30 сентября в Нью‑Йорке проходила пышная траурная церемония. Похоронили адмирала в Вестчестер Каунти. В его честь были поставлены памятники в Вашингтоне и Нью‑Йорке, а именем флотоводца назван эскадренный миноносец.

Во всех сражениях Фаррагут применял принцип «Лучшая защита против неприятеля есть хорошо направленный против него огонь». Несколько других выражений адмирала достойны войти в копилку тактических памяток: «Раз вы добрались до тыла неприятеля, он пропал», «Чем больше вы будете бить неприятеля, тем меньше он будет вам отвечать», «Я верю в силу быстроты».

Фаррагут был человеком энергичным и в пожилом возрасте оставался в хорошей физической форме. Он любил читать. Знания, почерпнутые из книг, полученный им практический опыт в сочетании с талантом и твердостью в выполнении поставленной цели и позволили ему одержать победы в условиях речной войны, необычной для моряков океанского флота.

Материалы сайта "Величайшие личности и события в мировой истории"
Forgotten вне форума Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Lejito (02.01.2011), Natali (21.09.2011)
Старый 24.12.2008, 07:31   #95
Forgotten
Пущен по доске
Капитан 2-го ранга
Человек года - 2010
Guardian Of Asgard
Гаваньский редактор
 
Регистрация: 15.02.2008
Сообщений: 6,240
Нация: Пираты
Пол: Женский
Офицеры
Репутация: 1081

Награды пользователя:

По умолчанию Петр Алексеевич Романов (Петр I)

Петр Алексеевич Романов (Петр I)

В конце XVII — первой четверти XVIII века Петр I, преобразовывая Россию, среди всех прочих забот первейшей считал заботу о создании могучего флота. А чтобы разбираться в морском деле, он изучил его, пройдя всю служебную иерархию от юнги до адмирала.

Спойлер:
Родился Петр Алексеевич 30 мая (9 июня) 1672 года. Отец его, царь Алексей Михайлович, скончался через четыре года. За тридцать лет правления «тишайший царь» не раз воевал, возвращая русские земли, захваченные в период Смутного времени начала столетия поляками и шведами, пытался наладить постройку кораблей европейского типа для Каспийского моря и приобрести порт на Балтике. Осуществил эти замыслы младший сын Петр.

Мальчик отличался завидным здоровьем и интересом к окружающему миру. Никита Зотов начал учить царевича, когда тому еще не исполнилось пяти лет. Кроме грамоты он заинтересовал питомца рассказами об истории России. Мальчик увлеченно рассматривал картинки кораблей и крепостей. В ходе стрелецкого восстания 1682 года мальчику пришлось перенести немалое потрясение, сделавшее его взрослее своих лет. А в ссылке в Преображенском, когда его вместе с матерью удалили от жизни двора, он самостоятельно занимался своим воспитанием. Взрослеющий царевич создал из комнатных стольников кружок участников игр в войну. Но игры эти со временем становились все более серьезными, ибо у Петра появились советники из числа иностранных специалистов. Самым близким стал офицер‑швейцарец [Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться].

Жители Немецкой слободы, иноземные купцы и мастера, охотно помогали Петру, ибо рассчитывали, что с его воцарением на престол получат преимущества, которых не собирались предоставлять сторонники старины и изоляции России.

В 1688 году среди имущества деда Никиты Ивановича Романова юноша нашел старый английский бот, что мог ходить под парусами. При помощи иностранных мастеров он научился управлять парусами. Эти первые опыты пробудили серьезный интерес, а книги и рассказы дали представление о современных флотах. Петру стало тесно в Москве. В 1689 году после падения Софьи он официально стал царем и с большей свободой занялся любимыми потехами: основал на берегу Плещеева озера верфь, сам принимал деятельное участие в постройке судов, ходил в плавания по рекам. В 1692 году царь спустил построенный им в Переяславле корабль, на котором вместе с эскадрой из других судов флотилии проводил морские маневры.

Вскоре на озере стало тесно. В 1693 году Петр ездил в Архангельск, ходил на яхте «Святой Петр» по Белому морю до Паноя. В первый же приезд, увидев настоящие океанские суда, юноша был восхищен. Он заложил в Соломбале верфь, чтобы строить торговые суда европейского типа и возить российские товары за море. В следующем году Петр совершил второй поход по Белому морю, в Архангельске спустил на воду строившийся на Соломбале корабль «Апостол Павел», на яхте «Святой Петр» ходил к Соловецкому монастырю и «оморячился» в шторм. По возвращении в Архангельск Петр занялся вооружением и снаряжением корабля «Апостол Павел». А после прибытия купленного в Голландии корабля «Святое Пророчество» принял его под команду и совершил плавание в Белом море до мыса Святой Нос в эскадре под флагом потешного адмирала Ромодановского.

В 1695 году Петр начал первый Азовский поход. Этим предприятием царь решал две задачи: выполнял обязательства, принятые Россией по борьбе с Турцией перед союзниками, и прокладывал кратчайший путь по рекам и южным морям к Европе. Начинающий полководец, человек горячий, увлекающийся, рассчитывал на лавры покорителя Азова. Но первая попытка взять крепость не увенчалась успехом. Несколько командующих войсками действовали несогласованно, недоставало опыта. Турки, пользуясь отсутствием достаточных морских сил у противника, свободно снабжали Азов всем необходимым по воде. С потерями русские войска отошли.

Неудача не заставила Петра опустить руки. В следующем году он объединил командование сухопутными войсками в руках воеводы Шеина, командовать создаваемым флотом назначил генерала и адмирала Франца Лефорта. По образцу закупленной за границей галеры начали строить свои. В 1695 году на верфи, основанной в селе Преображенском, сам Петр готовил детали 22 галер и 4 брандеров; суда собрали и спустили на воду в Воронеже, где основали новые верфи. В 1696 году, по прибытии в Воронеж, царь принял деятельное участие в постройке 2 галеасов. В звании капитана и командира галеры «Принципиум» он совершил плавание от Воронежа до устья Дона с флотилией под началом адмирала Лефорта, принимал участие и в осаде крепости Азова, взяв которую выходил на гребных судах в море и избрал место для гавани и порта Таганрога.

Успех второго Азовского похода был отмечен торжественным вступлением победителей в Москву. Но без флота, способного померяться силами с кораблями султана, попытки выйти в Азовское и Черное моря были обречены на неудачу.

Посему энергичный монарх, воспользовавшись победой, добился поддержки боярской Думой проекта создания регулярного флота. Так как казна опустела, для сооружения многочисленных кораблей и найма специалистов были созданы кумпанства, объединявшие дворян, купцов и монастыри. Каждому кумпанству за свой счет следовало построить и оснастить судно. Кораблестроение вела также казна. Десятки судов должны были составить Азовский флот, способный сразиться с турецким на Черном море.

Царь назначил Протасьева адмиралтейцем, ответственным за постройку флота. Однако дело двигалось с трудом. Не хватало специалистов. Да и сам царь чувствовал свою слабую подготовку как моряка и корабела. Он решил учиться морскому делу за границей самым серьезным образом. В 1697 году для изучения кораблестроения и морского дела Петр I отправился волонтером при Великом посольстве в Голландию. Работал он сначала в Саардаме на частной верфи, затем в Амстердаме на верфи Ост‑Индской компании, где участвовал в постройке корабля от закладки до окончания и получил от мастера Поля Класса аттестат в знании корабельной архитектуры. В 1698 году, заметив, что голландские кораблестроители не обладают теоретическими сведениями и руководствуются одной практикой, Петр отправился в Англию и в Дептфорде изучал теорию кораблестроения. Будущий адмирал плавал на английском флоте до острова Уайт, присутствовал на устроенных в его честь морских маневрах, посещал музеи, арсеналы и другие интересовавшие его места, всюду впитывая новую для него информацию, необходимую для преобразования России.

