Форум сайта 'Гавань Корсаров'
 

Вернуться   Форум сайта 'Гавань Корсаров' > Разное > Литература

Важная информация

Литература Обсуждение книг любых жанров, начиная от романов и заканчивая ужасами...


  Информационный центр
Последние важные новости
 
 
 
 
 

Ответ
 
Опции темы Опции просмотра
Старый 13.09.2007, 23:09  
Spectre
Боцман
пенсионер
 
Аватар для Spectre
 
Регистрация: 13.09.2007
Сообщений: 297
Нация: Пираты
Пол: Мужской
Репутация: Spectre отключил(а) отображение уровня репутации

Награды пользователя:

Стрелка Обсуждение книг / Что вы сейчас читаете



Именно в книгах заключена вся мудрость, накопленная человечеством.

Книги могут быть самыми разнообразными, как и вкусы читателей: кому-то нравятся философские трактаты и научные труды, а кто-то вынужден читать их по работе или по учёбе. Кому-то - серьёзные исторические романы или остросюжетные детективы, яркие приключения или безудержная фантастика.
Что вы читаете сейчас или планируете прочесть в обозримом будущем? В этой теме форумчане могут выразить свои впечатления от последней прочитанной книги, обсудить её, порекомендовать другим или даже написать маленькую рецензию.


Ознакомиться с рецензиями на книги пиратской и морской тематики можно на нашем
сайте.








Последний раз редактировалось Валькирия; 25.11.2017 в 17:43.
Spectre вне форума Ответить с цитированием
Старый 18.08.2017, 23:02   #620
Carassius
Гвардеец Гавани Корсаров
Баталер
 
Аватар для Carassius
 
Регистрация: 21.12.2011
Адрес: Земля
Сообщений: 2,879
Нация: Испания
Пол: Мужской
Репутация: 444

Награды пользователя:

По умолчанию Re: Обсуждение книг / Что вы сейчас читаете

В очередной раз перечитал "Пираты, корсары, рейдеры" И. В. Можейко.

На мой взгляд, это одна из лучших, что были изданы к настоящему времени на русском языке, научно-популярных книг по истории пиратства. Её можно поставить в один ряд с «Флибустьерским морем» и «Средиземным морем» Жоржа Блона из его цикла «Великий час океанов».

Помню, как увлечённо я читал эту книгу в подростковом возрасте: один раз — в гостях у тётки, к которой меня отправили на каникулы, и как минимум два раза после этого — когда я брал её в библиотеке. Помню, как обрадовался, увидев её на полке того книжного магазина, в который я обычно ходил, да ещё в таком хорошем издании.

Казалось бы, книга о пиратах, корсарах и рейдерах (во всяком случае, именно они вынесены в название). На самом деле Можейко рассказывает о целой системе взаимосвязанных между собой явлений, к которым помимо самого пиратства (в рамки которого можно включить и корсарство, оно же каперство) и рейдерства (которое, на мой взгляд, от пиратства в строгом понимании этого слова существенно отличается) относятся мятежи корабельных команд, работорговля и колонизаторство (в худшем значении этого слова). В итоге автор захватывает под одну пиратскую гребёнку и настоящих пиратов и рейдеров, и тех, кого совершенно нельзя назвать пиратами: если действия коммодора Ламберта ещё хоть как-то можно подвести под категорию рейдерства, то колонизаторы Бруки и работорговец Хейс не имеют к пиратам никакого отношения. Нельзя сказать, правда, что от включения этих отрывков книга стала хуже — наоборот, они помогают лучше понять тот исторический фон, на котором происходили описываемые в ней события.

Единственный эпизод, который мне не нравился тогда и по-прежнему не нравится сейчас — это история о полковнике Беневском и его спутниках, сбежавших из камчатской ссылки на захваченном корабле (на основании чего автор причисляет их, так же, как и мятежную команду «Баунти», к пиратам в широком смысле слова). Вроде бы включение этого очерка в книгу вполне обоснованно: и пиратский акт Беневский сотоварищи совершили, и в Индийском океане побывали, и на Мадагаскаре пытались основать колонию. Но не люблю я вставок «а вот наши-то, русские» в книгах, основная тема которых к России никакого отношения не имеет.

Периодически автор впадает в патетический тон, особенно когда рассуждает о судьбе жертв пиратов — что исторических времён, что современных. После чтения более серьёзной, более научной литературы на эту тему такой подход кажется слегка странным. Однако это именно научно-популярная книжка (и притом, как я уже говорил, весьма и весьма хорошая), так что требовать от неё полной нейтральности и непредвзятости не стоит. Да и жертвы пиратов, разумеется, сочувствия действительно заслуживают.

Читать книгу действительно интересно и увлекательно (если вы согласны, что описания бесконечных грабежей и удивительных авантюр — это увлекательно. Это же книга о пиратах, так чего же вы от неё ожидали?). Да, отчасти работа Можейко уже устарела — современные учёные-историки склоняются к тому, что легендарная Либерталия Миссона, Караччиоли и Тью — не более, чем вымысел Чарльза Джонсона (который вроде как Даниэль Дефо. А может, и нет), — но менее интересной от этого она не стала. Особенно рекомендую тем, кто прочитал несколько пиратских романов и теперь захотел чего-то более серьёзного (но не настолько серьёзного, как капитальные научные труды).
Спойлер:
__________________
Каждый имеет право на своё мнение. Так давайте уважать мнение друг друга.

Carassius вне форума Ответить с цитированием
3 пользователя(ей) сказали cпасибо:
John Milton (28.08.2017), Дон С. (08.09.2017), Сеньор Кортес (02.09.2017)
Старый 20.08.2017, 08:28   #621
Victor Gubarev
Corsairs-Harbour.Ru Team
 
Аватар для Victor Gubarev
 
Регистрация: 08.11.2009
Адрес: Донецк
Сообщений: 7
Нация: Пираты
Пол: Мужской
Репутация: 4

Награды пользователя:

По умолчанию Re: Обсуждение книг / Что вы сейчас читаете

Впервые приобрел и прочитал эту книгу Игоря Всеволодовича Можейко в далеком 1977 году, когда учился на истфаке Донецкого госуниверситета (первое издание называлось "В Индийском океане: Очерки истории пиратства в Индийском океане и Южных морях"). После книг А. О. Эксквемелина (М.: Мысль, 1968) и Я. Маховского (М.: Наука, 1972) это была, по сути, третья книга по истории пиратства, изданная в СССР. Книга удивительно легко читается, написана не просто историком (доктором исторических наук), но еще и известным писателем-фантастом (литературный псевдоним - Кир Булычев). Конечно, со временем, занимаясь изучением истории морского разбоя и расширяя свои знания по предмету, нашел множество неточностей в указанном сочинении, однако списал этот досадный брак на узость источниковой базы Можейко и, возможно, спешку при написании книги. Некоторые главы действительно выглядят "притянутыми за уши", с большой натяжкой относящимися к теме; о многих известных пиратах Индийского океана вообще не упомянуто... Но, как говорится, не будем судить художника слишком строго - "он так видит". В целом книга оставляет положительное впечатление. Язык и легкая, порой с юмором, манера изложения исторического материала - главные козыри автора.
Victor Gubarev вне форума Ответить с цитированием
4 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Carassius (20.08.2017), John Milton (28.08.2017), Сеньор Кортес (02.09.2017), Скайуокер (20.08.2017)
Реклама
Старый 13.09.2017, 17:06   #622
Nathaniel
Старожил
Гардемарин
Гвардеец Гавани Корсаров
 
Аватар для Nathaniel
 
Регистрация: 19.07.2009
Сообщений: 6,954
Нация: Испания
Пол: Мужской
Репутация: 630

Награды пользователя:

По умолчанию Re: Обсуждение книг / Что вы сейчас читаете

Решил тряхнуть стариной и перед прохождением (надеюсь, скорым) третьей части "Ведьмака" перечитать опять весь цикл пана Сапковского. Сейчас дочитываю "Меч Предназначения". Кроме того, пересмотрел одноимённый польский сериал. Уж сколько камней в него летело на протяжении вот уже 15-ти лет. В том числе и от моих знакомых и друзей, среди которых есть и те, кто и "подсадили" меня когда-то на всю эту сагу...

Что бы там ни писали в Интернете и на форумах, а сериал 2002 года хорош! По-своему он даже великолепен. Мне очень многое понравилось, в особенности удалась режиссёру, на мой взгляд, первая и шестая серия. Не знаю ещё, буду ли смотреть анонсированный новый сериал.

Право, не знаю даже, что ещё добавить об этой серии больше. Уж столько всего было написано и высказано. Честно говоря, не совсем понимаю негодования пана Сапковского в адрес и этого сериала, и компьютерной трилогии...
__________________
Я был на краю земли, на краю бескрайних озёр, за горизонтом и на вершинах самых высоких гор.
Но я не нашёл там никого, кто не был бы моим другом!





Nathaniel вне форума Ответить с цитированием
Пользователь сказал cпасибо:
де росс (13.09.2017)
Реклама

Зарегистрированным пользователям показывается меньше рекламы!

Старый 13.09.2017, 18:38   #623
де росс
Старожил
Младший лейтенант
Идущий в свете
 
Аватар для де росс
 
Регистрация: 21.11.2011
Адрес: Кентау - где кенты живут
Сообщений: 1,070
Нация: Франция
Пол: Мужской
Репутация: 424

Награды пользователя:

По умолчанию Re: Обсуждение книг / Что вы сейчас читаете

Nathaniel,сериал красиво снят а уж природа...сказка. равно одежда и внешние декорации. минус в отсутствии боя как такового и то что ведьмаков предстаили дрянными...
__________________
де росс вне форума Ответить с цитированием
Старый 14.09.2017, 19:44   #624
Carassius
Гвардеец Гавани Корсаров
Баталер
 
Аватар для Carassius
 
Регистрация: 21.12.2011
Адрес: Земля
Сообщений: 2,879
Нация: Испания
Пол: Мужской
Репутация: 444

Награды пользователя:

По умолчанию Re: Обсуждение книг / Что вы сейчас читаете

Цитата:
Сообщение от Nathaniel Посмотреть сообщение
Честно говоря, не совсем понимаю негодования пана Сапковского в адрес и этого сериала, и компьютерной трилогии...
На мой взгляд, пан Сапковский попросту пиарится одним из наимерзейших способов - лишний раз напоминает о своём существовании и о том, что только его творчество единственно верно, а игры по его мотивам - жалкие поделки. В своё время похожую позицию занимал Лукас - когда в 1990-х он сидел на мели, то публично выражал признательность авторам книг Расширенной Вселенной; когда после съёмок трилогии приквелов к нему снова потекли деньги - стал заявлять, что канон - это только то, что делает он лично.
__________________
Каждый имеет право на своё мнение. Так давайте уважать мнение друг друга.