Петр I следил также за ходом переговоров, которые вело посольство. Европейская политика не давала оснований рассчитывать, что Россия получит поддержку в борьбе против Турции за выход к южным морям. Тем не менее царь продолжал сооружение Азовского флота. По возвращении из заграничного путешествия Петр Михайлов, как царь себя называл, принял звание корабельного мастера. 19 ноября 1698 года он заложил в Воронеже 58‑пушечный корабль. Но основная цель уже изменилась. Монарх обратил внимание на Балтийское море.
Через Балтику пролегали наиболее короткие пути к развитым европейским державам. Однако с начала XVII века пути эти контролировали шведы, располагавшие сильнейшим флотом. Чтобы их победить и вернуть потерянные по Столбовскому миру земли у Финского залива, требовалось иметь современную армию, флот и союзников. Союз удалось заключить с Данией и курфюрстом Саксонии Августом, который одновременно являлся и королем Польши. Датский флот и хорошо вымуштрованная саксонская армия должны были стать противовесом шведским вооруженным силам. Но Россия не полагалась только на союзников. С 1699 года, распустив ненадежное стрелецкое войско, царь приказал формировать регулярные солдатские и драгунские полки. К 1700 году войска были готовы. Однако войну на севере нельзя было начинать ранее, чем удастся подписать мирный договор с Турцией. Правительство султана не соглашалось с условиями, предложенными русскими дипломатами. Требовалась демонстрация силы. И такую демонстрацию провели русские моряки. Летом 1699 года Азовский флот вышел в море. Сам Петр командовал кораблем «Отворенные врата» и плавал в эскадре адмирала Ф.А. Головина из Таганрога в Керчь, сопровождая корабль «Крепость», на котором отправился в Константинополь посол Украинцев. Появление русской эскадры у Керчи и салют «Крепости» вблизи дворца султана произвели впечатление на турок, они подписали договор, прекративший боевые действия и оставлявший Азов в составе России.

Как только поступило известие о заключении перемирия с Турцией, пришли в движение войска, направлявшиеся для осады Нарвы. Петр намеревался начать отсюда выход на Балтийское море. После неудачной осады Петр не впал в отчаяние, а лишь удвоил усилия. Были приняты меры по обороне границ. Августу I предоставили субсидию, чтобы тот отвлекал шведского короля Карла XII, пока Россия готовилась к продолжению войны.

Царь не отказывался от своего увлечения. В 1701 году он провел три месяца в Воронеже, занимаясь приведением в исправность судов Азовского флота и организацией Воронежского адмиралтейства. Теперь появились помощники. Во время поездки за границу были наняты на русскую службу моряки и другие специалисты, в том числе вице‑адмирал Корнелиус Крюйс и шаутбенахт (контр‑адмирал) Рез, которые взялись за приведение в порядок администрации флота. Кораблестроением занимался адмиралтеец Ф.М. Апраксин, сменивший Протасьева. Высшее руководство морским ведомством оставалось за Ф.А. Головиным, одним из ближайших советников монарха.

Обеспечив тыл, Петр мог перейти к наступательным действиям. В 1702 году он совершил третий поход на Белое море. На Вавчуге царь спустил 2 фрегата, «Святой Дух» и «Курьер», и заложил фрегат «Святой Илия». С эскадрой судов архангельской флотилии на яхте «Транспорт‑Рояль» он ходил из Архангельска в Соловецкий монастырь, затем в Онежский залив в село Нюхча. Отсюда до Повенецкого погоста устроили дорогу, по которой перетащили сухим путем до Онежского озера две яхты, несколько гребных судов и на них прошли по Онежскому озеру и реке Свири до Сермаксы. Пришедшие с Белого моря войска после осады овладели крепостью Нотебург, которая запирала вход из Ладожского озера в Неву. Выход к побережью Финского залива позволил начать сооружение Санкт‑Петербурга и создание Балтийского флота. Суда для него строили на верфях, возведенных на берегах рек, впадающих в Ладожское озеро.

В мае 1703 года, командуя отрядом лодок с десантом гвардии, Петр взял на абордаж стоявшие в устье Невы шведские суда «Гедан» и «Астрильд», за что был награжден орденом Святого Андрея Первозванного. Оказавшись без поддержки, гарнизон крепости Ниеншанц капитулировал после обстрела. Все течение Невы оказалось в распоряжении Петра. В сентябре в звании капитана он привел с Олонецкой верфи в Санкт‑Петербург корабль «Штандарт»; в октябре, когда шведские суда ушли из Невского устья, Петр сделал промер фарватера около острова и указал место для постройки крепости Кроншлота.

В Воронеже и на Балтике корабельный мастер Петр Алексеевич проектировал и строил различные боевые корабли, в том числе предложенные им русские бригантины, и совершенствовал мореходное мастерство. В 1706 году Петра I произвели в капитан‑командоры. Тем временем Кроншлот и молодой Балтийский флот под командованием К.И. Крюйса успешно отражали попытки шведов высадиться на остров Котлин и в 1705, и в 1706 годах.

13 июля 1709 года за Полтавскую баталию Петру был пожалован чин арир‑адмирала, или шаутбенахта — флаг подняли на флагштоке подле ставки. В апреле 1710 года шаутбенахт возглавлял отряд судов корабельного флота со своим флагом на шняве «Мункер». Он сопровождал галеры и транспортные суда с провиантом и артиллерией к войскам, осаждавшим Выборг. Конвоируемые суда находились в большой опасности из‑за густого, почти сплошного льда и благополучно достигли цели только благодаря энергичным и решительным действиям Петра. Своевременно доставленные подкрепления способствовали скорой сдаче крепости. В августе—сентябре, неся свой флаг на новых кораблях «Выборг» и «Ревель», Петр плавал до Красной Горки в эскадре адмирала Апраксина.

1711 год отмечен для России неудачным Прутским походом. Русские полки, окруженные превосходящими турецкими силами, удалось спасти от истребления лишь путем уступок. В частности, пришлось вернуть Турции Азов и разрушить новую базу Азовского флота Таганрог. Часть кораблей увели по Дону, а остальные продали или уничтожили. С этого времени надолго внимание Петра было сосредоточено на Балтике.
В апреле 1712 года, с флагом на корабле «Самсон», шаутбенахт ходил в крейсерство до Красной Горки и Березовых островов. Таким образом он приобретал опыт флагмана. Следующей весной опыт пригодился. Было начато наступление русского галерного флота с войсками вдоль берегов Финляндии. В условиях финского бездорожья это был лучший способ обойти шведские укрепленные позиции. В мае 1713 года Петр поднял флаг на корабле «Полтава» и с эскадрой сопровождал галерный флот до Березовых островов. Затем, командуя авангардом галерного флота адмирала Апраксина, он принял деятельное участие во взятии Гельсингфорса.

В кампании 1714 года Петр с флагом на корабле «Святая Екатерина» командовал корабельным флотом в плавании до Ревеля. Заметив, что при слабой сплаванности эскадр они слабее неприятельских, Петр отказался от выхода против шведского флота с неподготовленной армадой. Узнав о трудном положении галерного флота у Гангута, Петр I прибыл туда, принял решение сначала о перетаскивании галер через перешеек полуострова Гангут, а затем — о рискованном обходе со стороны моря неприятельского флота. Затем, командуя авангардом галерного флота, царь в жестоком бою овладел эскадрой из десяти судов контр‑адмирала Эреншильда. 9 сентября он торжественно привел в Санкт‑Петербург взятые у Гангута суда, представил в присутствии Сената князю‑кесарю донесение о победе и за отличную службу был пожалован званием вице‑адмирала синего флага.

В 1715 году Петр командовал авангардом флота, ходившего до Ревеля. 17 июля 1716 года царственный вице‑адмирал, прибыв в столицу Дании, поднял флаг на корабле «Ингерманланд» и руководил эскадрой судов, прибывших из Ревеля, Архангельска и из‑за границы. После соединения с союзными флотами — английским, датским и голландским, — прибывшими на Балтику для защиты мирного судоходства, он командовал соединенной эскадрой, заменив вице‑адмиральский флаг на «Ингерманланде» штандартом, под которым флот девять дней крейсировал по Балтийскому морю. По этому случаю была выбита медаль с надписью «владычествует четырьмя». Однако добиться более активных действий союзников против шведов не удалось.

В 1718 году вице‑адмирал командовал авангардом флота Апраксина в плавании по Финскому заливу, а в 1719 году — и всем Балтийским флотом, ходившим до Аландских островов. Все это время Петр усердно трудился над составлением морского устава, просиживая иногда за работой четырнадцать часов в сутки. Водил эскадру в море он и в 1721 году. 7 сентября по случаю заключения мира со Швецией Петр заслуженно принял предложенный ему от генерал‑адмирала чин адмирала от красного флага.

В 1722 году в Персидском походе и во время перехода Каспийским морем из Астрахани к Аграхани Петр I командовал передовым отрядом флотилии, который шел под кайзер‑флагом Ф.М. Апраксина. В 1723 году, с флагом на корабле «Екатерина», он командовал авангардом Балтийского флота, в Рогервике произвел торжественную закладку гавани. 7 октября на острове Котлине Петр заложил крепость, назвав ее Кронштадтом.

В ноябре 1724 года, спасая близ Лахты людей со ставшего на мель бота, император сильно простудился. Болезнь оказалась смертельной. Скончался первый российский император и один из первых адмиралов 28 января 1725 года в Санкт‑Петербурге. Похоронен он в Петропавловском соборе Петропавловской крепости.

Понятно, что без труда многих и многих специалистов создать флот, способный побеждать исконных мореходов‑шведов, было бы невозможно. Но столь же очевидно, что без энтузиазма молодого Петра Великого, полюбившего морское дело, а затем понявшего его важность для государства и заставившего приближенных также стать энтузиастами, свершить это великое дело в столь краткие для истории сроки не удалось бы.

Материалы сайта "Величайшие личности и события в мировой истории"
Forgotten вне форума Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Lejito (02.01.2011), Natali (21.09.2011)
Старый 25.12.2008, 09:26   #96
Forgotten
Пущен по доске
Капитан 2-го ранга
Человек года - 2010
Guardian Of Asgard
Гаваньский редактор
 
Регистрация: 15.02.2008
Сообщений: 6,240
Нация: Пираты
Пол: Женский
Офицеры
Репутация: 1081

Награды пользователя:

По умолчанию Джордж Дьюи

Джордж Дьюи

Победа над испанской эскадрой, подчинившая Соединенным Штатам Филиппины, сделала Дьюи знаменитым. Собственно, со сражения в Манильском заливе началось создание великой морской державы Соединенных Штатов Америки.

Спойлер:
Джордж Дьюи родился 26 декабря 1837 года в Вермонте, в семье врача. После школы он некоторое время учился в Норвичском университете, но избрал морскую службу и в 1858 году окончил американскую Военно‑морскую академию. Младшим офицером он вступил в Гражданскую войну, командиром корабля «Миссисипи» под командованием адмирала Фаррагута участвовал в операциях под Нью‑Орлеаном и Порт‑Хадсоном 1862—1863 годов. Затем он служил в Североатлантической флотилии, блокировавшей побережье Атлантики, и участвовал в бомбардировке форта Фишер (Северная Каролина). После войны моряк занимал разные должности на кораблях и в администрации флота, в том числе состоял начальником Бюро по снаряжению флота в 1889 году и председателем Совета инспекторов в 1896 году. Он оценил значение новых линкоров со стальными корпусами и дальнобойными пушками, обладал значительными знаниями в современной технике, тщательно планировал операции и энергично проводил их в жизнь, умел правильно найти время и место для их проведения. В 1896 году Дьюи стал контр‑адмиралом, в следующем — командующим Азиатской флотилией. На этом посту он и вошел в морскую историю.

Соединенные Штаты во второй половине XIX столетия по промышленному развитию вышли на одно из первых мест в мире. Экономические возможности и потребности дальнейшего развития страны заставили наиболее дальновидных политических деятелей взять курс на превращение США в великую державу. Так как мир к этому времени был поделен, американцы первоначально ограничивались экономическим проникновением в слаборазвитые страны Латинской Америки и Дальнего Востока. Со временем появилась цель создать свою колониальную империю. Основным средством имперской политики стал военно‑морской флот, доктриной — учение А.Т. Мэхэна о владении морем, а основным проводником этого учения в правительственных сферах — Теодор Рузвельт. Еще в 1878 году США утвердились в порту Паго‑Паго на островах Самоа — опорном пункте на пути в страны Дальнего Востока. В 1898 году конгресс ратифицировал присоединение Гавайских островов. В этом же году США начали войну с Испанией за обладание [Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться], [Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться] и Филиппинскими островами.
Поводом к войне послужил взрыв на рейде Гаваны 15 февраля 1898 года американского броненосца «Мэн», зашедшего на Кубу с дружеским визитом. Хотя причина взрыва так и не была установлена, развернутая в американской печати кампания обвиняла в гибели 266 моряков Испанию. Несмотря на старания испанского правительства избежать войны, к которой страна не была готова, боевые действия начались. Соединенные Штаты, выступив защитниками кубинских повстанцев, боровшихся за независимость острова, 22 апреля объявили блокаду берегов Кубы. 23 апреля последовало объявление войны испанцами, а 25 апреля войну официально объявили США.

Американская армия мирного времени насчитывала всего 26 тысяч человек, тогда как только на Кубе Испания располагала 150‑тысячным войском. Потому основную роль предназначали флоту, значительно превышавшему испанский по водоизмещению и вооружению. Американскому флоту предстояло блокировать берега Кубы, разбить идущие на подкрепление из Европы корабли и уничтожить испанскую эскадру на Филиппинах. План этот начали осуществлять задолго до начала войны.

Еще в начале 1898 года эскадру коммодора Дьюи из 4 бронепалубных и 2 легких крейсеров направили на Тихий океан, чтобы после начала боевых действий уничтожить испанскую эскадру. В марте, когда разрыв отношений США и Испании стал весьма вероятен, Дьюи сосредоточил эскадру в Гонконге, как можно ближе к Филиппинам. Коммодор приобрел 2 судна, которые были загружены углем, провизией и боеприпасами; им предстояло стать плавучей базой. Американские моряки усиленно готовились к боям. Дьюи установил контакт с руководителями филиппинских повстанцев, боровшихся за независимость островов, и получал информацию о состоянии неприятельских вооруженных сил, о слабой подготовке испанцев. Поэтому, когда 24 апреля прибыл приказ уничтожить испанскую эскадру на Филиппинах, Дьюи задержался только на три дня, чтобы получить последние данные о неприятеле от повстанцев и американского консула в Маниле. 27 апреля он вышел в море и 30 апреля уже был у входа в Манильскую бухту. Проведя предварительную разведку, коммодор знал, что именно здесь стоят испанские корабли.
Береговую оборону Манильской бухты составляли несколько батарей на берегу и островах у входа, преимущественно из устаревших пушек. Испанская эскадра адмирала Монтехо включала 7 крейсеров и 3 канонерских лодки. Еще в марте испанский флагман знал о сосредоточении американской эскадры в Гонконге. Несмотря на своевременное обращение командующего эскадрой в Мадрид с сообщением о недостатке сил и просьбами о присылке боеприпасов, он ничего не получил. Корабли требовали ремонта. Тем не менее Монтехо занял с эскадрой позицию в Сюби, при входе в Манильскую бухту, где испанцев было сложно атаковать по узким проходам, а в случае движения неприятеля к Маниле эскадра могла угрожать им с тыла. Однако по настоянию сухопутного командования адмиралу пришлось перевести корабли ближе к столице Филиппин, чтобы защитить ее от обстрела. Там их и атаковали американцы.

Дьюи располагал 5 крейсерами, 2 канонерками и таможенным судном. Так как испанский флот считался лучшим в мире, коммодор спланировал рискованную ночную операцию, чтобы захватить корабли противника в порту и не сражаться с ними в открытом море. Начиная бой, он сказал историческую фразу командиру флагманского броненосного крейсера «Олимпия»: «Когда будете готовы, открывайте огонь, Гридли».

На рассвете 1 мая американская эскадра в строю кильватера прошла в Манильскую бухту, испанские артиллеристы острова Коррехидор открыли огонь запоздало, и их снаряды не достигли цели. Пройдя со скоростью 8—9 узлов до Манилы, Дьюи повернул направо и в утренней дымке увидел испанские корабли, стоявшие у арсенала в Кавите. Монтехо принял бой на якоре. Его корабли открыли огонь с 5000 метров одновременно с батареями. Крейсера Дьюи, распределенные на два отряда, продолжали маневрировать, начали стрелять с 2500 метров и сразу добились попаданий, вызвав пожары на крейсерах «Кастилья» и флагманском «Кристина». Последний настолько пострадал, что выбросился на берег, а Монтехо перешел на «Исла Куба». К 8 часам утра большинство испанских кораблей сгорели или пошли ко дну. Коммодор прекратил бой, чтобы дать экипажам завтрак. Монтехо воспользовался передышкой, отвел сохранившиеся суда в бухту Бакоер и начал свозить раненых на берег. Но в 11 часов Дьюи продолжил атаку, и к полудню испанской эскадры не существовало. Монтехо поднял белый флаг над арсеналом в Кавите, превращенным в перевязочный пункт, и отступил с остатками корабельных команд по суше. Американцы заняли Кавите.