Carassius вне форума Ответить с цитированием
Пользователь сказал cпасибо:
CLIPER (14.09.2017)
Старый 14.09.2017, 20:29   #625
Nathaniel
Старожил
Гардемарин
Гвардеец Гавани Корсаров
 
Аватар для Nathaniel
 
Регистрация: 19.07.2009
Сообщений: 6,954
Нация: Испания
Пол: Мужской
Репутация: 630

Награды пользователя:

Радость Re: Обсуждение книг / Что вы сейчас читаете

Цитата:
Сообщение от Carassius Посмотреть сообщение
стал заявлять, что канон - это только то, что делает он лично...
Честно говоря, я на эту проблему двояко смотрю... С одной стороны их можно понять. Не знаю насчёт сущестования пародий на книги саги о Ведьмаке, но вот пародий на творчество Толкиена вышло уже довольно много. И мне, откровенно говоря, не хотелось никогда после книг самого Толкиена прочесть ни одну из них, даже самые удачные по мненнию некоторых истинных ценителей творчества писателя. Откровенным фуфлом казались, издевательством над талантом писателя.

С другой... А, пусть себе говорят что хотят.

Цитата:
Сообщение от де росс Посмотреть сообщение
сериал красиво снят а уж природа...сказка
А мне ещё невероятно нравится, как поёт Замаховский!.. Я полчаса после просмотра сидел и слушал его вокал из фильма.

Цири (44:00)
__________________
Я был на краю земли, на краю бескрайних озёр, за горизонтом и на вершинах самых высоких гор.
Но я не нашёл там никого, кто не был бы моим другом!





Nathaniel вне форума Ответить с цитированием
Пользователь сказал cпасибо:
idealist (14.09.2017)
Старый 14.09.2017, 20:40   #626
Carassius
Гвардеец Гавани Корсаров
Баталер
 
Аватар для Carassius
 
Регистрация: 21.12.2011
Адрес: Земля
Сообщений: 2,879
Нация: Испания
Пол: Мужской
Репутация: 444

Награды пользователя:

По умолчанию Re: Обсуждение книг / Что вы сейчас читаете

Цитата:
Сообщение от Nathaniel Посмотреть сообщение
пародий на творчество Толкиена вышло уже довольно много. И мне, откровенно говоря, не хотелось никогда после книг самого Толкиена прочесть ни одну из них, даже самые удачные по мненнию некоторых истинных ценителей творчества писателя. Откровенным фуфлом казались, издевательством над талантом писателя.
Так а зачем их читать-то? Я и не читал.
__________________
Каждый имеет право на своё мнение. Так давайте уважать мнение друг друга.

Carassius вне форума Ответить с цитированием
Пользователь сказал cпасибо:
Старый 14.09.2017, 20:48   #627
Nathaniel
Старожил
Гардемарин
Гвардеец Гавани Корсаров
 
Аватар для Nathaniel
 
Регистрация: 19.07.2009
Сообщений: 6,954
Нация: Испания
Пол: Мужской
Репутация: 630

Награды пользователя:

По умолчанию Re: Обсуждение книг / Что вы сейчас читаете

Цитата:
Сообщение от Carassius Посмотреть сообщение
Так а зачем их читать-то? Я и не читал.
Я тоже не читал. Но я сам лично видел в продаже книги Сапковского, на обложке которых изображён совсем не канонический Геральт, а тот, из "Дикой Охоты". А теперь вот даже сериал собираются состряпать, тупо вытащив внешность книжных персонажей из... игры.

Я это категорически не поддерживаю и в этом плане поддерживаю писателя!
__________________
Я был на краю земли, на краю бескрайних озёр, за горизонтом и на вершинах самых высоких гор.
Но я не нашёл там никого, кто не был бы моим другом!





Nathaniel вне форума Ответить с цитированием
Старый 17.09.2017, 12:04   #628
ComPass
Лейтенант
 
Аватар для ComPass
 
Регистрация: 21.09.2007
Адрес: W.A.S.T`E.
Сообщений: 1,839
Нация: Пираты
Пол: Мужской
Репутация: 367

Награды пользователя:

По умолчанию Re: Обсуждение книг / Что вы сейчас читаете

Цитата:
Сообщение от Carassius Посмотреть сообщение
лишний раз напоминает о своём существовании и о том, что только его творчество единственно верно, а игры по его мотивам - жалкие поделки.
не думаю, что у него проблемы с финансами, всё-таки франшиза озолотила его. а сериал действительно уныл, даже не помню, досмотрел ли первую серию. в книге всё чётко расписано - кто, кого и когда, а все эти домыслы, попытки расширить, да ещё неумелые такие... вот серия сталкера после игры читается хорошо, потому что мир игры не раскрыт, запутан, недосказан, есть только база, на которую фанаты набрасывают свою фантазию.
ComPass вне форума Ответить с цитированием
Старый 17.09.2017, 12:10   #629
Дон С.
Пущен по доске
Мичман
 
Регистрация: 31.05.2010
Адрес: Morlaw, CO
Сообщений: 786
Нация: Испания
Пол: Мужской
Репутация: 295

Награды пользователя:

По умолчанию Re: Обсуждение книг / Что вы сейчас читаете


Цитата:
Сообщение от ComPass Посмотреть сообщение
всё-таки франшиза озолотила его
вроде потому и злится, что в договоре с 'Проектами' вместо процента с игр потребовал фиксированную сумму, а они вона как взлетели.
Дон С. вне форума Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Carassius (17.09.2017), idealist (17.09.2017)
Старый 17.09.2017, 12:25   #630
idealist
Супер-модератор
 
Аватар для idealist
 
Регистрация: 20.01.2014
Адрес: Киев
Сообщений: 3,201
Нация: Англия
Пол: Мужской
Репутация: 207

Награды пользователя:

По умолчанию Re: Обсуждение книг / Что вы сейчас читаете

Цитата:
Сообщение от Дон С. Посмотреть сообщение
вроде потому и злится
Именно. Пару интервью с ним видал - жаба ажно прёт...
__________________
Спойлер:
Мама с детства учила:если что-то делаешь,делай это с любовью и до конца.
Поэтому мозг я выношу качественно и с любовью!

Лучшая игра пиратской тематики: Пройду все ДЛС к К:КС - узнаю...
idealist вне форума Ответить с цитированием
Старый 07.10.2017, 00:23   #631
Carassius
Гвардеец Гавани Корсаров
Баталер
 
Аватар для Carassius
 
Регистрация: 21.12.2011
Адрес: Земля
Сообщений: 2,879
Нация: Испания
Пол: Мужской
Репутация: 444

Награды пользователя:

По умолчанию Re: Обсуждение книг / Что вы сейчас читаете

На сайте опубликована новая рецензия. Предмет внимания - "Призрак на вахте" Владимира Шигина.
__________________
Каждый имеет право на своё мнение. Так давайте уважать мнение друг друга.

Carassius вне форума Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Валькирия (07.10.2017), Сеньор Кортес (08.10.2017)
Старый 08.10.2017, 11:46   #632
Carassius
Гвардеец Гавани Корсаров
Баталер
 
Аватар для Carassius
 
Регистрация: 21.12.2011
Адрес: Земля
Сообщений: 2,879
Нация: Испания
Пол: Мужской
Репутация: 444

Награды пользователя:

По умолчанию Re: Обсуждение книг / Что вы сейчас читаете

Прочитал "Дарта Плэгаса" Джеймса Лусено.

Скажу откровенно — я ожидал большего. Я ожидал намного большего. Мне эту книгу так расхвалили, что я ожидал чуть ли не шедевр на уровне классики Расширенной вселенной. В самом деле: молодость и становление императора Палпатина, история его учителя — человека (вернее, мууна), фактически создавшего Энакина Скайуокера (спойлер — это не так), предшествующие «Скрытой угрозе» события… Ведь это же одна из самых интригующих, слабо разработанная и потому неимоверно благодатная тема, которой заранее обеспечен жгучий интерес читателей-поклонников ЗВ. Какую историю можно было бы развернуть на этой основе! Как красиво можно было бы её рассказать! Увы, Лусено не справился. И вроде, способности-то у него есть — всё же за плечами вполне достойные «Лабиринт зла» и «Становление Дарта Вейдера». Но в этот раз ему не хватило то ли таланта, то ли времени — и в итоге мы имеем то, что имеем.

У автора романа не получилось создать живые и правдоподобные, с обоснованным развитием, образы героев. Конфликт молодого Палпатина с отцом лишь контурно обозначен и разрывается, не успев развиться. Да и сам по себе он здорово похож на повторение судьбы Дарта Бэйна. Конечно, я могу сказать, что это символическое уподобление двух величайших тёмных повелителей — сит’ари-избранного и императора, тысячелетие спустя воплотившего в жизнь Великий план реформатора ситского ордена, но мы все понимаем, что это будет читательское додумывание в попытке дополнить и украсить историю, попытка найти в книге то, чего в ней нет. Решение Палпатина стать ситхом вообще никак не обосновывается: не показаны его внутренние переживания, его стремление к власти, его амбиции, — только достаточно слабо показанный конфликт с отцом. Вступление Палпатина в орден обрисовано как какое-то будничное событие: «Поздравляю с освобождением. Хочешь стать ситхом?» — спрашивает Плэгас; «Хочу», — отвечает Палпатин; «Теперь тебя будут звать Дарт Сидиус». И на этом всё. Правда всё. Вспомним, как трагически красиво было подано падение Энакина Скайуокера и его перерождение в Дарта Вейдера в третьем эпизоде. Вспомним, каким был путь эволюции Дессела, приведший его к становлению в качестве лорда Дарта Бэйна. В отношении Сидиуса ничего подобного мы не увидим.