После победы Дьюи узнал от пленных о том, что испанские корабли нуждались в ремонте, а их команды — в обучении. Именно потому испанский командующий держал суда в гавани, чтобы они не тонули в море. Одной из причин поражения испанцев явилась слабая подготовка артиллеристов. Из экономии четырьмя годами ранее в Испании ликвидировали специальную школу, готовившую комендоров. В итоге только 7 снарядов попали в американские корабли, на которых было всего 6 раненых.

Судьба Филиппин была решена поражением испанской эскадры, хотя американцам еще потребовалось перевезти 14‑тысячный корпус из Сан‑Франциско и потратить три месяца, прежде чем 13 августа после штурма пала Манила.

Победу высоко оценили в Вашингтоне. Через 6 дней после сражения Дьюи повысили в звании и встретили на родине как героя. В марте 1899 года ему присвоили высшее военно‑морское звание США «адмирал флота». До своей смерти 16 января 1917 года флагман занимал почетную должность председателя Генерального совета флота.

Материалы сайта "Величайшие личности и события в мировой истории"
Forgotten вне форума Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Lejito (02.01.2011), Natali (21.09.2011)
Старый 25.12.2008, 09:26   #97
Forgotten
Пущен по доске
Капитан 2-го ранга
Человек года - 2010
Guardian Of Asgard
Гаваньский редактор
 
Регистрация: 15.02.2008
Сообщений: 6,240
Нация: Пираты
Пол: Женский
Офицеры
Репутация: 1081

Награды пользователя:

По умолчанию Исороку Ямамото

Исороку Ямамото

Ямамото, командуя императорским флотом, добился значительных успехов на первом этапе Второй мировой войны благодаря умелому сочетанию различных видов японского морского флота. Главной силой стала морская авиация.

Спойлер:
Будущий флотоводец родился 4 апреля 1884 в Нагаока, префектура Ниигата. Он был шестым ребенком в семье обедневшего самурая Такано, но позднее взял фамилию приемного отца. В 1904 году Исороку окончил Военно‑морскую академию. В Цусимском сражении он получил несколько ранений. Потеря двух пальцев на руке едва не кончилась увольнением со службы. После войны моряк служил на разных кораблях. В 1915 году он пришел к мысли создать флот из плавучих аэродромов. Через год он окончил военно‑морской штабной колледж, в 1919—1921 годах учился в Гарвардском университете, затем снова служил в Японии, побывал в качестве наблюдателя на нескольких европейских кораблях. В 1924 году моряк стал командиром авиакорпуса в Касумигаура, в 1925—1929 годах состоял военным атташе в Вашингтоне, а по возвращении командовал авианосцем «Акаги» и получил чин контр‑адмирала. С тех пор Ямамото почти исключительно занимался морской авиацией. В 1936—1939 годах он был заместителем морского министра, с 1939 года командовал Соединенным флотом. Моряк выступал за экспансию в Юго‑Восточной Азии и на Тихом океане. Благодаря новаторству и умению добывать значительные средства у правительства к концу 30‑х годов адмирал создал один из самых современных флотов в мире, ядро которого составили авианосцы.
Военные и политические руководители Японии к 1939 году решили, что необходимо нанести поражение флоту США, чтобы заставить американцев прекратить экспансию на Тихом океане. Ямамото, хорошо представлявший возможности Соединенных Штатов, опасался поражения маленького островного государства. Летом 1941 года в ходе обсуждения с высшими морскими чинами возможного хода войны с США Ямамото, зная о сложности увеличения количества боевых самолетов и быстрой подготовки опытных летчиков, осторожно предупредил премьер‑министра Коноэ: «Если вы скажете, что нам необходимо сражаться, в первые шесть месяцев войны против Соединенных Штатов и Англии я предвижу непрерывную цепь побед. Но я должен сказать, что если война затянется на два или три года, то я не уверен в нашей конечной победе».

Несмотря на пессимистические оценки опытных офицеров, японское правительство все же решило вступить в войну. Адмирал подготовил операцию по уничтожению американского флота в Пёрл‑Харборе. Решающую роль сыграли авианосцы, за развитие которых адмирал ратовал последние 18 лет. Уверенный в успехе нападения, Ямамото опасался, что этот успех только подстегнет противника к борьбе за господство на Тихом океане.

26 ноября 1941 года Ямамото во главе объединенного флота по северному пути отправился к Гавайям. 2 декабря, когда окончательно выяснилась неудача дипломатических переговоров с США, он сообщил адмиралу Нагумо, что начало войны назначено на 8 декабря. Предполагалось, что атака Пёрл‑Харбора произойдет после официального объявления войны, но дипломаты передали текст ультиматума с опозданием. Утром 8 декабря самолеты японских авианосцев атаковали и уничтожили 4 линейных корабля и большинство авиации на аэродромах; еще 4 линейных корабля были повреждены. Не удалось потопить лишь авианосцы, которых в базе не было.
В значительной мере успех был достигнут благодаря предварительной подготовке моряков и летчиков, а также настояниям самого Ямамото. В 1939—1940 годах японские горизонтальные бомбардировщики так плохо действовали по движущимся целям, что на флоте возникла мысль о том, что против кораблей выгоднее применять пикирующие бомбардировщики и торпедоносцы. Однако только что назначенный главнокомандующим Объединенным флотом, тогда еще вице‑адмирал Ямамото предвидел, что не всегда необходимо бомбить подвижные цели. Видимо, уже тогда флотоводец понимал, что Япония сможет успешно начать войну только неожиданным нападением на неприятельскую базу, как то было в 1904 году с Порт‑Артуром, и к этому готовил морскую авиацию.

Одновременно с началом Гавайской операции Ямамото приказал найти и уничтожить британский флот в Сингапуре либо в море. Несмотря на большое сопротивление, задача была выполнена. Первоначально для атаки американских аэродромов готовили легкие авианосцы «Рюдзе», «Дзуйхо» и «Касуга‑мару», но они могли поднять всего 75 самолетов, а летчики не имели достаточной подготовки. Однако, благодаря тренировкам, пилотам японских истребителей «Зеро» удалось добиться такой дальности, что японцы смогли атаковать авиабазы противника со своих аэродромов на острове Формоза. Днем 8 декабря японской базовой авиации удалось истребить большинство американских самолетов на Филиппинах; в следующие дни вылеты японских летчиков принесли новые победы — к 13 декабря американцы лишились воздушных военных сил на островах. 10 декабря 1941 года японские самолеты берегового базирования, переброшенные по приказу Ямамото с Формозы в Индокитай для борьбы с английским флотом, потопили линейный корабль «Принс оф Уэлс» и линейный крейсер «Рипалс»; это позволило обезопасить войсковой конвой, направлявшийся для высадки в Малайе.

Неудачная попытка взять без поддержки авиации Уэйк, который защищали всего 4 истребителя «Уайлкэт», заставила Ямамото отправить к острову 2 авианосца из соединения Нагумо, возвращавшегося из рейда на Пёрл‑Харбор. Только с их помощью, хоть и с запозданием, удалось овладеть островом.
Ямамото в январе послал на юг Тихого океана главные силы авианосного соединения Нагумо. Пользуясь ослаблением противника, в Ост‑Индии в январе—марте 1942 года и в Индийском океане в апреле японский флот добился немалых успехов. Фактически были истреблены морские силы союзников, что позволило японцам беспрепятственно развивать десантные операции. Основную роль играла морская и базовая авиация.

В ходе операции по вторжению на Соломоновы острова и Новую Гвинею впервые японское авианосное соединение встретилось с американским. В Коралловом море 3 японским авианосцам противостояли 2 американских. Японцам в боях 7—8 мая удалось потопить «Лексингтон» и повредить «Йорктаун», лишившись всего одного легкого авианосца «Сехо». Они считали сражение в Коралловом море своей победой, однако от высадки на Новой Гвинее в Порт‑Морсби пришлось отказаться. Потери опытных летчиков оказались столь велики, что оказалось необходимым обучение резерва. После сражения Ямамото выразил разочарование тем, что японские адмиралы оставили поле боя, не добив противника. Он был прав, ибо «Йорктаун» сыграл большую роль при Мидуэе.

На проходившем в начале мая на борту линкора «Ямато» совещании сравнили потери флотов Японии и неприятеля. Огромные успехи были достигнуты ценой малых жертв. Этот результат соответствовал тому духу уверенности в победе, который воспитывали в японском флоте. Японцы были уверены в своей мощи. Они рассчитывали, что после первых побед смогут принять натиск промышленно более развитого противника на дальних подступах к Японии. Трезвые головы, понимающие промышленное превосходство США, ожидали, что правительство обратится к противнику с предложением о переговорах. Однако после полосы сплошных успехов было принято решение продолжать боевые действия. Чтобы удержать благоприятное положение, следовало наносить удары и одерживать победы.
Налет на Японские острова, который 18 апреля 1942 года совершили 16 американских бомбардировщиков с авианосца «Хорнет», поторопил Ямамото. Японцы считали, что самолеты взлетели с атолла Мидуэй. К этому времени флот уже разработал операцию против Мидуэя, и Ямамото добился ее проведения. Захват Мидуэя и Алеутских островов отодвигал далеко на восток линию патрулирования японского флота и не позволял американцам наносить с островов удары по Японии. Ямамото рассчитывал, что операция привлечет все оставшиеся силы американского флота и его удастся уничтожить в сражении, для которого адмирал собрал 350 кораблей с экипажами в 100 тысяч человек и 1000 самолетов. Японский флот имел преимущество также благодаря превосходной подготовке и боевому опыту моряков и летчиков.

В июне 1942 года Ямамото руководил атакой острова Мидуэй, одновременно направив соединение для занятия Алеутских островов. Однако когда флот Ямамото 4 июня приблизился к Мидуэю, его уже ожидало американское авианосное соединение. Американцы, раскрыв японский код, знали о действиях противника, тогда как японский командующий располагал неверными сведениями о потерях неприятельских авианосцев. Пока японцы атаковали остров, неприятельская авиация нанесла удар по японским авианосцам в тот момент, когда они заправляли самолеты горючим, и уничтожила все 4 авианосца ударного соединения. Американцы потеряли один «Йорктаун».

После поражения японское командование было вынуждено отказаться от наступления и перейти к обороне периметра, проходившего от Алеутских к Маршалловым островам, через Рабаул к Голландской Ост‑Индии, Малайе и Бирме. Для этого 14 июня 1942 года был реорганизован флот. Кроме 1‑го флота, включавшего линейные корабли, все флоты со 2‑го до 5‑го включали авианесущие корабли. Была прекращена постройка линейных кораблей. Флот заказал 15 авианосцев типа «Хирю» и 5 — типа «Тайхо», однако из‑за недостатка ресурсов и в связи с бомбардировками японских верфей в строй вошли только 4 авианосца первого типа.

Тем временем американцы сами перешли в наступление и высадили десант на остров Гуадалканал в южной части Соломоновых островов. Эта высадка привела к длительным авиационным боям над островами. В результате японская авиация понесла невосполнимые потери. После трех попыток изгнать американцев японцы эвакуировали войска в феврале 1943 года.

Разработанные и подготовленные Ямамото операции оказывались трудновыполнимыми из‑за того, что Морской генеральный штаб в Токио и штаб Объединенного флота мало внимания обращали на строительство воздушных баз и их обеспечение, в результате чего береговая авиация была вынуждена действовать на пределе дальности, а на самолеты флота ложилась слишком большая нагрузка. Сразу после многих побед японское командование уступило поле боя американцам. Те особое внимание уделяли созданию цепи авиабаз, с которых успешно действовали против неприятеля. В критический момент не были использованы все наличные силы флота, стоявшие на якорях у Трука и в Рабауле и превосходящие американские. Это позволило противнику опомниться и нанести контрудар.

Ямамото был убежден в неизбежном поражении Японии. После потери Гуадалканала можно было только отбивать натиск противника, и Ямамото, обнаружив разрывы в островном оборонительном периметре, пытался сдерживать неприятеля, пока его оборона усиливалась. В апреле 1943 года он лично руководил «Операцией I‑GO», включавшей серию воздушных атак в рамках стратегического воздушного наступления против Гуадалканала и юго‑восточной части Новой Гвинеи.
В распоряжении Ямамото было 190 базовых самолетов и 160 авианосных — меньше, чем при налете на Пёрл‑Харбор. Это была авиация флота первой линии. Однако и в числе лучших пилотов оказалось немало таких, у которых не только не было боевого опыта, но и которые неуверенно пилотировали самолет. Многие лейтенанты имели не более 30 дней полетов и попадали в аварии. Ямамото рассчитывал, что его личное присутствие в Рабауле заставит инструкторов так обучить молодежь, чтобы она имела шансы выжить после встречи с противником.

Японская авиация с 7 апреля совершила 4 мощных налета на Порт‑Морсби, бухты Оро и Милн, добилась уничтожения неприятельской авиации и наземных сооружений. Однако пилоты переоценили эффективность атак. Адмирал, убежденный в значительном ослаблении воздушной мощи противника, отослал самолеты с авианосцев на Трук и приказал ограничиваться обычными налетами базовой авиации.
Ямамото пользовался уважением и преданностью подчиненных. Уверенность в нем не поколебали ни поражение при Мидуэе, ни потеря Гуадалканала. Моряки знали, что адмирал брал ответственность на себя, не сваливая груз поражений на подчиненных. Воин до мозга костей, он даже при тропической жаре ходил в белом мундире. Это производило впечатление на офицеров и матросов, считавших главнокомандующего олицетворением флота. Ямамото беседовал с офицерами различных авиакорпусов, поднимая моральный дух. Он убеждал, что перспективы войны не должны внушать уныние и что в предстоящих битвах победа и поражение будут зависеть от участников воздушных боев. Собеседники попадали под обаяние искренности адмирала.

Операция стала последней для Ямамото. Бомбардировщик, на котором он летел под эскортом 12 истребителей, 18 апреля 1943 года был сбит в ходе специально подготовленной операции американскими самолетами недалеко от острова Бугенвиль. В день гибели японское правительство произвело моряка в адмиралы флота. Сменивший погибшего адмирал Кога заявил: «Ямамото был один, и заменить его не может никто».
Тело флотоводца было кремировано в здании штаба в Буине; поблизости поставили небольшой камень.

Благодаря адмиралу Ямамото в полной мере выявилось значение авианесущих кораблей. После войны все великие морские державы старались строить авианосцы. По уровню способностей и личным качествам создатель авианосного флота стал наиболее выдающимся японским флотоводцем после Того.

Материалы сайта "Величайшие личности и события в мировой истории"
Forgotten вне форума Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Lejito (02.01.2011), Natali (21.09.2011)
Старый 25.12.2008, 09:26   #98
Forgotten
Пущен по доске
Капитан 2-го ранга
Человек года - 2010
Guardian Of Asgard
Гаваньский редактор
 
Регистрация: 15.02.2008
Сообщений: 6,240
Нация: Пираты
Пол: Женский
Офицеры
Репутация: 1081

Награды пользователя:

По умолчанию Паскуаль Сервера

Паскуаль Сервера

Адмиралу Сервера не повезло. Он получил поручение с непригодными средствами осуществить почти невыполнимую задачу. Тем не менее он сделал все возможное, чтобы не посрамить чести испанского флота.

Спойлер:
Дон Паскуаль Сервера‑и‑Топете родился в 1839 году. О его деятельности до испано‑американской войны 1898 года сведений почти нет, если не считать упоминания, что он был морским министром правительства Сагасты в 1892 году.

Когда после взрыва броненосного крейсера «Мэн» на рейде Гаваны 15 февраля 1898 года американское правительство объявило войну Испании, ее правительство приняло решение отправить эскадру на помощь Кубе, в водах которой против американского флота почти не было кораблей.

Испанский флот того времени на бумаге представлял из себя внушительную силу. Он включал десяток броненосных и значительное число меньших крейсеров, канонерских лодок и миноносцев. Однако часть из них базировалась на Филиппинах для охраны тихоокеанских колоний. Другая часть либо достраивалась, либо ремонтировалась. Потому было принято решение направить на Кубу действовавшую эскадру адмирала Серверы.