Постоянные разговоры о «династии Дарта Бэйна» вызывают ностальгическую улыбку, воспоминание о действительно хорошей книге про ситхов, но не более того. Вот, кстати, интересный момент. Сидиус обвиняет Плэгаса в том, что он забыл об истинной цели ситхов, погрузившись в свои эксперименты с мидихлорианами (о которых, кстати, в книге речь идёт всего три или четыре раза). Он фактически обвиняет Плэгаса в забвении Правила двух (нет, я не говорю, что это что-то плохое — я считаю, что правила нужно соблюдать до тех пор, пока они сохраняют свою актуальность; если эту актуальность они утратили, их нужно изменять, перерабатывать и модернизировать), в стремлении стать единственным и вечным лордом ситхов. Однако… разве Палпатин-Сидиус в итоге не совершил то же самое? И Дарт Мол, и Дарт Вейдер для него были лишь пешками, инструментами в его игре. И фактического бессмертия он добился, хотя и окольным путём и ненадолго.

Да, я прекрасно понимаю, что не стоит к чисто развлекательному произведению предъявлять чересчур высокие требования. Но «Плэгас» и уровню хорошей фантастической и приключенческой литературы не очень-то соответствует. Может быть, авторские идеи не получили развития и так и остались в зачаточном состоянии, потому что Лусено был ограничен в объёме? Почему тогда он не написал двух- или трёхтомник? Мог бы там развернуться как следует. Карпишин же написал три тома о Бэйне, и получилась весьма хорошая трилогия.

Нотка русскости в романе настолько фальшива и неуместна, что лучше бы её не было.

Цитата:
Косинга Палпатин указал на островок в отдалении и на внушительных размеров особняк на берегу.
— Это Варыкино, — объяснил он. — Жемчужина Озёрного края. Когда-то им владел поэт Омар Беренко, а в настоящее время поместье занимает семья Наберри. — Он посмотрел на Плэгаса. — Вы ведь знакомы с главным поэтическим шедевром Беренко — «На страже Набу»?
Великая Сила, ну какие хохлы могут быть на Набу? Это хорошо смотрелось бы в Warhammer вместе с вальхалльскими гвардейцами и лордом-инквизитором Фёдором Карамазовым, но точно не в «Звёздных войнах». И даже милая отсылка к Падме Амидале в этом эпизоде ситуацию не скрашивает.

Странно, кстати, что Палпатин ни разу не назван автором по имени — только по фамилии. Особенно странно это выглядит в сценах его разговоров со своим отцом: оба персонажа — Палпатины, только один — Косинга Палпатин, а второй — а кто ж его знает! Джордж Лукас, разве что.

Моя нелюбовь к Оби-Вану только укрепилась.
Цитата:
Палпатин заметил, как мальчик настороженно смотрит на Оби-Вана.
— И почему же?
— Моя мама…
— Энакин, — сурово оборвал его учитель.
А что, собственно? Ничего, что мать Скайуокера осталась гнить в рабстве на Татуине, потому что джедаи прилетели на Татуин «не для того, чтобы освобождать рабов»? Ничего, что она в будущем умрёт мучительной смертью, и взбешённый Скайуокер вырежет всех пустынников в лагере, чтобы отомстить за неё?
Цитата:
— Но скажи мне, падаван Скайуокер, каково это — стать членом такой уважаемой организации?
— Сбылась моя заветная мечта, сэр, — вполне искренне воскликнул Энакин.
— Заветная мечта… Значит, ты уже давно размышляешь об ордене джедаев и о Силе.
Энакин кивнул:
— Я всегда хотел нести справедливость…
— Не тебе решать свою судьбу, — вмешался Оби-Ван. — Сила укажет тебе путь.
Сначала он третировал одного Скайуокера, потом врал в глаза другому, его сыну — всё это убеждает меня в том, чтобы считать этого персонажа чуть ли не олицетворением прогнившего в своей лжи и спеси джедайского ордена.

Ближе к финалу книга становится немного лучше. Неплохо показаны политические и финансовые интриги двух ситхов, призванные привести Палпатина к канцлерскому креслу, которое он сам позже превратит в императорский трон. Кстати, дам совет — перед прочтением «Плэгаса» или в процессе пересмотрите первый эпизод. В финальных главах книги действие развивается параллельно с фильмом, и впечатление от них будет куда лучше, если заранее освежить в памяти визуальные образы героев.

Как кусочек большой истории мира «Звёздных войн», роман Лусено заслуживает внимания. Его стоит почитать тем, кто хочет узнать ближайшую предысторию первого эпизода (сразу замечу, что попутно следует читать «Под покровом лжи» того же Лусено) и трилогии приквелов в целом. В конце концов, две новые вещи для себя я узнал: то, что Плэгас участвовал в появлении на свет Энакина лишь самым косвенным образом, и то, что Сидиуса вполне можно назвать вторым сит’ари наравне с Дартом Бэйном — в таком случае, два ситских избранных стоят на разных концах Великого плана — первый его задумал, а второй успешно реализовал. Но как самостоятельное художественное произведение «Дарт Плэгас» малоценен. Не знаю, почему так получилось. Может быть, Лусено исписался. Может быть, он просто отнёсся к роману как к обычной работе, которую нужно закончить и сдать в срок, не особенно заботясь о её качестве.
Спойлер:
__________________
Каждый имеет право на своё мнение. Так давайте уважать мнение друг друга.

Carassius вне форума Ответить с цитированием
Пользователь сказал cпасибо:
Валькирия (08.10.2017)
Старый 24.10.2017, 22:34   #633
Carassius
Гвардеец Гавани Корсаров
Баталер
 
Аватар для Carassius
 
Регистрация: 21.12.2011
Адрес: Земля
Сообщений: 2,879
Нация: Испания
Пол: Мужской
Репутация: 444

Награды пользователя:

По умолчанию Re: Обсуждение книг / Что вы сейчас читаете

На сайте опубликована рецензия на "Жизнь и пиратские приключения славного капитана Синглтона" Даниэля Дефо.
__________________
Каждый имеет право на своё мнение. Так давайте уважать мнение друг друга.

Carassius вне форума Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Валькирия (24.10.2017), Сеньор Кортес (25.10.2017)
Старый 25.11.2017, 21:08   #634
Carassius
Гвардеец Гавани Корсаров
Баталер
 
Аватар для Carassius
 
Регистрация: 21.12.2011
Адрес: Земля
Сообщений: 2,879
Нация: Испания
Пол: Мужской
Репутация: 444

Награды пользователя:

По умолчанию Re: Обсуждение книг / Что вы сейчас читаете

Вышла новая рецензия - на книгу Висенте Рива Паласио "Пираты Мексиканского залива".
__________________
Каждый имеет право на своё мнение. Так давайте уважать мнение друг друга.

Carassius вне форума Ответить с цитированием
2 пользователя(ей) сказали cпасибо:
Валькирия (25.11.2017), Сеньор Кортес (Сегодня)
Старый 03.12.2017, 11:18   #635
Carassius
Гвардеец Гавани Корсаров
Баталер
 
Аватар для Carassius
 
Регистрация: 21.12.2011
Адрес: Земля
Сообщений: 2,879
Нация: Испания
Пол: Мужской
Репутация: 444

Награды пользователя:

По умолчанию Re: Обсуждение книг / Что вы сейчас читаете

Прочитал сборник трагедий Шекспира.

О творчестве Шекспира написано уже достаточно и даже более, чем достаточно. Поэтому я не стал писать очередную километровую рецензию, похожую на простыню (как я это обычно делаю с более-менее значимыми произведениями), с размышлениями о мыслях автора и образах героев. Постараюсь просто кратко рассказать о своих собственных впечатлениях.

«Гамлет»

Со смертью отца Гамлет перешёл в новый период своей жизни. Если раньше он был вполне себе жизнерадостным молодым студентом, о чём свидетельствуют его разговоры с друзьями, то после в его характере проснулась подозрительность, которая в сочетании с изначальной честностью породила нерешительность и колебания. В какой-то степени он фаталист, равнодушный к своему будущему. И в то же время ему присущи суицидальные наклонности, которые происходят от осознания несовершенства мира и бренности человеческого существования. Действительно яркое впечатление произвёл знаменитый монолог «Быть или не быть?» — сколько в нём чистого, незамутнённого стремления к суициду? Да уж, во время депрессии читать «Гамлета» явно не стоит. Нерешительность Гамлета следует из его гуманизма и хорошего воспитания — это, в общем-то, типичная интеллигентская черта. А вот получив подтверждение своим подозрениям, он отбрасывает колебания и начинает мстить жёстко и жестоко, не задумываясь о побочном уроне (Полоний, Розенкранц и Гильденстерн).

Образ Лаэрта проще, чем образ Гамлета. Он подчиняется законам чести, а не своим истинным чувствам: из текста не складывается впечатления, что он любил отца, за смерть которого он готов так упорно мстить. Да и к Гамлету, на самом деле, он враждебных чувств не испытывает.

«Ромео и Джульетта»

Ромео произвёл впечатление увлекающегося и непостоянного, отчасти даже истеричного юноши. Он был влюблён в одну девушку; влюбился в другую — Джульетту; мгновенно женился; после мнимой смерти молодой жены быстро и решительно покончил с собой. Это не поступки взрослого уравновешенного человека, это уж точно. Джульетта же… нет, ну серьёзно. Ей же тринадцать лет. Даже не четырнадцать, как я почему-то долгое время думал. Что тринадцатилетняя девочка может знать о жизни? В общем, из обычного подросткового суицида Шекспир пытается сделать какую-то страшную трагедию.

Про «Отелло» говорить особо нечего. По сути, это история об обыкновенном беспринципном авантюристе (Яго), у которого не получилось. А у скольких из них получается? Сам Отелло учит нас разве что одному: если подозрения возникают, нужно сперва во всём разобраться, а не изводить себя понапрасну. И да, если это брак по любви, то жене всё-таки надо доверять.