Испанская эскадра к началу войны находилась на островах Зеленого Мыса. 4 быстроходных крейсера и 3 миноносца представляли бы немалую силу, если бы не значительные недостатки в их состоянии и вооружении. На военном совете, собранном адмиралом 22 апреля, было решено перейти к Канарским островам. Испанцы предполагали там привести в порядок корабли, требовавшие замены пушек, и дождаться прибытия броненосца и 3 крейсеров, которые снаряжали в портах Испании. Однако по приказу из Мадрида эскадре из 4 крейсеров, 6 минных судов и 2 транспортов пришлось выступить уже 29 апреля, не дожидаясь подкреплений.

Американский флагман Сэмпсон, зная о выходе испанской эскадры, 4 мая направился с 2 броненосцами, броненосным крейсером, 2 меньшими крейсерами и тремя мониторами к проливу между [Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться] и [Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться], ожидая прорыва Серверы в Гавану. Из‑за необходимости буксировать тихоходные мониторы эскадра двигалась медленно и только 7 мая вышла к цели. Получив сведения, что в районе Гваделупы видели транспорты с углем и вооружением, Сэмпсон 9 мая собрал совет, который решил искать испанцев в Порто‑Рико. 12 мая американская эскадра обстреляла Сан‑Хуан на острове, но испанских кораблей не встретила. Когда стало известно, что испанцев видели у Мартиники, Сэмпсон направился к Гаване.

Тем временем Сервера 12 мая миновал Мартинику и 14 мая прибыл в [Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться]. Морской департамент в Вашингтоне, узнав о появлении противника в Вест‑Индии, опасался за судьбу броненосца «Орегон» и ожидал прорыва испанцев в Гавану или Сьенфуэгос. Немедленно было приказано сосредоточить силы. 18 мая эскадры Шлея и Сэмпсона, оставившего связывавшие его мониторы, прибыли в Ки‑Уэст. Отсюда корабли Шлея были посланы в Сьенфуэгос, а Сэмпсон расположился у Гаваны, выслав вспомогательные крейсеры для наблюдения за проливами. Но уже 19 мая эскадра Серверы прошла в Сантьяго.

После прихода в Сантьяго Сервера приказал устроить бон из бревен с висячими тросами, чтобы защитить стоянку кораблей от атак миноносцев. Проход в гавань закрывало заграждение из мин, которые следовало взрывать с хорошо замаскированной минной станции. За ними по приказу Серверы выставили два ряда ударных мин с таким расчетом, чтобы не мешать выходу своих миноносцев, и установили в узкой части прохода на берегу 4 скорострельных пушки. Если бы противник прорвался через мины, его должны были встретить пушки крейсеров.

Только 25 мая, после захвата вспомогательным крейсером судна, везшего уголь испанцам, американцы узнали, где неприятель. Вскоре сюда прибыл Шлей, не нашедший испанцев в Сьенфуэгосе. Ночью 29 мая Сервера выслал в атаку 2 миноносца, но их нападение на блокирующие суда было отбито огнем. 1 июня присоединился Сэмпсон. Накануне Шлей провел разведку боем прохода к Сантьяго, но под огнем береговых батарей и крейсера «Кристобаль Колон» американские корабли были вынуждены отойти. Чтобы помешать неприятелю вывести эскадру, Шлей утром 3 июня намеревался затопить в проходе судно, но из‑за сильного приливного течения брандер лег на дно в стороне от фарватера.

Узнав о прибытии испанской эскадры на Кубу, американское командование приказало немедленно готовить десантные войска. 5 июня американцы высадили в 9 милях от Сантьяго судовой десант, соединившийся с кубинскими повстанцами. 6 июня Сэмпсон предпринял бомбардировку испанских береговых укреплений. Несмотря на слабость батарей, вооруженных старой артиллерией, за полтора часа обстрела американским кораблям не удалось их подавить, а прикрываемые батареями минные заграждения надежно преграждали путь к порту.

Так как взять испанцев с моря не удалось, Сэмпсон решил ограничиться блокадой и предоставить действовать армии. Американцы 10 июня высадили морской десант в бухте Гуантанамо восточнее Сантьяго и основали вспомогательную базу. Благодаря этой базе и необходимому числу судов снабжения блокирующая эскадра ни в чем не нуждалась.

11 июня отряд испанских кораблей, базировавшихся в Гаване (крейсер, канлодка и истребитель), пробовал атаковать блокирующие суда, но те отошли, не вступая в бой, и испанцы вернулись в гавань.

16 июня из Кадиса вышла эскадра адмирала Камара из 2 броненосных крейсеров, 2 пароходов и 3 эсминцев, которая направлялась через Гибралтар в Порт‑Саид. Опасаясь появления этой эскадры у Филиппин, американцы собрались выслать в тыл ей, к берегам Испании, эскадру Уатсона из 2 броненосцев и 4 крейсеров. Но Камара двигался очень медленно. Стало ясно, что это демонстрация, и Уатсон остался под Сантьяго.

Так как этим ограничилось проявление активности противника, американцы решили перевезти на Кубу основные силы десанта. Вход в Сантьяго прикрывали стоявшие полукругом броненосцы и крейсеры. Под их защитой 22 июня в Дайкири началась высадка американских войск. В первый же день на берег ступило 6000 человек. Испанцы не препятствовали.

2 июля Сервера собрал военный совет и сообщил о требовании маршала Бланка, командовавшего сухопутными войсками, вывести эскадру с острова, чтобы не уменьшать рацион войскам. Было решено прорываться под покровом следующей ночи. Но так как американцы стояли близко к проходу, освещая его прожекторами, испанское командование решило отложить прорыв до утра. Колонна из 4 крейсеров появилась в проходе в 9 часов 30 минут, через 15 минут вышла на свободную воду, а еще через 10 минут к ним присоединились 2 миноносца.

Так как адмирал имел приказ спасти хотя бы один крейсер, перед выходом он приказал 2 крейсерам связать противника боем, тогда как «Кристобалю Колону» и «Марии Терезе» следовало порываться вдоль берега. Зная, что наиболее быстроходным у противника является крейсер «Бруклин», стоящий перед выходом, он дал указание: «Потопите „Бруклин“, и тогда нам можно будет уйти». Однако моряки с «Бруклина» оказались более подготовленными.

Блокирующая эскадра была ослаблена на 3 броненосца; с одним из них Сэмпсон ушел для совещания с генералом Шафтером. Американцы располагали 4 броненосцами и броненосным крейсером, которые стояли на определенных местах в 3—4 милях от прохода.

Выйдя из прохода, испанские корабли дали полный ход и направились прямо на крейсер «Бруклин», ибо Сервера считал его единственным судном, по скорости способным помешать его намерениям. Однако сразу после начала прорыва американцы выполнили указание Сэмпсона: сомкнуться и вступить в бой, не дожидаясь приказаний. Правда, потребовалось около получаса, чтобы поднять пары до полного давления, и это позволило испанцам первоначально рассчитывать на успех.

Сначала американцы пробовали пересечь курс эскадры Серверы, но безуспешно. Они ложились на параллельный курс, сражаясь со средними и концевыми кораблями. Бой с головным «Мария Тереза» вел «Бруклин», который заставил испанского адмирала повернуть к западу и двинуться вдоль берега. Началась погоня, в которой скорость испанских кораблей падала, а американских — возрастала.

Американцы не придерживались определенного строя, каждый стремился выжать максимальную скорость. В результате обстрела загорелись, вышли из строя и выбросились на берег головной и последний крейсеры испанской эскадры; вперед вышел «Кристобаль Колон», за ним двигался «Бискайя». «Бруклин» и наиболее быстроходный «Орегон» сосредоточили огонь на последнем. Около 11 часов тот загорелся и выбросился на риф в 20 милях от входа в Сантьяго. Затем настала очередь оставшегося крейсера, который не мог долго поддерживать высокую скорость.

«Кристобаль Колон» выбросился на берег в 50 милях от Сантьяго. Экипаж сдался, бросив замки орудий за борт и открыв кингстоны. Испанцы хотели затопить корабль на глубине, но командир броненосца «Нью‑Йорк» форштевнем выдвинул слабо пострадавший корабль на отмель. В отличие от других крейсеров, флагманский корабль получил только с десяток попаданий, а поясная броня вдоль ватерлинии не была пробита.

Еще ранее под обстрелом броненосца «Индиана» и вооруженной яхты «Глоучестер» погибли оба миноносца. Выброшенные на берег суда горели и взрывались еще два дня. Испанцы потеряли около 600 человек убитыми и утонувшими; американские потери ограничивались 1 убитым и 1 раненым на «Бруклине».

Овладев морем, американцы организовали блокаду южного берега Кубы. После безуспешных переговоров 4—10 июля американские корабли обстреляли Сантьяго. Город, наконец, сдался 14 июля, в основном из‑за недостатка продовольствия. Вслед за ним капитулировали другие укрепленные пункты острова. В начале августа американцы овладели Порто‑Рико.

После обращения Испании к США и переговоров 13 августа был заключен Парижский мир, по которому Испания лишилась Кубы, [Для просмотра данной ссылки нужно зарегистрироваться] и Филиппин. Показав свои истинные намерения, американские империалистические круги, игнорируя интересы коренного населения, фактически превратили отвоеванные земли в свои колонии и жестоко подавили стремление кубинцев и филиппинцев к независимости.

Все флоты мира изучали опыт сражения и выносили разные решения о действиях адмирала. В Испании высоко оценили дисциплинированность моряка, который твердо и храбро выполнял невыполнимый приказ достигнуть Гаваны. Учтя состояние кораблей и подготовку артиллеристов, которые за год из экономии лишь один раз стреляли из пушек, вины за Серверой не нашли.

Адмирал после войны вернулся на родину. Умер он в 1909 году. Несмотря на неудачу экспедиции на Кубу, в честь моряка назвали крейсер «Альмиранте Сервера», более полувека состоявший во флоте Испании.

Материалы сайта "Величайшие личности и события в мировой истории"
Forgotten вне форума Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Lejito (02.01.2011), Natali (21.09.2011)
Старый 26.12.2008, 19:08   #99
Forgotten
Пущен по доске
Капитан 2-го ранга
Человек года - 2010
Guardian Of Asgard
Гаваньский редактор
 
Регистрация: 15.02.2008
Сообщений: 6,240
Нация: Пираты
Пол: Женский
Офицеры
Репутация: 1081

Награды пользователя:

По умолчанию Вильгельм Сушон

Вильгельм Сушон


Располагая всего двумя кораблями, контр‑адмирал Сушон сыграл в Первой мировой войне весьма важную роль. Он добился вступления Турции в войну на стороне Германии и успешно боролся скромными возможностями германо‑турецких сил с численно превосходящими флотами Антанты на Черном и Средиземном морях.

Спойлер:
Родился Вильгельм 2 июня 1864 года в Лейпциге. Уже в 17 лет он стал офицером, вскоре командовал канонерской лодкой «Адлер» и участвовал при захвате Германией островов Самоа. В дальнейшем Сушон занимал различные строевые и штабные должности, командовал броненосцем «Веттин», служил начальником штаба германского флота на Балтике. В 1911 году его произвели в контр‑адмиралы.

Путь Вильгельма Сушона в историю начался за год до мировой войны. 1 ноября 1912 года по инициативе Альфреда фон Тирпица кайзер подписал приказ сформировать Средиземноморский дивизион из новейших крейсеров: линейного — «Гебен» и легкого — «Бреслау»; огневая мощь дивизиона превышала силу любого британского корабля на Средиземном море. С 23 октября 1913 года командовал дивизионом решительный и инициативный контр‑адмирал Вильгельм Сушон. Он принял решительные меры для ремонта «Гебена». К концу июля 1914 года линейный крейсер стоял в Поле, «Бреслау» — в Дураццо.

Еще в марте Сушон с австрийским адмиралом Гаусом определил основную задачу союзных австро‑германо‑итальянских сил — воспрепятствовать переброске алжирского корпуса во Францию. Чтобы выполнить эту задачу вместе с итальянскими крейсерами и эсминцами, «Гебен» и «Бреслау» встретились у Бриндизи. 2 августа стало известно о начале войны с Россией и неизбежности войны с Францией. Не получая приказа от Морского генерального штаба, контр‑адмирал заправился углем в Мессине и в ночь на 3 августа направился для обстрела Бона и Филиппвиля; перед выходом он приказал приготовить корабли на всякий случай к затоплению. Получив сообщение о начале войны с Францией, утром 4 августа Сушон обстрелял порты, избранные для погрузки колониальных войск. В итоге прибытие их во Францию задержалось на три дня, что было важно в период решительного германского наступления. В тот же день контр‑адмирал получил приказ идти в Константинополь.

Английский адмирал Беркли Милн имел инструкцию не спускать глаз с германских кораблей, в случае начала войны приобретавших особое значение на коммуникациях. 4 августа, за несколько часов до объявления войны Великобританией, линейные крейсеры «Индифатигабл» и «Индомитебл» встретились с «Гебеном» и долго шли с ним параллельными курсами; но англичане не решились открыть огонь до начала боевых действий, а затем во тьме потеряли противника. На следующий день британская эскадра направилась к Гибралтару, ожидая, что германские корабли будут прорываться на просторы Атлантики. Однако Сушон избрал иной путь: он направился к Дарданеллам и, отогнав дозорные английские крейсера, вошел в пролив. Британская эскадра Трубриджа из 4 додредноутных крейсеров в бой с ним не вступила. Англо‑французский флот после ухода Сушона со Средиземного моря блокировал Дарданеллы: союзники обезопасили свои воинские перевозки от набегов германских кораблей. Союзники по Антанте ожидали, что нейтральная Турция потребует разоружения германской эскадры, но напрасно.

В столице Турции с декабря 1913 года действовала германская военная миссия Лимана фон Сандерса, которая все больше брала под контроль турецкие вооруженные силы. С появлением Сушона под контроль попадал и флот.

10 августа отряд прибыл в Стамбул, где с 3 августа уже началась мобилизация, завершившаяся 22 августа. По требованию Сушона 12 августа корабли были «куплены» Турцией, вошли в ее флот и получили новые названия: «Явуз султан Селим» и «Мидилли». Английский адмирал, командовавший турецким флотом, отдал приказ, в соответствии с которым британских офицеров и матросов сняли с турецких кораблей. Затем императорский указ назначил Сушона командующим турецким флотом, а на следующий день переименованные германские корабли подняли турецкие флаги, вошли в Стамбульский порт и стали у пристани Мода. 16 августа они участвовали в маневрах турецкого флота. Введение в состав флота германских кораблей правительство султана декларировало как замену 2‑х дредноутов, которые строили в Англии для Турции. Оба конфисковало британское правительство, хотя с Турцией войны и не было.

К тому времени военный министр Турции Энвер‑паша предлагал вести наступление на Египет, чтобы овладеть Суэцким каналом. Глава германской миссии Лиман фон Сандерс разрабатывал авантюрные планы, вплоть до высадки под Одессой десанта, которому следовало наступать в поддержку отходящих австрийских войск. Сушон возражал, ибо на Черном море германо‑турецкие силы не обладали ни превосходством сил, ни достаточным числом транспортов. Энвер‑паша рекомендовал Сушону вывести эскадру, чтобы уничтожить Черноморский флот. В конце концов было принято решение нанести удар по Черноморскому побережью России главными германо‑турецкими силами.

Сушон заявлял, что не считает себя связанным решениями Порты ввиду фиктивности включения его кораблей в турецкий флот, а германский посол заявлял: «Германские суда лишь до известной степени подчинены туркам и предназначены служить не только турецким, но главным образом германским интересам». В конце сентября с разрешения кайзера Сушон перешел на турецкую службу с чином вице‑адмирала «Сушон‑пашу» назначили фактическим главой турецкого флота для руководства его реорганизацией. С 21 сентября германские корабли стали ежедневно выходить в сопровождении турецких на Черное море, чтобы приучить к своему появлению.

По просьбе Сушона, из Германии через нейтральные страны были присланы две группы морских офицеров. До начала войны были доставлены материалы для ремонта кораблей, мины заграждения. В августе и сентябре германские специалисты укрепляли Босфор и Дарданеллы.