«Король Лир»… скажу прямо — финальная часть мне понравилась, но большая часть пьесы — нет. Неимоверно много внимания уделяется бродяжничеству сумасшедшего Лира в компании с притворяющимся сумасшедшим Эдгаром. Эти эпизоды можно было бы сократить на две трети, и трагедия от этого ничего не потеряла бы. Эдмунд здорово напомнил Яго из «Отелло». Парочка мыслей, возникших во время чтения: во-первых, я думаю, что восприятие персонажа Гонерильи русским читателем будет отличаться от восприятия англичанина. Всё-таки русское «гонор» имеет другое значение, нежели английское «honor». Во-вторых, мир «Короля Лира» Шекспир создаёт, смешивая знакомое всем Средневековье с его рыцарями, оформившимися королевствами и вассальной системой, и времена языческой древности, причём в его версии — стилизованной под Античность. Для персонажей трагедии есть дьявол (сцена с прыжком Глостера, к примеру), но нет Бога — только боги, причём римские — они упоминают Юпитера, но не английских или скандинавских богов.

Честно сказать — какого-то восторга от трагедий Шекспира я не испытал. Действительно понравился только «Гамлет» — может быть, потому, что сюжет «Ромео» и «Отелло» я в общих чертах знал (как его знает каждый человек, общающийся в обществе), а вот сюжет «Гамлета» — нет. Возможно, дело в том, что это произведения всё-таки не столько литературные, сколько драматически-театральные — для создания полного эффекта текст трагедии должен дополняться игрой актёров, и именно вместе два этих элемента создают произведение искусства. Текст же без актёра… ну, это похоже на сценарий фильма, наверное.

Неожиданностью для меня стало то, что Шекспир заимствовал большинство своих сюжетов, творчески переработав их, из литературы и фольклора того времени. До этого я был уверен, что эти истории придумывал он сам, хотя и на основании исторических событий.

Что в итоге? Признаюсь, если бы не «Гамлет», содержанием сборника я был бы разочарован. Но «Гамлет» действительно хорош. Я видел его в МХАТе в исполнении Александра Хатникова — собственно, это и стало причиной если не покупки (купил книгу я уже несколько месяцев назад), то прочтения Шекспира именно сейчас, а не через год или два. В общем и целом… свой культурный багаж я увеличил (кажется, когда-нибудь я начну сгибаться под его тяжестью), но какого-то особенного восторга в процессе этого я не испытал.

Ещё вот какая штука. Когда мы впервые начинаем читать Шекспира, мы подходим к нему с ожиданиями в духе «ЭТО ЖЕ ШЕКСПИР, ЭТО МОНУМЕНТАЛЬНАЯ КЛАССИКА!!». Неправильный подход, разумеется. На самом-то деле это обыкновенные пьесы с размышлениями о смысле жизни и убийствами. Просто написаны они давно, из-за чего успели обрасти славой, и написаны весьма хорошо, из-за чего до сих пор привлекают к себе внимание не только как памятник старинной литературы, но и как, собственно, художественное произведение. Если подходить к Шекспиру именно с такими мыслями, не пытаясь заранее разглядеть в его пьесах некий архи-шедевр, то его вполне можно читать, получая от этого удовольствие. Ещё, кажется, в случае с Шекспиром мы имеем дело с каким-то замкнутым кругом культурной трансляции. Сюжеты и персонажи Шекспира настолько глубоко вплелись в европейскую культуру, что воспроизводятся в других произведениях, осознанно или нет. А для того, чтобы понять эти воспроизведения, нужно читать самого Шекспира. Вот поэтому, отчасти, он и переиздаётся и читается до сих пор.

З. Ы. Не удержусь и таки похвастаюсь своим изданием. Оформление совершенно прекрасное, весьма хорошее качество и достаточно неплохие иллюстрации. Это именно тот случай, когда получаешь нехилое такое эстетическое наслаждение не только от самого текста, но и просто от того, что держишь книгу в руках.
__________________
Каждый имеет право на своё мнение. Так давайте уважать мнение друг друга.

Carassius вне форума Ответить с цитированием
Пользователь сказал cпасибо:
Старый 03.12.2017, 16:51   #636
Эрин О'Коннэлл
Старожил
Младший лейтенант
Светлый Ангел
 
Аватар для Эрин О'Коннэлл
 
Регистрация: 20.07.2010
Адрес: Рай - Земля - Чатландия
Сообщений: 1,313
Нация: Пираты
Пол: Женский
Репутация: 789

Награды пользователя:

По умолчанию Re: Обсуждение книг / Что вы сейчас читаете

Carassius, в свое время обожала Шекспира, но с возрастом он начинает восприниматься иначе. )
__________________
Semper fidelis!

Лучшая игра пиратской тематики: ТРПГ: Ветер свободы. ))
Эрин О'Коннэлл вне форума Ответить с цитированием
Старый 03.12.2017, 20:08   #637
Carassius
Гвардеец Гавани Корсаров
Баталер
 
Аватар для Carassius
 
Регистрация: 21.12.2011
Адрес: Земля
Сообщений: 2,879
Нация: Испания
Пол: Мужской
Репутация: 444

Награды пользователя:

По умолчанию Re: Обсуждение книг / Что вы сейчас читаете

Может, я его просто поздновато прочёл уже.
__________________
Каждый имеет право на своё мнение. Так давайте уважать мнение друг друга.

Carassius вне форума Ответить с цитированием
Старый Вчера, 20:49   #638
Carassius
Гвардеец Гавани Корсаров
Баталер
 
Аватар для Carassius
 
Регистрация: 21.12.2011
Адрес: Земля
Сообщений: 2,879
Нация: Испания
Пол: Мужской
Репутация: 444

Награды пользователя:

По умолчанию Re: Обсуждение книг / Что вы сейчас читаете

Перечитал (вернее, впервые прочитал в сознательном возрасте) "Войну и мир" Л. Н. Толстого.

Немного странно в уже относительно взрослом возрасте перечитывать книгу, которая когда-то стала причиной моей неприязни к творчеству Толстого. Не могу сказать, что она была у меня в ближайших планах. Вряд ли она там появилась бы в течение ещё нескольких лет, если бы не увезённый от бабушки четырёхтомник, когда-то стыренный дедушкой из гарнизонной библиотеки. Ну и ещё такая маленькая, можно сказать, потайная мысль — «возьмись за что-нибудь серьёзное, а то со своими пиратскими романами и «Звёздными войнами» скоро деградировать начнёшь». Короче говоря, сейчас я начал читать ВиМ в основном из-за желания разобраться — почему же она так не понравилась мне тогда?

Что самое странное, сейчас мне книга понравилась. Вернее, мне понравились первый и второй, отчасти третий тома. Одно время я даже был готов полностью переменить своё мнение о ней. Впрочем, обо всём по порядку.

Из персонажей для меня больше всего интересен Андрей Болконский. Я не буду сейчас рассуждать об общеизвестных вещах вроде неба над Аустерлицем и старого дуба, и о том, что же они всё-таки символизируют. Главная характерная черта князя Андрея — это его отчуждённость от других людей. Его ум, его развитое чувство собственного достоинства резко отделяют его от пустого света и никчемных людей, его составляющих. Они же делают его непробиваемым для нападок молодого Ростова, который в этом эпизоде похож на уличную собаку, бессмысленно лающую на проходящих людей. Вообще, его чувство собственного превосходства над окружающими проявляется не так уж редко: например, он всегда говорит Пьеру «ты», хотя тот всегда обращается к Болконскому на «вы». Сначала он тщеславен: он хочет «любви людской» и почитания, он хочет славы, ему нравится покровительствовать молодым людям вроде Бориса Друбецкого. Всё это уходит после ранения на поле Аустерлица.

Из всех персонажей эпопеи, пожалуй, именно Болконский проделывает наибольшую эволюцию на протяжении четырёх томов. От тщеславного честолюбия через Аустерлиц он переходит к разочарованию в жизни; от разочарования через влюблённость в Наташу — к новому витку жизнелюбия; предательство Наташи возвращает его к разочарованию в собственной жизни и ненависти к окружающему миру; новый приступ жизнелюбия настигает его перед взрывом гранаты на Бородинском поле. Несмотря на эту эволюцию, холодная отчуждённость от людей остаётся отличительной чертой князя Андрея. Привязанность он чувствует только к двум людям: это Пьер, с которым он дружит в начале романа, и Наташа, которую он полюбил. Пожалуй, ещё что-то, похожее на теплоту, есть в его отношении к отцу, старому князю Болконскому, а вот по отношению к сестре, сыну и уж тем более к жене это чувство практически не проявляется. Остальные люди для Андрея — чужие. Он сам сознаёт эту отчуждённость и иногда пытается преодолеть её; именно поэтому он так бережно и заботливо руководит своим полком в 1812 году — он хочет чувствовать себя частью хоть какого-то сообщества. Между прочим — что за дурак придумал такую тактику, которая предписывает войскам оставаться под артиллерийским огнём, не имея возможности на него ответить и не ища укрытия?

Как же жаль князя Андрея после измены Наташи! Говорят, что честный мужчина в нашем мире обречён быть несчастливым. Не знаю, так ли это; но Болконский — одна из ярчайших иллюстраций этого утверждения.

Пьер в первых двух томах, да и вообще до плена в 1812 году, слабохарактерен в высшей степени. У него не достаёт силы и решимости на то, чтобы сдержать данное Болконскому обещание и не ездить к Анатолю; на то, чтобы понять, в какую западню его затягивает князь Василий и отказаться от общения с его семьёй. Он не решается даже на то, чтобы самому сделать предложение Элен — фактически, их самовольно связал князь Василий, не спрашивая мнения Пьера (которое он так и не смог внятно сформулировать и высказать). Как многие нерешительные и слабовольные люди, Пьер нуждается в герое-кумире, которому он мог пытаться подражать — эту роль в его жизни (в начале романа) играет Наполеон. В то же время, его решение убить Наполеона — это свидетельство определённой эволюции, свидетельство перехода от восхищения великим человеком к ненависти к нему, как к массовому убийце и преступнику.