В этот период германская дипломатия угрожала Румынии, если та выступит на стороне Антанты, обстрелом Констанцы кораблями Сушона. Турция закрыла Дарданеллы, прервав сообщения между Россией и ее союзниками по Антанте. Создание обороны Дарданелл обеспечивало тыл германо‑турецких сил в случае начала боевых действий на Черном море. Оборону побережья Турции организовывал прибывший в конце августа во главе миссии из 500 моряков германский адмирал Узедом, назначенный генерал‑инспектором береговой артиллерии и минного хозяйства. По его предложению и были закрыты Дарданеллы. Поводом послужила задержка турецкого эсминца на выходе из проливов английским крейсером 27 сентября.

22 октября Энвер‑паша направил германскому военному командованию план военных действий, в котором первым шагом было нападение на берега России до объявления войны. Время начала действий предоставляли Сушону. 25 октября тому был вручен приказ военно‑морского министра с указанием: «Адмирал действует по высочайшему повелению султана, и флот обязан ему повиноваться».

Чтобы вовлечь Турцию в войну и одновременно ослабить русский Черноморский флот, Сушон предпринял нападение основными силами на берега России, причем турецкие экипажи были усилены немецкими моряками. По его замыслу, «Гебен» с двумя миноносцами должен был обстрелять Севастополь, а минный заградитель — выставить мины перед главной базой. «Бреслау» следовало ставить минное заграждение перед Керченским проливом и затем совместно с минным крейсером «Берк» обстрелять Новороссийск. Крейсеру «Гамидие» предстояло обстрелять Феодосию, эсминцам «Гайрет» и «Муавенет» — атаковать суда в Одессе, а заградителю «Самсун» — поставить мины на подступах к Одессе или Очакову. 29 октября 1914 года германо‑турецкие силы напали на Одесский порт, Севастополь, выставили минные заграждения у Одессы, Севастополя, в Керченском проливе, обстреляли Фидониси и Новороссийск, уничтожили несколько судов и ушли почти без повреждений. Несмотря на предупреждения дипломатов, Черноморский флот к нападению не приготовился.

По возвращении эскадры в Стамбуле распространяли фальшивку о том, что турецкие действия явились ответом на попытку российских кораблей ставить мины у Босфора. Текст был подготовлен в штабе Сушона.

В 1914—1917 годах Сушон командовал немецкими, турецкими и болгарскими военно‑морскими силами. Он проводил набеги на русские порты, организовывал крейсерскую войну против русского торгового судоходства, демонстрацией флага у берегов Анатолии вдохновлял турок на войну и поддерживал фланг армии.

Русский флот, пока в строй не вошел первый дредноут «Императрица Мария», способный сражаться на равных с «Гебеном», вел преимущественно минную войну, сначала оборонительную. 29 октября — 11 декабря 1914 года два русских минных заградителя выставили 1668 мин в районе Одесса — Очаков. Но вскоре начались и активные действия. В ночь на 6 ноября 1914 года эскадренные миноносцы выставили 240 мин перед Босфором. В тот же день русские корабли обстреляли Зунгулдак, из которого Константинополь получал уголь, а на обратном пути захватили 3 турецких транспорта. Так начинались ставшие традиционными действия по блокаде турецкой столицы и прекращению поставок топлива из угольного района Турции.

15—18 ноября Черноморский флот из 5 линейных кораблей, 3 крейсеров и 13 миноносцев ходил для обстрела Трапезунда и осмотра вод у берегов Анатолии. После обстрела русские моряки выставили 400 мин у Трапезунда и других портов. Сушон не мог не ответить и вышел в море. 18 ноября в бою у мыса Сарыч русский флот, возвращавшийся в Севастополь, встретил линейный крейсер «Гебен» и легкий крейсер «Бреслау» германо‑турецких сил и в бою нанес «Гебену» повреждения, потребовавшие две недели ремонта.

20—25 декабря 1914 года Черноморский флот выходил в крейсерство к берегам Анатолии и в ночь на 22 декабря поставил у Босфора 607 мин. На этом минном заграждении подорвался 26 декабря «Гебен», вышедший из строя на 4 месяца, а 2 января 1915 года — минный крейсер «Берк», не вступивший в строй до конца войны. Минные постановки, набеги на коммуникации и обстрелы военных объектов в Зунгулдаке и других портов, служивших для добычи, очистки и погрузки угля, русские корабли проводили регулярно.

27—31 марта 1915 года Черноморский флот ходил к Босфору. Два линейных корабля 28 марта бомбардировали укрепления, тогда как самолеты с авиатранспорта «Николай I» вели разведку и бомбежку. 29 марта флот перед проливом ожидал неприятеля, но германо‑турецкие корабли не вышли. 30 марта корабли обстреляли Эрегли, Зунгулдак, Козлу и Килимли.

Германо‑турецкие силы отвечали. 1—3 апреля 1915 года турки пытались обстрелять Одессу, но на подступах к порту крейсер «Меджидие» подорвался на мине, был затоплен, и от операции отказались. Русский флот 3 апреля выходил из Севастополя при появлении «Гебена» и «Бреслау» в виду базы, но бой ограничился перестрелкой на дальней дистанции. Германо‑турецкие корабли ушли от преследования, пользуясь превосходством в скорости.

Черноморский флот в мае выходил для блокады Босфора и уничтожал суда, вывозившие уголь. 10 мая русские корабли обстреляли укрепления Босфора и вели бой с «Гебеном» — несколько снарядов, попав в цель, вывели его из строя. 11 июня в ночном бою у Босфора эсминцы «Дерзкий» и «Гневный» нанесли повреждения крейсеру «Бреслау». 10 июля подводный минный заградитель «Краб» в первом боевом походе успешно выставил заграждение в устье Босфора. На нем 18 июля подорвался и вышел из строя на 7 месяцев крейсер «Бреслау». С 1916 года минная опасность стала столь велика, что Сушону пришлось организовать постоянное траление для поддержки выходов с базы.

В 1915 году Сушон затребовал из Германии подводные лодки, но не малые, а крупные, способные действовать у Дарданелл против союзного флота. На Черном море 12 подводных лодок в течение войны потопили 19 пароходов и около 30 парусных судов, безуспешно атаковали боевые корабли. Для их базирования вдоль берегов Турции организовали секретные стоянки. На Черном море базой служила Варна. 27 октября корабли Черноморского флота обстреляли Варну, в которой после присоединения Болгарии к Германии базировались германские подводные лодки. Перед обстрелом провели разведку и бомбардировку порта самолеты с авиатранспорта «Николай I». Однако, несмотря на налеты, подводные лодки продолжали действовать.

В сентябре 1917 года Сушона перевели командующим 4‑й эскадры Флота открытого моря, с которой он участвовал в захвате Рижского залива и Моонзундских островов, а 12 апреля вошел в Гельсингфорс.

Адмирал Сушон в марте 1919 года ушел в отставку. Он тихо жил в провинции, время от времени наезжал в Берлин в честь какой‑нибудь очередной годовщины событий мировой войны на море. В 1938 году его торжественно встречали в Стамбуле с почестями, полагающимися главе государства. Скончался Сушон 13 января 1946 года в Бремене. Он еще успел увидеть и возрождение германского флота, и вторую его гибель во Второй мировой войне.

Материалы сайта "Величайшие личности и события в мировой истории"
Forgotten вне форума Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Lejito (02.01.2011), Natali (21.09.2011)
Реклама
Ответ

Метки
беллинсгаузен, беринг, васко да гама, веспуччи, дежнев, джеймс кук, диаш, истомин, кабот, кабрал, колумб, крузенштерн, лазарев, лаперуз, лаптев, магеллан, мореплаватели, нахимов, нельсон, сенявин, тасман, ушаков, флотоводцы, чириков, чичагов


Здесь присутствуют: 3 (пользователей: 0 , гостей: 3)
 
Опции темы
Опции просмотра

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.

Быстрый переход


Текущее время: 09:12. Часовой пояс GMT +3.


Powered by vBulletin®
Copyright ©2000 - 2019, Jelsoft Enterprises Ltd. Перевод: zCarot
© MONBAR, 2007-2019
Corsairs-Harbour.Ru
Скин форума создан эксклюзивно для сайта Corsairs-Harbour.Ru
Все выше представленные материалы являются собственностью сайта.
Копирование материалов без разрешения администрации запрещено!
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика Яндекс цитирования