Пьер слишком беспокоится о том, что скажут и подумают другие люди, и из-за этого подчиняет свою жизнь желаниям других. Сильнее всего это проявляется в эпизоде предложения Элен:
Цитата:
…я знаю, что не для неё одной, не для себя одного, но и для всех это должно неизбежно свершиться. Они все так ждут этого, так уверены, что это будет, что я не могу, не могу обмануть их.
Поэтому же он не может отказывать людям в их просьбах. Как и все слабохарактерные люди, он легко поддаётся чужому влиянию — Анны Михайловны, Василия Курагина, попутчика-масона, да и князя Андрея, по сути, тоже. Нарождающаяся в нём сила воли проявляется в дуэли с Долоховым, в ссоре с женой, когда он замахнулся на неё мраморной доской. Но он остаётся слабовольным и после этого: вместо того, чтобы попытаться развестись с Элен (другой вопрос, насколько это было возможно в России того времени), или хотя бы выгнать её из дома — вместо этого он выделяет ей половину своих доходов. Это пример того самого смирения, той самой простоты, которая хуже воровства, того самого непротивления злу насилием, из-за которого зло и торжествует.

В его новом статусе богача Пьеру сильно не хватает искреннего друга рядом с собой; будь рядом Андрей Болконский, свадьба с Элен, вполне возможно, не состоялась бы. Впрочем, не исключено, что чары Элен всё равно перевесили бы рациональность Болконского.

Пьер не то, чтобы глуп, но совершенно непрактичен в житейском смысле. Это подтверждает, например, его желание отдать масонам всё своё состояние. Но как же этот добродушный увалень хорош в те моменты, когда в нём просыпается сильный характер его отца! Это расставание с женой, объяснение с шурином — Анатолем, после попытки похищения Наташи. В такие моменты Пьер начинает мне нравиться.

Очень странное впечатление на меня произвёл эпизод со смертью Платона Каратаева. Почему Пьер бросил его, даже не попрощавшись по-человечески со своим товарищем, который так повлиял на него и на его отношение к жизни? В конце концов, Каратаев и обувь ему сшил, чтобы Пьер смог выдержать переходы на марше. А в момент его смерти Пьер думает о всякой ерунде, о красавице-польке и считает в уме переходы до Смоленска, лишь бы не подойти к умирающему. Неужели Безухов до самого конца остался нерешительной мямлей и трусом, и уж точно — внутренне асоциализированным человеком? Или его сознание было настолько замутнено усталостью и тяготами плена, что он не понял смысла произошедшего? Второе более вероятно.

Если Андрею Болконскому не нужна его жизнь, которой он тяготится, то Пьер чувствует свою собственную ненужность. Пытаясь заполнить пустоту в душе, он бросается в кутежи, в масонство, пытается облагодетельствовать своих крестьян, как наблюдатель приезжает на Бородинское поле, как наблюдатель, фактически, остаётся в брошенной Москве и как наблюдатель же идёт во французский плен. В итоге эту душевную пустоту он заполняет своими чувствами к Наташе. Вот, кстати, его решение остаться в Москве, не столько ради покушения на Наполеона, которое так и не состоялось, сколько ради желания разделить судьбу со своим народом — мне это решение напомнило о тех русских дворянах, которые после революции сознательно остались в России.

Николай Ростов в первых двух томах — это вечно не взрослеющий ребёнок, бегающий от ответственности. Если для князя Андрея его полк — это то, что даёт ему чувство хоть какой-то общности с людьми, то для Ростова павлоградские гусары — это всего лишь зона комфорта, в которой не нужно думать ни о чём сложном и можно пить, гулять и вместе с группой офицеров волочиться за единственной женщиной, и можно не думать о разорении семьи и определении собственной судьбы. Со своим юношеским эгоцентризмом он думает, что весь мир крутится вокруг него: он уверен, что полковой командир может послать эскадрон в атаку только для того, чтобы проучить и испытать его, корнета Ростова. Интересно, как этот разудалый гуляка-гусар отреагировал бы на похищение своей сестры, если бы узнал об этом? Ведь он считал Долохова и Анатоля своими лучшими друзьями.

Выбор Ростовым княжны Марьи для меня стал одним из самых странных эпизодов романа. Как по мне, он выглядит довольно натянутым и не слишком обоснованным. Почему Марья влюбилась в Николая, понятно — в своей одинокой жизни она любого нового мужчину может воспринимать как жениха, а тут ещё такое романтичное спасение от взбунтовавшихся крестьян. А вот чувства Николая у Толстого обосновать не получилось; несмотря на все старания автора, они отдают фальшью. Вот поэтому и возникает мысль, что женился он из-за денег, и краснел перед тётушкой-губернаторшей потому, что заранее понимал это, и понимал, что именно его привлекает в княжне Марье — то, чего Соня никогда не смогла бы ему дать. В этой ситуации он пытается оторваться от любви своей юности, и именно поэтому ему приятно слушать то, как губернаторша доказывает невозможность брака между ним и Соней. Что ж, остаётся только пожалеть несчастную Соню.

Наташа в первых двух томах находится в том периоде между детством и взрослой жизнью и в том психологическом состоянии, когда ей всё интересно, когда она всем увлекается, когда ей остро необходимы новые впечатления. Разве можно её осуждать за постоянную перемену её девичьих влюблённостей, хотя она и делала людей несчастливыми из-за этого? Разве были эти влюблённости для неё любовью? Если князь Андрей знал бы о состоянии её души, уехал бы он за границу? Может, и уехал бы, ради пресловутой проверки чувств, но делать этого ему определённо не стоило. В эпизоде с похищением иначе, чем легковерной дурой, Наташу назвать нельзя. После замужества же Ростова превращается в обыкновенную клушу-наседку, у которой нет других интересов, кроме мужа и многочисленных детей.

Соня понравилась. Её чувство к Николаю Ростову было искренним, и двигало ей вовсе не желание выйти замуж за знатного и богатого (уже нет) графа. И нельзя сказать даже, что это всего лишь бережно лелеемая, за отсутствием других возможностей, девичья влюблённость. Другие возможности-то были — Долохов, как минимум. Не самая плохая партия для бесприданницы, которую хозяйка дома откровенно недолюбливает.

Как ни странно, к Долохову я ощутил сочувствие ещё с первого тома. Я его воспринимаю именно как человека, собственным трудом выбившегося из низов — и потому имеющего моральное право презирать тех, кто всегда был наверху, не будучи этого достоин и не прилагая для этого никаких усилий. Однако его связь с Элен, если она действительно была на самом деле, это не оправдывает. Пьер считал его почти что своим другом, во всяком случае в ранней молодости, и поступок Долохова по отношению к нему — откровенная подлость. У Долохова есть по крайней мере одна черта, которая роднит его с Андреем Болконским — оба они презирают окружающих, за исключением маленького круга действительно близких людей. Но если Болконский презирает светских болтунов потому, что стоит выше их по развитию, хотя и примерно равен им по положению в обществе, то презрение Долохова — это ненависть выскочки, осознающего свой антагонизм с богатой и знатной аристократией. Даже его участие в похищении Наташи — это не столько ухарство, сколько ещё одна месть семейству Ростовых за то, что они не отдали ему Соню. При этом, он достаточно благоразумен и благороден, чтобы попытаться отговорить Анатоля от его безумной затеи.

Отвратительна вся семейка Курагиных: Анатоль с его пьяными тусовками (бросить полицейского в канал — и это цвет русской аристократии?), Ипполит с его тупостью и позёрством, Элен с её эгоцентризмом и эгоистической расчётливостью, князь Василий с его стремлением женить сына на деньгах и выдать дочку замуж за них же, и старая княгиня, завидующая счастью собственной дочери. Интересно, кстати — чем Толстому так досадили реальные Куракины, что он взял их фамилию как основу для фамилии наиболее отрицательных персонажей романа?

Вообще, подход Толстого к фамилиям своих героев мне показался странным. Понятно, что, заменяя одну букву, он хотел показать принадлежность своих героев к высшей аристократии, в то же время не указывая ни на кого конкретно. Но на слух эти фамилии звучат откровенно странно, как будто написанные с ошибками, и подсознательно постоянно порываешься исправить Болконских, Курагиных и Друбецких на нормальных Волконских, Куракиных и Трубецких. Кстати, носители оригинальных фамилий (то есть реальные исторические лица) в романе тоже встречаются, параллельно с обладателями вымышленных. И ещё — помимо Денисова, один раз упоминается и его реальный исторический прототип, Денис Давыдов.

Толстой делит героев на положительных и отрицательных, но он не делает их однотонными. Андрею Болконскому и Пьеру, несмотря на их положительный характер, свойственны обыкновенные человеческие недостатки — Болконский склонен к тщеславию (до Аустерлица, во всяком случае) и отличается заметным самомнением (это подтверждает покровительственный тон в его разговорах с Пьером, особенно в начале романа), а Пьер слабохарактерен и нерешителен.

Постоянный лейтмотив в рассказе о дворянском светском обществе у Толстого — это внутренняя пустота и фальшь людей, из которых оно состоит. Эти люди ведут пустые разговоры ни о чём, а серьёзные разговоры при возникновении сразу же пресекаются, как это было на вечере у Анны Шерер, когда Пьер пытался обсуждать с аббатом действительно важные темы. Они уверяют друг друга во взаимной дружбе, в то время как сами мечтают выпроводить гостей. Как отличается от них боевой генерал Багратион, зазванный на один из светских раутов как именитый гость и диковинка!
Цитата:
Багратион смешался, не желая воспользоваться их учтивостью; произошла остановка в дверях, и, наконец, Багратион всё-таки прошёл вперёд. Он шёл, не зная, куда девать руки, застенчиво и неловко, по паркету приёмной: ему привычнее и легче было ходить под пулями по вспаханному полю, как он шёл перед Курским полком в Шенграбене.
Вообще, дворянство в «Войне и мире» выглядит, как сословие паразитов, живущих за счёт полурабского труда крестьян. Добродушных, злых, разглагольствующих в салонах, напыщенно-тупых — самых разнообразных, но их сущность от этого не меняется. Это не добавляет им чести и делает их образы ещё более отрицательными. На них в поте лица работают сотни и тысячи крестьян, а они что делают? Пьют, дебоширят и гоняются за зайцами. Даже не ради еды, а для развлечения (остаётся только пожалеть несчастных, ни в чём не виноватых зайцев. И брошенного в канал полицейского). Да о чём можно говорить, если для этих людей обменять три семьи крестьян на охотничью собаку — это совершенно нормальное и обычное дело?

Сцена охоты во втором томе, кстати, получилась неимоверно, прямо-таки по-тургеневски нудной. Правда, следующий за ней эпизод пляски Наташи с дядюшкой её почти полностью искупает.

Вот Лиза Болконская, жена князя Андрея. Она настолько привыкла к бессмысленному общению в этой светской тусовке, что свой отъезд в деревню для родов она воспринимает как трагедию. Правда, здесь нужно заметить и то, что князь Андрей к жене определённо равнодушен и не видит в ней человека, равного себе: он оставляет её на попечении родных перед самыми родами, уезжая на войну, и он вовсе не думает о том, что княгине Елизавете придётся жить со старым князем, который откровенно сложен в общении.

Однако: Толстой столь ярко показывает пустоту разговоров в светских салонах —
Цитата:
…тот пошлый разговор, который необходим между людьми и который прежде вёлся о погоде и об общих знакомых, теперь вёлся о Москве, о войске и Наполеоне.
— противопоставляя ему живое и искреннее общение между собой людей из народа, общение, к которому в плену присоединяется Пьер. Но… а о чём говорят между собой крестьяне и солдаты? Каких-то особо серьёзных тем, кроме изгнания французов, в их разговорах не заметно. Тот же самый бытовой разговор ни о чём, разговор ради того, чтобы почувствовать свою общность с другими людьми — только на другом уровне. В чём тогда существенная разница между пустой болтовнёй дворян и пустой болтовнёй крестьян?

Французские вставки в романе заслуживают того, чтобы поговорить о них отдельно. В своё время неимоверное количество этого противного языка в романе стало одной из причин, по которым я невзлюбил «Войну и мир» и Толстого в целом. Но если тогда, при взгляде на первую страницу романа (а он, как известно, начинается с абзаца французского текста) у меня была мысль «а это вообще точно произведение русской литературы?», то сейчас мне кажется, что таким образом Толстой хотел показать деградацию русской высшей аристократии, которая почти забыла родной язык и почти утратила свою национальную идентичность. Можно вспомнить очень яркий пример — даже самую искреннюю и сокровенную (как он тогда думает) фразу, признание в любви к Элен, Пьер произносит на французском. Не менее характерно, кстати, то, что умирающий Болконский говорит Наташе о своей любви к ней на русском. Показательно и то, что русские дворяне говорят на французском именно тогда, когда их страна ведёт с Францией войну. Наконец, нужно заметить, что больше всего французской речи в романе звучит в салоне Анны Павловны Шерер, то есть именно от тех людей, через которых Толстой показывает внутреннюю пустоту и фальшь великосветского дворянства.

Теперь о философии Толстого. Кажется, что человеческая воля в ней вообще ничего не значит. Багратион никак не контролирует сражение и только воодушевляет солдат своим присутствием; Кутузов вообще пускает изгнание французов на самотёк; ничто не может предотвратить дуэль Пьера и Долохова. Николай Ростов, который мог по собственному желанию жениться на Соне и быть с ней счастливым, вместо этого пускает всё на самотёк, покоряется той судьбе, которую плетут для него тётушки, и в итоге женится не на любимой, а на богатой. И действия полководцев ничего не значат, и врачи не могут вылечить человека, потому что каждая болезнь сугубо индивидуальна (как же они других-то успешно вылечивают?). Да, мысли писателя о соотношении свободы и необходимости (чем больше необходимость, тем меньше пространства для свободного выбора человека) похожи на истину, но для него необходимости подчинено практически всё, и места для свободы не остаётся. Не знаю, почему Толстой в своём мировоззрении настолько пассивен и бездеятелен.

При взгляде на толстовскую философию истории становится ясно, за что (помимо всего прочего) Толстого так ценили в советское время. Разве его утверждение о том, что исторические события происходят не по воле одного или нескольких вождей или героев, но по воле всех их участников в совокупности, не перекликается с марксистским представлением о роли народных масс в истории? Его понимание исторического процесса как действия воли народов, объединяющих огромные количества людей, пожалуй, верное. Но разве один человек — это не исторический деятель в своём маленьком масштабе? История — это дело народов; но разве воля народа не складывается из множества воль всех представителей этого народа? Все русские люди хотели изгнать Наполеона; весь народ хотел этого; народ совместными усилиями сделал это. Почему же тогда воля одного человека у Толстого не значит ровно ничего, почему он проповедует полнейшую пассивность или, в лучшем случае, бессознательное действие?

Если о людях Толстой пишет действительно интересно, то идейные его рассуждения неимоверно занудны и затянуты. То, что можно высказать, уложившись в три или, на худой конец, в пять страниц, Л. Н., не ведающий разумной лаконичности, растягивает на пятьдесят, при этом неоднократно повторяя уже сказанное. Этим он напоминает собственного персонажа, иезуита, агитировавшего Элен перейти в католичество: Элен/читатель уже поняли главную мысль разговора, но иезуит/Толстой настаивает: «Нет, ты послушай!..». Если сравнивать в этом отношении, в методике подачи своих идей, Толстого с Достоевским, то получится, что Ф. М. проводит свои мысли, раскрывая их через своих персонажей, внутренне подводя читателя к ним и ничего ему не навязывая. Л. Н. же в этой ситуации похож на учителя-педанта, который целенаправленно, через многократное повторение, вдалбливает в головы читателей-учеников свои идеи. Обитатели задних парт уже давно спят, уронив головы на учебники и смирившись со своей неспособностью понять учителя. Сидящие на первых партах девочки-отличницы тоже не слишком много понимают, но восторженно смотрят на учителя, чтобы потом иметь возможность громогласно говорить: «Вот вы рассуждаете о Толстом, а я у него училась!», и на вопрос «Да что же такого особенного в этом вашем Толстом?» со святым гневом отвечать «Как, неужели ты не понимаешь? Толстой прекрасен!». Наиболее разумная часть класса с робкой смелостью говорит «Лев Николаевич, урок уже закончился…», на что Толстой отвечает «Звонок для учителя», после чего продолжает бубнить, сурово насупив брови. От такого подхода вновь появляется давно забытое желание читать эпизоды с действием и пролистывать философскую часть (как, собственно говоря, я и читал ВиМ в школьные годы).

Вот так и получается, что как писатель-художник Л. Н. весьма и весьма хорош, а как философ-мыслитель — практически несносен. Читать его повествование о людях действительно интересно. Однако его занудное изложение плохо применимых к жизненной действительности и зачастую внутренне противоречивых (почему история совершается по воле народов, но каждый человек в этих народах — только бессмысленный деятель? Как пресловутое непротивление злу насилием соотносится с дубиной народной войны, безжалостно гвоздящей французское нашествие до тех пор, пока оно не превратится в месиво из обмороженного мяса?) идей откровенно портит книгу. Посмотрим, конечно, как его идеи эволюционировали со временем и как он учился их излагать. Но это мы посмотрим немножко позже.

Добавлено через 33 минуты
Перечитал (вернее, впервые прочитал в сознательном возрасте) "Войну и мир" Л. Н. Толстого.

Немного странно в уже относительно взрослом возрасте перечитывать книгу, которая когда-то стала причиной моей неприязни к творчеству Толстого. Не могу сказать, что она была у меня в ближайших планах. Вряд ли она там появилась бы в течение ещё нескольких лет, если бы не увезённый от бабушки четырёхтомник, когда-то стыренный дедушкой из гарнизонной библиотеки. Ну и ещё такая маленькая, можно сказать, потайная мысль — «возьмись за что-нибудь серьёзное, а то со своими пиратскими романами и «Звёздными войнами» скоро деградировать начнёшь». Короче говоря, сейчас я начал читать ВиМ в основном из-за желания разобраться — почему же она так не понравилась мне тогда?

Что самое странное, сейчас мне книга понравилась. Вернее, мне понравились первый и второй, отчасти третий тома. Одно время я даже был готов полностью переменить своё мнение о ней. Впрочем, обо всём по порядку.

Из персонажей для меня больше всего интересен Андрей Болконский. Я не буду сейчас рассуждать об общеизвестных вещах вроде неба над Аустерлицем и старого дуба, и о том, что же они всё-таки символизируют. Главная характерная черта князя Андрея — это его отчуждённость от других людей. Его ум, его развитое чувство собственного достоинства резко отделяют его от пустого света и никчемных людей, его составляющих. Они же делают его непробиваемым для нападок молодого Ростова, который в этом эпизоде похож на уличную собаку, бессмысленно лающую на проходящих людей. Вообще, его чувство собственного превосходства над окружающими проявляется не так уж редко: например, он всегда говорит Пьеру «ты», хотя тот всегда обращается к Болконскому на «вы». Сначала он тщеславен: он хочет «любви людской» и почитания, он хочет славы, ему нравится покровительствовать молодым людям вроде Бориса Друбецкого. Всё это уходит после ранения на поле Аустерлица.

Из всех персонажей эпопеи, пожалуй, именно Болконский проделывает наибольшую эволюцию на протяжении четырёх томов. От тщеславного честолюбия через Аустерлиц он переходит к разочарованию в жизни; от разочарования через влюблённость в Наташу — к новому витку жизнелюбия; предательство Наташи возвращает его к разочарованию в собственной жизни и ненависти к окружающему миру; новый приступ жизнелюбия настигает его перед взрывом гранаты на Бородинском поле. Несмотря на эту эволюцию, холодная отчуждённость от людей остаётся отличительной чертой князя Андрея. Привязанность он чувствует только к двум людям: это Пьер, с которым он дружит в начале романа, и Наташа, которую он полюбил. Пожалуй, ещё что-то, похожее на теплоту, есть в его отношении к отцу, старому князю Болконскому, а вот по отношению к сестре, сыну и уж тем более к жене это чувство практически не проявляется. Остальные люди для Андрея — чужие. Он сам сознаёт эту отчуждённость и иногда пытается преодолеть её; именно поэтому он так бережно и заботливо руководит своим полком в 1812 году — он хочет чувствовать себя частью хоть какого-то сообщества. Между прочим — что за дурак придумал такую тактику, которая предписывает войскам оставаться под артиллерийским огнём, не имея возможности на него ответить и не ища укрытия?

Как же жаль князя Андрея после измены Наташи! Говорят, что честный мужчина в нашем мире обречён быть несчастливым. Не знаю, так ли это; но Болконский — одна из ярчайших иллюстраций этого утверждения.

Пьер в первых двух томах, да и вообще до плена в 1812 году, слабохарактерен в высшей степени. У него не достаёт силы и решимости на то, чтобы сдержать данное Болконскому обещание и не ездить к Анатолю; на то, чтобы понять, в какую западню его затягивает князь Василий и отказаться от общения с его семьёй. Он не решается даже на то, чтобы самому сделать предложение Элен — фактически, их самовольно связал князь Василий, не спрашивая мнения Пьера (которое он так и не смог внятно сформулировать и высказать). Как многие нерешительные и слабовольные люди, Пьер нуждается в герое-кумире, которому он мог пытаться подражать — эту роль в его жизни (в начале романа) играет Наполеон. В то же время, его решение убить Наполеона — это свидетельство определённой эволюции, свидетельство перехода от восхищения великим человеком к ненависти к нему, как к массовому убийце и преступнику.

Пьер слишком беспокоится о том, что скажут и подумают другие люди, и из-за этого подчиняет свою жизнь желаниям других. Сильнее всего это проявляется в эпизоде предложения Элен:
Цитата:
…я знаю, что не для неё одной, не для себя одного, но и для всех это должно неизбежно свершиться. Они все так ждут этого, так уверены, что это будет, что я не могу, не могу обмануть их.
Поэтому же он не может отказывать людям в их просьбах. Как и все слабохарактерные люди, он легко поддаётся чужому влиянию — Анны Михайловны, Василия Курагина, попутчика-масона, да и князя Андрея, по сути, тоже. Нарождающаяся в нём сила воли проявляется в дуэли с Долоховым, в ссоре с женой, когда он замахнулся на неё мраморной доской. Но он остаётся слабовольным и после этого: вместо того, чтобы попытаться развестись с Элен (другой вопрос, насколько это было возможно в России того времени), или хотя бы выгнать её из дома — вместо этого он выделяет ей половину своих доходов. Это пример того самого смирения, той самой простоты, которая хуже воровства, того самого непротивления злу насилием, из-за которого зло и торжествует.

В его новом статусе богача Пьеру сильно не хватает искреннего друга рядом с собой; будь рядом Андрей Болконский, свадьба с Элен, вполне возможно, не состоялась бы. Впрочем, не исключено, что чары Элен всё равно перевесили бы рациональность Болконского.

Пьер не то, чтобы глуп, но совершенно непрактичен в житейском смысле. Это подтверждает, например, его желание отдать масонам всё своё состояние. Но как же этот добродушный увалень хорош в те моменты, когда в нём просыпается сильный характер его отца! Это расставание с женой, объяснение с шурином — Анатолем, после попытки похищения Наташи. В такие моменты Пьер начинает мне нравиться.

Очень странное впечатление на меня произвёл эпизод со смертью Платона Каратаева. Почему Пьер бросил его, даже не попрощавшись по-человечески со своим товарищем, который так повлиял на него и на его отношение к жизни? В конце концов, Каратаев и обувь ему сшил, чтобы Пьер смог выдержать переходы на марше. А в момент его смерти Пьер думает о всякой ерунде, о красавице-польке и считает в уме переходы до Смоленска, лишь бы не подойти к умирающему. Неужели Безухов до самого конца остался нерешительной мямлей и трусом, и уж точно — внутренне асоциализированным человеком? Или его сознание было настолько замутнено усталостью и тяготами плена, что он не понял смысла произошедшего? Второе более вероятно.

Если Андрею Болконскому не нужна его жизнь, которой он тяготится, то Пьер чувствует свою собственную ненужность. Пытаясь заполнить пустоту в душе, он бросается в кутежи, в масонство, пытается облагодетельствовать своих крестьян, как наблюдатель приезжает на Бородинское поле, как наблюдатель, фактически, остаётся в брошенной Москве и как наблюдатель же идёт во французский плен. В итоге эту душевную пустоту он заполняет своими чувствами к Наташе. Вот, кстати, его решение остаться в Москве, не столько ради покушения на Наполеона, которое так и не состоялось, сколько ради желания разделить судьбу со своим народом — мне это решение напомнило о тех русских дворянах, которые после революции сознательно остались в России.

Николай Ростов в первых двух томах — это вечно не взрослеющий ребёнок, бегающий от ответственности. Если для князя Андрея его полк — это то, что даёт ему чувство хоть какой-то общности с людьми, то для Ростова павлоградские гусары — это всего лишь зона комфорта, в которой не нужно думать ни о чём сложном и можно пить, гулять и вместе с группой офицеров волочиться за единственной женщиной, и можно не думать о разорении семьи и определении собственной судьбы. Со своим юношеским эгоцентризмом он думает, что весь мир крутится вокруг него: он уверен, что полковой командир может послать эскадрон в атаку только для того, чтобы проучить и испытать его, корнета Ростова. Интересно, как этот разудалый гуляка-гусар отреагировал бы на похищение своей сестры, если бы узнал об этом? Ведь он считал Долохова и Анатоля своими лучшими друзьями.

Выбор Ростовым княжны Марьи для меня стал одним из самых странных эпизодов романа. Как по мне, он выглядит довольно натянутым и не слишком обоснованным. Почему Марья влюбилась в Николая, понятно — в своей одинокой жизни она любого нового мужчину может воспринимать как жениха, а тут ещё такое романтичное спасение от взбунтовавшихся крестьян. А вот чувства Николая у Толстого обосновать не получилось; несмотря на все старания автора, они отдают фальшью. Вот поэтому и возникает мысль, что женился он из-за денег, и краснел перед тётушкой-губернаторшей потому, что заранее понимал это, и понимал, что именно его привлекает в княжне Марье — то, чего Соня никогда не смогла бы ему дать. В этой ситуации он пытается оторваться от любви своей юности, и именно поэтому ему приятно слушать то, как губернаторша доказывает невозможность брака между ним и Соней. Что ж, остаётся только пожалеть несчастную Соню.

Наташа в первых двух томах находится в том периоде между детством и взрослой жизнью и в том психологическом состоянии, когда ей всё интересно, когда она всем увлекается, когда ей остро необходимы новые впечатления. Разве можно её осуждать за постоянную перемену её девичьих влюблённостей, хотя она и делала людей несчастливыми из-за этого? Разве были эти влюблённости для неё любовью? Если князь Андрей знал бы о состоянии её души, уехал бы он за границу? Может, и уехал бы, ради пресловутой проверки чувств, но делать этого ему определённо не стоило. В эпизоде с похищением иначе, чем легковерной дурой, Наташу назвать нельзя. После замужества же Ростова превращается в обыкновенную клушу-наседку, у которой нет других интересов, кроме мужа и многочисленных детей.

Соня понравилась. Её чувство к Николаю Ростову было искренним, и двигало ей вовсе не желание выйти замуж за знатного и богатого (уже нет) графа. И нельзя сказать даже, что это всего лишь бережно лелеемая, за отсутствием других возможностей, девичья влюблённость. Другие возможности-то были — Долохов, как минимум. Не самая плохая партия для бесприданницы, которую хозяйка дома откровенно недолюбливает.

Как ни странно, к Долохову я ощутил сочувствие ещё с первого тома. Я его воспринимаю именно как человека, собственным трудом выбившегося из низов — и потому имеющего моральное право презирать тех, кто всегда был наверху, не будучи этого достоин и не прилагая для этого никаких усилий. Однако его связь с Элен, если она действительно была на самом деле, это не оправдывает. Пьер считал его почти что своим другом, во всяком случае в ранней молодости, и поступок Долохова по отношению к нему — откровенная подлость. У Долохова есть по крайней мере одна черта, которая роднит его с Андреем Болконским — оба они презирают окружающих, за исключением маленького круга действительно близких людей. Но если Болконский презирает светских болтунов потому, что стоит выше их по развитию, хотя и примерно равен им по положению в обществе, то презрение Долохова — это ненависть выскочки, осознающего свой антагонизм с богатой и знатной аристократией. Даже его участие в похищении Наташи — это не столько ухарство, сколько ещё одна месть семейству Ростовых за то, что они не отдали ему Соню. При этом, он достаточно благоразумен и благороден, чтобы попытаться отговорить Анатоля от его безумной затеи.

Отвратительна вся семейка Курагиных: Анатоль с его пьяными тусовками (бросить полицейского в канал — и это цвет русской аристократии?), Ипполит с его тупостью и позёрством, Элен с её эгоцентризмом и эгоистической расчётливостью, князь Василий с его стремлением женить сына на деньгах и выдать дочку замуж за них же, и старая княгиня, завидующая счастью собственной дочери. Интересно, кстати — чем Толстому так досадили реальные Куракины, что он взял их фамилию как основу для фамилии наиболее отрицательных персонажей романа?

Вообще, подход Толстого к фамилиям своих героев мне показался странным. Понятно, что, заменяя одну букву, он хотел показать принадлежность своих героев к высшей аристократии, в то же время не указывая ни на кого конкретно. Но на слух эти фамилии звучат откровенно странно, как будто написанные с ошибками, и подсознательно постоянно порываешься исправить Болконских, Курагиных и Друбецких на нормальных Волконских, Куракиных и Трубецких. Кстати, носители оригинальных фамилий (то есть реальные исторические лица) в романе тоже встречаются, параллельно с обладателями вымышленных. И ещё — помимо Денисова, один раз упоминается и его реальный исторический прототип, Денис Давыдов.

Толстой делит героев на положительных и отрицательных, но он не делает их однотонными. Андрею Болконскому и Пьеру, несмотря на их положительный характер, свойственны обыкновенные человеческие недостатки — Болконский склонен к тщеславию (до Аустерлица, во всяком случае) и отличается заметным самомнением (это подтверждает покровительственный тон в его разговорах с Пьером, особенно в начале романа), а Пьер слабохарактерен и нерешителен.

Постоянный лейтмотив в рассказе о дворянском светском обществе у Толстого — это внутренняя пустота и фальшь людей, из которых оно состоит. Эти люди ведут пустые разговоры ни о чём, а серьёзные разговоры при возникновении сразу же пресекаются, как это было на вечере у Анны Шерер, когда Пьер пытался обсуждать с аббатом действительно важные темы. Они уверяют друг друга во взаимной дружбе, в то время как сами мечтают выпроводить гостей. Как отличается от них боевой генерал Багратион, зазванный на один из светских раутов как именитый гость и диковинка!
Цитата:
Багратион смешался, не желая воспользоваться их учтивостью; произошла остановка в дверях, и, наконец, Багратион всё-таки прошёл вперёд. Он шёл, не зная, куда девать руки, застенчиво и неловко, по паркету приёмной: ему привычнее и легче было ходить под пулями по вспаханному полю, как он шёл перед Курским полком в Шенграбене.
Вообще, дворянство в «Войне и мире» выглядит, как сословие паразитов, живущих за счёт полурабского труда крестьян. Добродушных, злых, разглагольствующих в салонах, напыщенно-тупых — самых разнообразных, но их сущность от этого не меняется. Это не добавляет им чести и делает их образы ещё более отрицательными. На них в поте лица работают сотни и тысячи крестьян, а они что делают? Пьют, дебоширят и гоняются за зайцами. Даже не ради еды, а для развлечения (остаётся только пожалеть несчастных, ни в чём не виноватых зайцев. И брошенного в канал полицейского). Да о чём можно говорить, если для этих людей обменять три семьи крестьян на охотничью собаку — это совершенно нормальное и обычное дело?

Сцена охоты во втором томе, кстати, получилась неимоверно, прямо-таки по-тургеневски нудной. Правда, следующий за ней эпизод пляски Наташи с дядюшкой её почти полностью искупает.

Вот Лиза Болконская, жена князя Андрея. Она настолько привыкла к бессмысленному общению в этой светской тусовке, что свой отъезд в деревню для родов она воспринимает как трагедию. Правда, здесь нужно заметить и то, что князь Андрей к жене определённо равнодушен и не видит в ней человека, равного себе: он оставляет её на попечении родных перед самыми родами, уезжая на войну, и он вовсе не думает о том, что княгине Елизавете придётся жить со старым князем, который откровенно сложен в общении.

Однако: Толстой столь ярко показывает пустоту разговоров в светских салонах —
Цитата:
…тот пошлый разговор, который необходим между людьми и который прежде вёлся о погоде и об общих знакомых, теперь вёлся о Москве, о войске и Наполеоне.
— противопоставляя ему живое и искреннее общение между собой людей из народа, общение, к которому в плену присоединяется Пьер. Но… а о чём говорят между собой крестьяне и солдаты? Каких-то особо серьёзных тем, кроме изгнания французов, в их разговорах не заметно. Тот же самый бытовой разговор ни о чём, разговор ради того, чтобы почувствовать свою общность с другими людьми — только на другом уровне. В чём тогда существенная разница между пустой болтовнёй дворян и пустой болтовнёй крестьян?

Французские вставки в романе заслуживают того, чтобы поговорить о них отдельно. В своё время неимоверное количество этого противного языка в романе стало одной из причин, по которым я невзлюбил «Войну и мир» и Толстого в целом. Но если тогда, при взгляде на первую страницу романа (а он, как известно, начинается с абзаца французского текста) у меня была мысль «а это вообще точно произведение русской литературы?», то сейчас мне кажется, что таким образом Толстой хотел показать деградацию русской высшей аристократии, которая почти забыла родной язык и почти утратила свою национальную идентичность. Можно вспомнить очень яркий пример — даже самую искреннюю и сокровенную (как он тогда думает) фразу, признание в любви к Элен, Пьер произносит на французском. Не менее характерно, кстати, то, что умирающий Болконский говорит Наташе о своей любви к ней на русском. Показательно и то, что русские дворяне говорят на французском именно тогда, когда их страна ведёт с Францией войну. Наконец, нужно заметить, что больше всего французской речи в романе звучит в салоне Анны Павловны Шерер, то есть именно от тех людей, через которых Толстой показывает внутреннюю пустоту и фальшь великосветского дворянства.

Теперь о философии Толстого. Кажется, что человеческая воля в ней вообще ничего не значит. Багратион никак не контролирует сражение и только воодушевляет солдат своим присутствием; Кутузов вообще пускает изгнание французов на самотёк; ничто не может предотвратить дуэль Пьера и Долохова. Николай Ростов, который мог по собственному желанию жениться на Соне и быть с ней счастливым, вместо этого пускает всё на самотёк, покоряется той судьбе, которую плетут для него тётушки, и в итоге женится не на любимой, а на богатой. И действия полководцев ничего не значат, и врачи не могут вылечить человека, потому что каждая болезнь сугубо индивидуальна (как же они других-то успешно вылечивают?). Да, мысли писателя о соотношении свободы и необходимости (чем больше необходимость, тем меньше пространства для свободного выбора человека) похожи на истину, но для него необходимости подчинено практически всё, и места для свободы не остаётся. Не знаю, почему Толстой в своём мировоззрении настолько пассивен и бездеятелен.

При взгляде на толстовскую философию истории становится ясно, за что (помимо всего прочего) Толстого так ценили в советское время. Разве его утверждение о том, что исторические события происходят не по воле одного или нескольких вождей или героев, но по воле всех их участников в совокупности, не перекликается с марксистским представлением о роли народных масс в истории? Его понимание исторического процесса как действия воли народов, объединяющих огромные количества людей, пожалуй, верное. Но разве один человек — это не исторический деятель в своём маленьком масштабе? История — это дело народов; но разве воля народа не складывается из множества воль всех представителей этого народа? Все русские люди хотели изгнать Наполеона; весь народ хотел этого; народ совместными усилиями сделал это. Почему же тогда воля одного человека у Толстого не значит ровно ничего, почему он проповедует полнейшую пассивность или, в лучшем случае, бессознательное действие?

Если о людях Толстой пишет действительно интересно, то идейные его рассуждения неимоверно занудны и затянуты. То, что можно высказать, уложившись в три или, на худой конец, в пять страниц, Л. Н., не ведающий разумной лаконичности, растягивает на пятьдесят, при этом неоднократно повторяя уже сказанное. Этим он напоминает собственного персонажа, иезуита, агитировавшего Элен перейти в католичество: Элен/читатель уже поняли главную мысль разговора, но иезуит/Толстой настаивает: «Нет, ты послушай!..». Если сравнивать в этом отношении, в методике подачи своих идей, Толстого с Достоевским, то получится, что Ф. М. проводит свои мысли, раскрывая их через своих персонажей, внутренне подводя читателя к ним и ничего ему не навязывая. Л. Н. же в этой ситуации похож на учителя-педанта, который целенаправленно, через многократное повторение, вдалбливает в головы читателей-учеников свои идеи. Обитатели задних парт уже давно спят, уронив головы на учебники и смирившись со своей неспособностью понять учителя. Сидящие на первых партах девочки-отличницы тоже не слишком много понимают, но восторженно смотрят на учителя, чтобы потом иметь возможность громогласно говорить: «Вот вы рассуждаете о Толстом, а я у него училась!», и на вопрос «Да что же такого особенного в этом вашем Толстом?» со святым гневом отвечать «Как, неужели ты не понимаешь? Толстой прекрасен!». Наиболее разумная часть класса с робкой смелостью говорит «Лев Николаевич, урок уже закончился…», на что Толстой отвечает «Звонок для учителя», после чего продолжает бубнить, сурово насупив брови. От такого подхода вновь появляется давно забытое желание читать эпизоды с действием и пролистывать философскую часть (как, собственно говоря, я и читал ВиМ в школьные годы).

Вот так и получается, что как писатель-художник Л. Н. весьма и весьма хорош, а как философ-мыслитель — практически несносен. Читать его повествование о людях действительно интересно. Однако его занудное изложение плохо применимых к жизненной действительности и зачастую внутренне противоречивых (почему история совершается по воле народов, но каждый человек в этих народах — только бессмысленный деятель? Как пресловутое непротивление злу насилием соотносится с дубиной народной войны, безжалостно гвоздящей французское нашествие до тех пор, пока оно не превратится в месиво из обмороженного мяса?) идей откровенно портит книгу. Посмотрим, конечно, как его идеи эволюционировали со временем и как он учился их излагать. Но это мы посмотрим немножко позже.
__________________
Каждый имеет право на своё мнение. Так давайте уважать мнение друг друга.

Carassius вне форума Ответить с цитированием
Реклама
Ответ

Метки
алексей иванов, габриэль гарсия маркес, джоан роулинг, джордж мартин, дэвид митчелл, михаил булгаков, рафаэль сабатини, стивен кинг, терри пратчетт, умберто эко, франц кафка, фрэнсис скотт фицджеральд, харуки мураками, чак паланик, эрих мария ремарк, эрнест хэмингуэй


Здесь присутствуют: 2 (пользователей: 1 , гостей: 1)
Сеньор Кортес
Опции темы
Опции просмотра

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.

Быстрый переход


Текущее время: 02:23. Часовой пояс GMT +3.


Powered by vBulletin®
Copyright ©2000 - 2018, Jelsoft Enterprises Ltd. Перевод: zCarot
© MONBAR, 2007-2018
Corsairs-Harbour.Ru
Скин форума создан эксклюзивно для сайта Corsairs-Harbour.Ru
Все выше представленные материалы являются собственностью сайта.
Копирование материалов без разрешения администрации запрещено!
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика Яндекс цитирования